lybs.ru
Говорит кровь: з'єднаю! Говорит любовь: прощу! Говорит вера: веду! / Юрий Липа


Книга: Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори


2

Первое добро - вдовольнитись малым - скорее всего, самое высокое!

(Так наставляю не я: это Офелл, крестьянин, свою мудрость,

Хоть и не тонко, зато убедительно нам преподает).

Учитесь, однако, не за пышным столом то добро получать,

Где притупляется зрение от бессмысленного блеска, где разум

Взглядов ложных упрямо держится, пренебрегает лучшим.

Здесь вот, натощак, поговорим! - «Как это натощак?» - Постараюсь

Вам объяснить. Судья, который в руки привчивсь заглядывать,

Правду плохо уже видит. Когда на лошади норовистім

Скачешь за зайцем, случайно, когда, непригоден для закалки

Римских военных занятий, легкомысленно, по обычаю греческому,

Гонишь мяча и, отдавшись той игре, забываешь о настоящей

Труд тяжелый, или, метая диск, рассекаешь воздух,-

Жаждущий, голодный', тогда вот попробуй отложить прихотливо

еду сельскую или вино, сдобренное медом гіметським.

Вдруг твой ключн^ик, скажем, пропал, а бушующее море

Рыбы тебе не дало', то и обычным хлебом посоленим

Желудок свой моментально успокоишь. А чем объяснить это, знаешь?

Вот чем: не в запахах редких блюд наслаждение самая высокая,

Лишь в самом тебе. Поэтому пит - это лучшая приправа.

Тем-то бледного и одутлого среди переситу и блуда

Устрица уже не привлечет, ни лещ, ни тетеря залетная.

Вот тебе курица, скажем, и павлин: павлином ты, наверное,

Радовать бы стал небо свое, хоть хвалил бы я курицу.

Вид вещей тебя и здесь підманув бы: дескать, редкая птица,

Золотом ценится! Сам разноцветный хвост чего стоит!

Якобы дело в хвосте. Или и то перья кушаешь, которое хвалишь?

Может, и в кипятке павлин такой красавец? Так вот, когда мясом

Совсем не лучший ед курицы павлин, то тебя, разумеется,

Соблазнила внешность. Вот оно что! Или вот еще пример:

Кто тебе скажет, с Тибра щупак этот зубастый, или с моря?

Где себе хлюпався он: в самом устье, или, может,

Ген между мостами? Барбулю ты хвалишь и опять по-дурацки:

«Ишь, здоровенная какая!» - и тут же нарізуєш мелко -

Вид тебя пленил. Щупаків длиннющих, однако,

Будто и не видишь, а знаешь почему? Потому щупак от природы

Длинный бывает, барбуля же та, наоборот,- небольшая.

Желудок голодный разве презирать еду обычную? -

«Все же, когда тесно ей в миске большой, то и глянуть любо»,-

Говорит сладкоежка, который горлом своим превзошел бы и гарпий.

Австре, проституток! Пусть те блюда протухнут! Правда, в таком

И свежий вкуса не пробудит уже, когда желудок поврежденного

Избытком пищи, когда горьковатый щавель или редька

Более нужные, чем кабан или камбала. Скромность, однако, [154]

Видно еще и сейчас на пышных столах: еще кладут, как водилось,

Темную оливку и обычное яйцо. Или же давно удивлялись,

Как это Галлоній-окличник осетром свой стол заставляет?

«Странно! Разве в те времена еще не плавала камбала в море?»

Камбала в море, аист в гнезде проживали спокойно,

Пока их претор-сладкоежка не полюбил и вы за ним, конечно.

Да приняли бы теперь, что с почка самое вкусное жаркое,-

Здесь же и подхватит это римский юноша, испортиться готов.

Скромную жизнь еще не значит - скупой, разве это разумно,

Недостатки, например, той избежав, в эту попадать?

Так развлекает и Офелл, вспомнив здесь Авідієна.

Псом его зовут не зря: пятилетние оливки и терен -

Вот его привычные продукты питания. Вина же не коснется ни за что,

Пока уже совсем не прокиснет. А зайдет временами свадьбы,

Праздник какой-то или день рождения,- как и полагается, в белом

Служит гостям, и таким маслом он собственноручно

Опрыскивает капусту, бывает, что и в носу от нее закрутит.

Так и дрожит над всем и только уксуса не подходит по каплям.

Как мудрецу тут быть, скажи? За образец кого брать?

Отсюда, как говорят, угрожает волк, а оттуда - собака.

Чистый - ни грязью людей не впечатляет, ни тщеславным

Блеском не слепит глаз. Не делай, как тот седой Альбуцій:

Еще и распоряжений рабам не давал, а уже за халатность

Ганить их; Невія тоже не подражай: гостям он помои

Вместо воды из невнимания подал; это - беда не меньшая.

Учти теперь хорошо на все преимущества скромной пищи.

Во-первых, здоровый: привередливые блюда - вредные,

В том ты сам пересвідчивсь, когда, утихомирив голод,

Милую облегчение почувствовал. А попробуй-ка ты после устриц

Пару дроздов еще глотнуть, вареное смешать с печеным,-

Лакомство в желчь переменятся. Где-то аж до самого горла

Бурлящее слизь підступатиме. Глянь только, какими бледными

Гости встают из-за стола, что гнулся от различных яств,

Тело, чрезмерно насыщенное вчера, подавляет и душу:

Долю небесного дуновения затаптывает в землю, гасит.

