lybs.ru
Поздно экономить, когда уже проглядаєш дно. / Юрий Мушкетик


Книга: Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори


ПИСЬМО LХІV

Сенека приветствует своего Луцилию!

Вчера ты был с нами. Можешь упрекнуть меня: разве только вчера? Поэтому и добавляю: «с нами», потому что со мной ты всегда. Пришли друзья. Веселее заструился дымок над кровлей. Не такой, конечно, что клубится из кухни вельмож, пугая ночных сторожей, а скромный вестник прибывших гостей. Говорили, как то бывает во время пиршества, то о сем, то о том; начинали одним, закончили другим, лишь бы снувалась нить милой беседы. Читали и книгу Квинта Секстия-отца, выдающегося - если веришь мне - человека, стоика, хотя сам он отрицает. Сколько-то силы в нем, сколько задора! Клянусь богами, такое найдешь не у каждого философа: произведения некоторых - хотя и славой радуются - какие-то бескровные. Поучают, спорят, пытаются на шутку, а сил не добавляют, потому и не имеют ее. Когда же прочтешь Секстия, скажешь: «Вот кто живет, растет, свободно дышит, возвышается над людьми! Вот кто оставляет меня, переполнив доверием!» При любом настроении, читая его, поверь, хочется бросить вызов даже самой большой непогоде, хочется воскликнуть: «Почему же ты медлишь, фортуно? Нападай же! Глянь - я готов!» Подвожу лоб, словно тот, кто оглядывается, где бы испытать себя, где бы проявить свое мужество:

Стремится, чтобы дикий кабан среди тех беззащитных зверушек

Вышел, запеневшийся, с гор, или великан, лев рудогривий .

Хочется преодолевать что-то, нелегкую победу добывать, закаливаться.

Секстій знаменит еще и тем, что, вырисовывая величие счастливой жизни, не лишает тебя надежды достичь его: будешь знать, как высоко оно, но будешь знать и то, что при желании все-таки можно его получить. Добродетель поможет тебе в этом: будешь восхищаться этой жизнью, а вместе - бороться за него. Мне же много времени уходит, конечно, на сами размышления над мудростью: созерцаю на нее с таким удивлением, с каким смотрю и на весь мир, а его я вижу не раз словно тот зритель, который только что пришел на спектакль. Уважаю открытия, которые делает мудрость, уважаю самих открывателей. Все это милое мне, как наследие во многих предках. Для меня же все это приобретено, для меня и обработано! Но ведь и поставим себя на место доброго отца семейства; примножмо то, что получили. Пусть богаче прейдет наследство от меня до потомков моих. Много еще не сделано сегодня, много и останется несделанным. Будет к чему приложить руки тому, кто будет жить и тысячи веков после нас. Предположим, что наши предки все изобрели, всего дошли, то даже тогда будет новым для нас применение этих достижений, их исследования, упорядочение. Скажем, кто-то оставил нам лекарство для глаз; нет нужды, следовательно, выискивать новых - надо эти, что есть, умело применять при различных обстоятельствах и заболеваниях. Одно средство, например, вигоює воспаление глаз, от другого сходит опухоль век; тот - лучший при каком-либо повреждении и слезливости; - обостряет зрение. Нужно все это знать, подметить соответствующее время, надлежащую меру их применения. Лекарство от душевных недугов изобретены нашими предками; как ими пользоваться и когда к ним обращаться - это уже нам выпало исследовать. Многие делали те, которые жили до нас, и всего, конечно, не доделали. И все же их надо уважать, составлять им почести наравне с богами. Почему бы мне не иметь их изображений для ободрения своего духа? Почему бы я не имел праздновать день их рождения? Почему бы не имел призвать их, полон уважения? Которую почтительность я должен иметь для своих учителей, с такой же должен склоняться в поклоне перед учителями всего рода человеческого, перед теми, кто щедрой рукой засеял нам первые зерна всякого добра. Когда встречу консула или претора, то сделаю все, что, конечно, предстоит делать, проявляя уважение достойникам: сойду с коня, скину шапку и уступлю ему с дороги. То как? Не с высочайшим благоговением поздравлю в своей душе одного и второго Марка Катона, Лелія Мудрого Сократа и Платона, Зенона и Клеанта? Уважаю их и - пусть только услышу какое-то из этих славных имен - набожно встаю.

Будь здоров!

ПИСЬМО LХV

Сенека приветствует своего Луцилию!

Вчерашний день я разделил с недугом: первую его половину, до полудня, она забрала себе, второй - мне уступила. Сначала я испытал свою душу чтением. Далее, увидев, что это занятие ей под силу, я решился приказать ей, то бишь позволить, несколько сложнее: начал писать, правда, с большим напряжением, чем обычно,- соревновался с трудностью предмета, не давая ему так просто меня одолеть. Здесь и навинулися друзья и вместе укротили меня, как то делают с непокорным больным. Стилос уступил разговоре. Из нее перескажу тебе ту ее часть, которую считаю спорным: тебя же мы, собственно, выбрали судьей. Мороки получишь больше, чем тебе кажется, ведь придется высказаться относительно трех разных соображений.

