lybs.ru
Иногда героизм заключается в том, чтобы называть вещи своими именами. / Андрей Коваль


Книга: Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори


9

Шел я по дороге Святой - люблю так пройтись,

Мнение при том снующие о мелкое что-то, углублен в себя.

Тут подбегает какой - то-его фамилия едва вспомнил я -

Хап меня ловко за руку: "Привет! Как поживаешь, мой милый?" -

"Хорошо,-говорю,-пожелаю и тебе, чего сам себе зичиш".-

Идет он за мной. Поэтому я: "Имеешь дело какую?" Тот сразу:

"Знаешь меня: я же ученый, поэт".- "О, тем более,-говорю я,-

Буду тебя уважать". А уже только и мысли у меня,

Как бы то вырваться: то поспешу, то топчусь на месте,

То к слуге что-то шепну, аж в пот меня ударило конце.

"Имел бы я нрав Болана,- мелькнула завистливая мысль,-

Быстро бы такого отшил!" А тот, не вгаваючи, хвалит

То пригород, то Рим. Я - ни слова. И он мою хитрость,

Видно, понял: "Ты не против бы уже распрощаться, вижу! -

Жаль усилий: куда ты-с удовольствием туда и я попрямую,

К обществу тебе".- "А стоит ли,- говорю,- я собрался

Вторая навестить: больной он; ты же его даже не знаешь.

Ген аж за Тібром дом его, аж под Цезарським садом".-

"Что ж, я готов. Не лінюсь. Да и работы не имею. Пойдем!"

Здесь я уже уши, печальный, опустил, как осел, что наконец

Двинулся-таки с нелегким грузом. Тот снова начинает:

"Скоро поведешься на первых мной - насколько я сам себя знаю -

Больше, чем Воском или Варієм: кто же так много стихов,

Быстро составит так, как я? Или в танце кто-то мягче, в'юнкіший?

Песню же когда затяну, то уже зависть берет и Гермогена".

Здесь я таки не смолчал: "А есть у тебя мать или родные,

Кто бы хоть натішивсь тобой?"- "И где тами Не имею никого:

Всех похоронил".-"Вот счастливые,-подумал я,-очередь на меня.

Что ж, добивай! Видно, судьба такая, потому что и старая сабінянка

Так еще малому сказала мне, когда выпал мой жребий:

"Врага меч не сведет его с мира, ни зелье ядовитое,

Кашель не зсушить, ни вялая подагра, ни колик в боку -

Возраста укоротит ему балагур. Вот поэтому неустанно

Пусть остерегается людей разговорчивых, как только станет взрослый".

Вот уже и Вести святыня; уже солнце над полдень, вижу.

Именно тогда мой спутник в суд должен был явиться немедленно

В деле своем, иначе бы проиграл ее. Вот он и говорит:

"Слушай, заглянем туда, если ласка твоя, на минутку!"

"Что ты,- говорю,- я уже и так опізнивсь, да и законов не знаю.

Вот хочешь верь, хочешь нет". Заколебался он: "Что здесь делать?

Бросить суд или тебя?" - "Конечно же меня!"-"Ну, ни за что!" -

Твердо сказал и пошел перед меня. За ним, покорившись,

Словно пленник, бреду. "Меценат не гнушается тобой? -

Бросил вопрос.- Не всякого же он подпускает к себе.

Вот кто с Фортуной в согласии! Когда бы ты меня еще в тот круг

Как-то ввел, то и сторонника бы имел там, поверь, делового:

Хоть бы я сбоку где-то был, но - пусть не ступлю с этого места -

Быстро бы ты других позбувсь!"- "Не так живем, как думаешь;

Дом этот не любит раздоров, там коварства входа нет:

То выделяется умом, другой, скажем, богатством -

Что мне, наконец, до того? Там каждому найдется место".

"Невозможно поверить".- "Но так оно есть",- отказываю.

"Что ж, я тем более горю желанием с Меценатом сойтись".

"Вот и прекрасно! Разве перед твоим талантом он устоит?

Решись! Насколько сначала твердый он, настолько спустя

Станет мягким, податливым станет".- "И уже не схибну, постараюсь!

Слуг підкуплю; прогонят меня сейчас,-постучу завтра.

Висліджу время догідну: встретив его на распутье,

Может, и домой вот так проведу. Без кропотливого труда

Что бы нам досталось? Такое уже жизнь!" Пока он раздумывает,

Друга моего мы встретили вдруг, Арістія Фуска.

Стали. "Откуда? Куда?" Вижу, хорошо он знает плохиша.

Вот и моргаю ему, то сіпну за рукав, то коснусь

Локтя его, то щипну таки хорошо: мол, змилостися,

Вирятуй друга из беды! Но где там! Далее он шутит,

Словно ничего не видит, а я скипаю от гнева.

"Слушай,- говорю,- ты как-то намекал, что со мной с глазу на глаз

Хочешь о чем-то говорить".- "Так-так. Придет время - поговорим:

Сейчас же тридцатая суббота у иудеев; уважительные разговоры

В праздник, как знаешь, нежелательные".-"Я в суеверия не верю".

"Да, но я немного слабее, к сожалению, как и всякая мелюзга.

Извини. До скорой встречи!" Черное солнце для меня,

Видно, сошло того дня! Убежал нечестивый, оставив

Друга своего под ножом! И тут истец случайно

Нас перенял. "Ты, поганче, куда?"-закричал. А до меня:

"Будешь за свидетеля?" А я уже и ухо ему подставляю.

Силой гонит болтуна на суд. Людей собралось!..

Крик, суета... Вот так Аполлон меня вырвал от смерти!

Книга: Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори

СОДЕРЖАНИЕ

1. Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори
2. 2 Пройди, ночные гуляки, знахари, жартуни и...
3. 3 Все певцы уже такие: попроси их в дружеском кругу...
4. 4 Аристофан и Кратін, Евполід и все другие поэты, Те...
5. 5 Значит, оставив Рим шумный, мы в Ариции тихой...
6. 6 Нет, ты не привык, Меценат,- хоть знатностью рода...
7. 7 Как насміявсь над изгнанником Рупілієм, называемым Обладатель,...
8. 9 Шел я по дороге Святой - люблю так пройтись,...
9. 10 Хибиш, Луцілію, и ты: я докажу это каждому, взяв...
10. КНИГА ВТОРАЯ 1 одни Говорят, что...
11. 2 Первое добро - вдовольнитись малым - скорее всего,...
12. 3 «Редко пишешь мне: четыре раза до года Возьмешь...
13. 4 Катію! Откуда? Куда? - «Мне никогда: должен вписать...
14. 5 Еще мне вот что посоветуй, когда пожалуйста, Тіресію вещий:...
15. 6 Вот чем не раз я богам докучала: поля бы горбушку,...
16. 7 Долго здесь слушаю и сам бы тебе сказал, но...
17. 8 Как там гостиная удалась у состоятельного Насідієна?...
18. ПРИМЕЧАНИЯ КНИГА ПЕРВАЯ 1 1. В чем......

На предыдущую