lybs.ru
Говорит кровь: з'єднаю! Говорит любовь: прощу! Говорит вера: веду! / Юрий Липа


Книга: Гай Валерий Катулл Поэзии Перевод Н. Зерова


Гай Валерий Катулл Поэзии Перевод Н. Зерова

© Catullus

© М.Зеров (перевод), 1968

Источники: Античная литература: Хрестоматия. Составитель А.и.билецький. К.: Советская школа, 1968 (2-е издание). 612 с. С.: 424-428.; Древняя римская поэзия в украинских переводах и переспівах. Л.: Мир, 2000. 328 с. - С. 25-41.

Сканирование и корректура: Aerius () 2004

Содержание

О Катулла

3. Лирические поэзии

5. К Лесбії

7. К Лесбії

8. Поэт о себе

12. К Фурия и Аврелия

26. Наш дом

27

34. Гимн Диане

46. Снова весна

49. До Цицерона

70. О Лесбію

85. О своей любви

Гай Валерий Катулл (87-54 гг. до н.э.)-один из величайших лириков античности - родился в городе Вероне, в Цізальпійській Галлии, на севере Италии, в семье богатого и именитого провинциала. В 67-66 гг. он переехал, очевидно, с друзьями-сверстниками в Рим. Важнейшие моменты дальнейшей жизни Катулла известны нам из его произведений - страстная любовь молодого поэта к некоей Клодии, женщины из аристократического круга, которая славилась в Риме своей красотой и распущенностью; далее - путешествие на греческий Восток, в Малую Азию (Вифинию) в кортеже выдающегося римского администратора Меммія в 57 г. Поэтическая деятельность Катулла проходила в годы формирования военной диктатуры, которая шла на смену сенатсько-аристократической республике: на место Помпея, который царил в 60-х гг., начинает выдвигаться Цезарь; 63-62 гг. отмечены были «заговором Катіліни», сумевший привлечь на свою сторону низовую римскую демократию; после того как движение было роздушено, в 60-х гг. был составлен первый триумвират Цезаря, Помпея и Красса.

Катулл стоял в стороне от политических бурь, занят личными переживаниями и литературными интересами. Его эпиграммы против Цезаря и его близкого Мамурри отнюдь не говорят о какой-то вражде на политической почве. Непосредственных откликов на общественную жизнь нет в том сборнике стихов Катулла, что дошел до нас (116 стихотворений, около 3 тысяч строк) и который распадается в целом на две группы. В одной перед нами поэт - последователь ученого и чисто формальной александрийской поэзии, один из тех, кого в литературных кругах Рима звали «неотериками» (представителями [424] «молодой» поэзии). Среди стихов этой группы мы найдем непосредственные переводы александрийцев, например, элегии Каллімаха о косу Береники (о том как резаная на жертву богам коса цариді Береники исчезла из храма и была превращена оогами на созвездия, открытое на небе александрийским астрономом) и подражания их как поэмы «Аттис», «Свадьба Пелея и Фетиды», элегия о Протесилая и Лаодамии и др. Именно за эти вещи Катулл получил прозвище «ученого поэта» и снискал славу у современников. Но сила и значение Катулла - не в них, а в стихах другой группы в коротких пьесах на какой-то случай, в любовной лирике (к Клодии, которая воспевается под именем Лесбії), епіграматичних выпадах против соперников в любви, литературных врагов и известных лиц Рима. Здесь, пожалуй, впервые в античной литературе,-Катуллом представлены образцы глубоко субъективной лирики, искренней и непосредственной, которая превращается в исповедь, дневник личных чувств, часто мучительных, что оборвались с ранней смертью. Эти свойства создали Катуллові славу в дальнейшей литературе: стихи «К воробушка Лесбії» и «К Лесбії» (о поцелуях) вызвали чрезвычайно много подражаний и в римской литературе, и в литературе новой Европы, начиная от эпохи Возрождения. Российские переводчики (О. Феті А. Пиотровский) сравнивают римского поэта относительно жизненного пути и по характеру творчества с Пушкиным, который принадлежал к числу российских ценителей Катулла.

ЛИРИЧЕСКИЕ СТИХИ (3)

Плач, Венеро! Плачьте, купидоны!

Плачьте, люди утонченные и вежливые:

Умер воробышек милой моей,

Умер воробышек, что она любила

И как своего глаза ухаживала.

Был он нежный и ласковый госпожа

Знал, как дочь малолетняя мать:

На ее коленях всегда бавивсь

И, прыгая вокруг нее,

Щебетанием верным отзывался.

А теперь и он пошел к краю,

Откуда никто еще не возвращался...

Пусть навеки ты не дождешься судьбы,

Попідземна темряво несита,-

Ты нам радость нашу отобрала...

Горе и нам, воробью сердешный.

Через тебя дорогие глазки

От плача, от слез покраснели.

К ЛЕСБІЇ (5)

Жиймо, Лесбіе, жиймо и любімось!

Поговори лихие дедов сердитых

Мідяком найщербатішим ценит.

Солнце зайдет на ночь и взойдет утром,

А для нас, как померкнет свет дневной,

Ночь без края придет и сон пожизненный.

Так целуй же меня сто раз и двести,

Снова тысячу раз и снова сто раз,

Да и до тысячи вновь и снова до сотни.

А как будет у нас много тысяч, [425]

Помішаємо все и счет забудем,

Чтобы с заздрих никто и не позавидовал,

Столько наших цілунків налічивши.

К ЛЕСБІЇ (7)

Ты хочешь, Лесбіє, узнать непременно,

Каким числом твоих цілунків неоцінних

Крайне и через край удовлетворился бы я?..