Наши стоики, как знаешь, твердят, будто все в природе возникает из двух начал: причины и материи. Материя лежит бездействует - вещь, ко всему готова, но пока ее ничто не трогает - ни к чему не способна. Зато причина, то есть разум, придает материи вида, вращает ею, как хочет, добывает из нее всевозможные поделки. Поэтому-то следует признать, что должно быть то, с чего какая-то вещь творится, как и то, посредством чего она создается. Это последнее - причина; первое - материя. Любое искусство - это подражание природе. Так вот: то, что я говорил о вселенной, отнеси теперь ко всему, что творит человек. Статуя, скажем,- это изначально и материя, которая подлежала работе художника, и сам художник, который предоставлял той материи вида. Материя статуи - бронза, причина - художник. Такое же условие и всего сущего: каждая вещь - это то, из чего она создана, и то, что ее создало. По мнению стоиков, есть только одна причина - то, что создает вещи. А вот Аристотель считает(1), о причине можно говорить трояко: «Первая причина,- говорит он,- это материя, без которой ничего нельзя сделать; вторая - художник; третья - форма, которая дается каждому изделию, к примеру, статуи». Эту форму, кстати, Аристотель называет «эйдос». «Еще и четвертая,- отмечает он,- присоединяется к ним причина - это намерение, с которым приступают к сочинению». Объясню тебе, что это такое. Итак, бронза - первая причина статуи; и статуя никогда бы не могла быть изготовленной, когда бы не было того, из чего ее отлито, отчеканен. Вторая причина - художник: не могла бы и бронза приобрести вид статуи, если бы за нее не взялись опытные руки. Третья причина - форма: статуя никогда бы не получила названия «Дорифор» или «Діадумен»(2), когда бы ей не предоставили именно такого лица. Четвертая причина - намерение, с которым приступают к работе: если бы его не было, того намерения, то статуи вообще бы не изготовили. Так что же такое намерение? То, что побуждает художника, то, ради чего он берет в руки резца: если он имеет в виду продать свое произведение, то это - деньги; если трудится ради своего имени, то - слава, а если готовит подарок для храма, то - набожность. Следовательно, причиной является также то, с какой целью изготавливается та или иная вещь. Ведь не считаешь, что к причинам викінченого произведения не стоит относить того, без чего то произведение вообще бы не был создан. Платон добавляет еще и пятую причину: образец, который называет «идеей»(3). Это то, на что смотрит художник, чтобы не ошибиться, воплощая свой замысел в материал. И совсем не имеет значения, тот образец, на котором он время от времени останавливает глаз, где-то в стороне, или же в нем, им же воспринят и доверенный памяти. Вот такие образцы всех вещей имеет в себе божество, что охватывает своим помыслом как числа, так и формы всего, что должно быть создано; то божество и полна теми несмертельными, неизменными, неутомимыми образами, которые у Платона имеют название «идеи». К примеру, гибнут люди,- а человечество, наподобие которой создается человек, остается, и не наносит ей никакого вреда то, что те люди страдают, загибають. Поэтому, как учит Платон, есть пять всех причин: то, из чего; то, через кого то, в каком виде, то, на подобие чего; то, ради чего; в конце - то, что с тех причинам выходит. Так, чтобы не отходить от нашего примера - статуи: то, из чего она,- бронза; то, через кого,- художник; то, в каком виде,- форма, которой она наделена; то, на подобие чего - образец, по которому создавал ее художник; то, ради чего,- намерение творца; то, что с тех причинам получается,- сама статуя. Все это, говорит Платон, есть также во вселенной: создатель - это бог; то, из чего вселенная создана,- материя; форма - это вид и порядок, что наблюдаем вокруг; образец - то, на подобие чего бог создал такую оздобну величие; намерение, ради которого он все это создал. Спросишь, пожалуй, какой же был умысел в бога? - Доброта. Читаем же у Платона: «Что побудило бога создать мир? Бог добрый. Добрый же не скупится другим на добро. Вот он и создал, что только мог самого лучшего»(4). Поэтому выскажи свое судейское мнение - скажи, чьи слова кажутся тебе наиболее вероятными; именно наиболее вероятными, а не самыми правдивыми, потому что до окончательного решения этого вопроса нам так далеко, как до самой чистой правды. То, что Аристотель и Платон говорят относительно той толпы причин, то их на самом деле или слишком много, или слишком мало. Ведь когда к причинам засчитывать все то, без чего вообще ничто не может быть сделано, то их слишком мало; пусть тогда причиной считают также время: без него же ничто не может случиться; так же и место: как сделать какую-то вещь, когда не будет места, где бы ее сделать? Или же движение: ничто ведь без него не возникает и не погибает - никакого искусства не может быть без движения, никакой перемены. Но мы дошукуємося первой, общей причины. Она должна быть простой, поскольку и материя проста. Что же это за причина? Конечно, ясный разум, то есть бог. А относительно приведенных причин, сколько бы их ни было, то это не отдельные причины: все они зависят от одной - той, что действует. Скажешь, причиной является форма? Но художник прикладывает ее к своему произведению, значит, это какая-то доля причины, а не сама причина. Так же и образец не является причиной, а лишь ее необходимое орудие. Образец столь нужный художнику, как резец или напильник: без них искусство и шагу не сделает, но они не являются ни частями искусства, ни его причинами.- «Намерение художника,- говорят они,- то есть то, ради чего он приступает к работе,- это причина».- Пусть так. Но это не действующее, а лишь побочная причина. Таких причин не счесть, а мы ищем общей причины. Здесь их и изменила привычная для них тонкость, когда они твердили, будто весь мир, законченный произведение,- это причина. Ведь произведение и его причина - далеко не одно и то же.