Другой - поест наскоро и здрімне себе, и тут же к труду

Привычно и бодро становится. Но и он не от того, чтобы время

Кое-что себе попустить: то когда день праздничный

С оборотом года надлине, или, может, змарнівши, захочет

Немного набраться тела, то когда старость о себе,

Хоть незаметно, а все же напомнит: мол, оглянись -

Уже и шануватись пора. Ну а ты, что размяк в безділлі

В расцвете сил своих, чем ты обрадуешь себя, когда вдруг

Ляжешь, больной, или просто заглибишся в немощную старость?

Люди, давно когда-то, мясо кабанье стухле хвалили,

И не потому, что без обоняния были, а чтобы гость запоздалый

Лучше таким подкрепился, чем имел бы еще свежим мясо [155]

Сам обжора-хозяин потребить. Если бы в ту пору

Я родился на земле молодому между тем праведным народом!

Может, ты славы ищешь, солодшої людям над песню? -

Знай же: те редкие рыбы не только растрату приносят -

В них и позор, и большая бесславие. Тебя еще, кроме того,

Родные и соседи возненавидят. Сам себя, наконец, прокляв,

Смерти будешь искать бесполезно, потому что и пакля не сможешь купить,

Чтобы усукати петлю. «Меня это Не касается,- скажешь,-

Травзія так наставляй, а моими деньгами по крайней мере

Три обладатели сыты были бы». А почему же не пустить

В обращение избытка того? Без гроша голодает, скажем,

Честный человек, а ты - пресыщен. Там вот падение

Древним Храмам грозит. Почему из той кучи богатства

Горстки хотя бы не отпустишь отечестве, почему, нечестивче?

Думаешь, пока жизнь, до тех пор и будешь любимцем судьбы?

Нет! Насмешишь таки и ты врагов! Когда случится беда,

Кто тебе блеснет надежной устойчивостью: то, что в достатке

Ласкал и разнеженное тело, и душу, или тот, кто утешался

Лишь необходимым, малым, и надежд не питал на будущее,

Умея, как мудрец, встречать войне во время мира?

Верь мне, я еще с детства своего помню Офелла:

Он и тогда еще, на целом поле, нисколько не шире

Жил, чем теперь. На своим, но уже розмежованім поле,

Встретишь и сейчас его, поселенца со скотом, с детьми.

«Нет, не случалось такое,- поведает Офелл,- чтобы в будни

Что-то, кроме капусты, я ел кусочка копченого мяса.

Даже тогда, когда редкий гость заглянет а зайдет

Милый сосед перемолвиться тихо при дню сльотливій,

Рыбы городского на стол я не клал - не было в ней нужды:

Курица была по вкусу или козля, затем - фиги и орехи,

Наконец, обильные виногрона давал я на скромную закуску.

Здесь начиналась игра, и кто промахнулся, тот пил дополнительно

Доброй Церере на славу, чтобы высоко в поле тянулись

Стебли тугие, чтобы замысла со лба нам вино проганяло.

Пусть же бушует Фортуна, пусть снова готовит нам бурю!

Что нам она отнимет? Или обеднели же мы, друзья, хоть немного

С той поры, когда здесь - тот владелец новый расхаживает?

Уже не его, не меня и не кого делает природа

Владельцем вечным этой земле: то - нас прогоняет,

Завтра - его прогонит ли то собственная гордость, или двусмысленное

Слово закона, или - уже наверняка - плотная наследник.

Сейчас это поле Умбрена; Офелловим называлось вчера.

Наконец, оно - ничье, а лишь для короткого потребления

Из рук переходит в руки. Поэтому крепитесь и будьте готовы

Щонайжорстокіший судьбы удар, не дрогнув, принять!» [156]

Книга: Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори

СОДЕРЖАНИЕ

1. Квинт Гораций Флакк Сатиры Перевод Андрея Содомори
2. 2 Пройди, ночные гуляки, знахари, жартуни и...
3. 3 Все певцы уже такие: попроси их в дружеском кругу...
4. 4 Аристофан и Кратін, Евполід и все другие поэты, Те...
5. 5 Значит, оставив Рим шумный, мы в Ариции тихой...
6. 6 Нет, ты не привык, Меценат,- хоть знатностью рода...
7. 7 Как насміявсь над изгнанником Рупілієм, называемым Обладатель,...
8. 9 Шел я по дороге Святой - люблю так пройтись,...
9. 10 Хибиш, Луцілію, и ты: я докажу это каждому, взяв...
10. КНИГА ВТОРАЯ 1 одни Говорят, что...
11. 2 Первое добро - вдовольнитись малым - скорее всего,...
12. 3 «Редко пишешь мне: четыре раза до года Возьмешь...
13. 4 Катію! Откуда? Куда? - «Мне никогда: должен вписать...
14. 5 Еще мне вот что посоветуй, когда пожалуйста, Тіресію вещий:...
15. 6 Вот чем не раз я богам докучала: поля бы горбушку,...
16. 7 Долго здесь слушаю и сам бы тебе сказал, но...
17. 8 Как там гостиная удалась у состоятельного Насідієна?...
18. ПРИМЕЧАНИЯ КНИГА ПЕРВАЯ 1 1. В чем......

На предыдущую