Ах, сколько есть песчинок в золотых краях

Кирены дальней, где сильфію много,

От гробовищ почитаемого царя Батта

И до Юпитера лібійського святынь,

И сколько зрение - глаз с нагорених сводов

Смотрят за мной на человеческий род, молчанием ночи покрыт,-

Цілунків столько ждет и твой Катулл несытый,

Чтобы завистник прервал тот бесчисленный лик,

Чтобы горя не вшептав лукавый чей-то язык...

ПОЭТ О СЕБЕ (8)

Катулле бедный, уже химеры гнать нечего,

Ибо то, что потерял ты, пропало навеки!

Всміхалося тебе когда ясное солнце,

Как ты туда ходил, куда вела люба,

Дороже и милее всего в мире.

O, сколько шаловливых там было шуток,

Которых хотелось и тебе, и ей вместе!

Так, так, всміхалося тебе ясное солнце.

Теперь она не хочет,- будь же и ты горд

И не беги за ней, и не печалься зря,

А все стерпи и победи твердым духом!

Прощай, детка! Уже Катулл стоит твердо.

Искать тебя и просит не будет он напрасно,

Чтобы, непрошеная, понесла и ты горя.

Преступная, что теперь твоя жизнь значит!

Придет ли кто? Кому сдашься за хорошую?

Кого полюбишь и чьей ты будешь?

Кого, целуя, укусиш за губку?

А ты, Катулле, не хитайсь и стой твердо!

К ФУРИЯ И АВРЕЛИЯ (12)

Аврелий и Фурий - Катуллові друзья:

Куда бы не пошел он,- вы теми же тропами*:

На море Индийское, что рвет и бушует

В бою с берегами,

До саков далеких, нежных арабов,

Между парфи**, стрельцов колено зоркий,

В Египет жгучий, где Нілові устья

Замутили море...

Взглянули бы с ним вы и за горы Альпийские,

В долины, где Цезарь прославился великий,

На Рейн пограничный и Британский остров,

Далекий и дикий.

И все, что бы там Судьба мне не послала,

Со мной вы радостно все бы поделили...

Поэтому прошу передать моей любимой

Это слово не мила:

Дай бог ей жить и век процветать

И триста любовников водить с собой [426]

И сердце ей бедное лукавой только

Вялить жаждой.

Моей же любви она не дождется:

Любовь Катуллове умерло,- упало,

Как цветок полевой, когда пройдет по нему

Железное рало.

[* Свободный перевод; рим в оригинале, конечно, нет.]

[** Парфи- то есть парфяне, иранское племя.]

НАШ ДОМ (26)

Наш дом поставлен в уютном уголке:

Ни Австр, ни Апельйот не двинутся моего дома;

Фавоній и Борей дышать не смеют там,-

А ветра все-таки невмоготу сбыться нам:

Наш дом уставлен за двести тысяч, Фуре!

В пагубо моя, долгов безумная бурый!

(27)

Мальчишке-слуга! Старого фалерна

Подай нам чашу пенную и горку!

Такой приказ Постумії-царицы,

П'янішої от пьяных виногрон.

Ты же, пагубо вина, трезвая водо,

Ты уходи от нас к мудрым и развесных:

Здесь неразведенный царит Вакх.

ГИМН ДИАНЕ (34)

Мы под покровом Діаниним,

Ребята нетронутые;

Ребята нетронутые,

Владарку славим мы.

Ты, Латоніє, вышний

Паросте отца Юпитера!

Ты, которую в роще Делийском

Иметь на мир привела,-

И ты царствуешь над горами,

Над лугами буйными,

Ты зеленієш дубравами,

Гомоном год гомониш.

Ты в родах родильницям

Льготу приносишь Люціною;

Тривия властная,- лампадой

В темрявих ты небесах.

Ты вращением ежемесячным

Времени поток розмежовуєш,

Зерном отборным плугатарям

Ты отдаешь за труды.

Будь же великая, прославленная

Под именами расходящимися

Анковим детям, Квіріновим ;

Защитой определенным вовек.

СНОВА ВЕСНА (46)

Опять весна, оживает земля.

Бур одгриміла пора ворчливая,

С запада ветерок подул ласкающий...

Где вы, богатой Фригии нивы?

Где ты, Никее плодородная пашня?..

В Азию, славную городами, несемся.

Сердце забилось, стремится дороги,

Радостно ступают, тугішають ноги...

Друзья, прощайте! Братерским кружком

Из дома забились мы в незнакомую даль,

Врозь путь свой верстаєм домой.

ДО ЦИЦЕРОНА (49)

Самый красноречивый из Ромуловых чад*,

Из тех, которые живут, и тех, что уже нет,

И из тех, что принесет будущих лет ряд,-

Мой Марк Туллію! Хвалу тебе без края

И благодарность без конца Катулл сложить советов -

Катулл, между всеми поэтами худший,

Такой между всеми поэтами худший,

Как ты между всеми самый лучший адвокат.

[* Свободный перевод; рим в оригинале, конечно, нет.]

О ЛЕСБІЮ (70)

Обладательница говорит моя, что моей бы она осталась,

Даже если бы ее утех отец богов потребовал.

Но что говорят женщины своим легковерным любовникам,

Только бы на ветре писать и на проточной воде.

О СВОЕЙ ЛЮБВИ (85)

В сердце - любовь и ненависть, Почему? - ты спросишь.- - Не знаю.

И чувствую в себе боль это и мучаюсь, терплю.

© Aerius, 2004




Текст с

Книга: Гай Валерий Катулл Поэзии Перевод Н. Зерова

СОДЕРЖАНИЕ

1. Гай Валерий Катулл Поэзии Перевод Н. Зерова

На предыдущую