Следовательно, постановления свое решение или - это легче в подобных вопросах - объяви, что для тебя еще не все ясно, и потребуй более широкого рассмотрения дела.- «Странная приятность,- скажешь,- тратить время на то, что не утолит тебе никакой страсти, не прогонить никакого желания!» - Что ж, я тоже предпочитаю поэтому, что умиротворяет душу, и прежде всего пытаюсь понять сам себя(5), а потом уже вселенная. Но и теперь, хоть ты и ругаешь мне, времени зря не трачу: даже те размышления, если их не здрібнювати, если не прибегать к ненужным тонкостей, преподносят, облегчают наш дух стремится освободиться из-под тяжелой ноши и вернуться к тем пространствам, откуда он происходит. Ведь тело - это бремя, это наказание для духа; оно давит, угнетает его, держит в узах, пока на помощь не придет философия, пока не велит ему наслаждаться созерцанием природы, отослав его от земного - к небесному. В той путешествии - его свобода: он вырывается из-под стражи, набирается в небе силам. Как художники, натомивши глаза над какой-то тонкой работой, требующей напряженного внимания, да еще и когда помещение плохо освещено, выходят на свежий воздух и где-то в предназначенном для общественного досуга месте утешают свое зрение свободно разлитым светом, так и дух, запертый в той понурій и темной квартире, при любой возможности рвется на простор и отдыхает, созерцая природу. Мудрец, а также тот, кто стремится к мудрости, хотя они тесно связаны с телом, все же лучшей своей частью - свободные от него, обращенные мыслями ввысь. Подобно воинов, принявших присягу, срок своей жизни они считают сроком военной службы; они воспитали себя так, что ни любви к жизни не слышат, ни ненависти: терпеливо переносят свою смертную судьбу, хотя знают, что лучшее ждет их впереди. Запрещаешь мне присматриваться к природе и, забирая из виду целое, оставляешь какую-то долю? Я не должен спрашивать себя, каковы истоки вселенной? Кто формирует все вещи? Кто порозмежовував все то, что, поспливавшись вместе, бовваніло единственным клубом бездеятельной материи? Я не имел бы доискиваться, кто же является творцом вселенной? Каким образом такая община пришла к закона и порядка? Кто собрал порозкидуване, поделил перемешано, а всему тому, что лежало бесформенной кучей, предоставил выразительного лица? Откуда проливается такое свет? Или его источник - огонь, а еще что-то яснее? Не вивідуватиму этого? Не знаю, откуда я происхожу? Один лишь раз мне озирати этот мир, имею рождаться снова и снова? Куда уйду отсюда? Которая дом ждет душу, освобожденную от ее рабского существования в человеческом теле? Запрещаешь поинтересоваться делами небесными, то есть велиш мне жить с опущенной головой?.. Нет! Я выше, потому и рожден для чего-то высшего, чем для служения своему телу, на которое смотрю не иначе, как удавка, наброшенная на мою свободу!

Им я прикриваюсь от фортуны, чтобы она не проникала глубже,- не позволяю, чтобы какой-то из ее ударов, пройдя сквозь тело, достиг и меня. Одно лишь тело во мне уязвимым. И в том нараженому на удары жилье живет свободная душа. Никогда эта моя плоть не склонит меня к страху, никогда не заставит к позорному для честного человека лицемерия, никогда ради того ничтожного тела не опущусь до лжи! Как только посчитаю нужным - тут же разорву с ним союз. Но и теперь, пока мы еще связаны сосуществованием, тот неравный союз: все права забрала себе душа. Пренебрежение к телу - тоже определенная свобода. Возвращаясь к сути, замечу, что и созерцание природы, над чем мы только что рассуждали, немало прислуговується той свободе. Ведь действительно все состоит из материи и бога. Бог руководит, а все, что вокруг него, идет за ним, как за вождем, повинуется его верховной воли. Мощнее, более весомым является то, что действует, то есть бог, а не то, что подлежит действию, то есть материя. Какое место занимает в мире бог, такое в человеке - душа. Чем для мира является материя, тем для нас - тело. Пусть хуже служит лучшему. Итак, будем стойкими ко всяким неожиданностям! Не жахаймося ни обид, ни ран, ни пут, ни никаких нужд! Потому что такое смерть? Или конец, или переход. Я не боюсь завершить свое бытие, потому что это все равно, что не начать его. Не боюсь также перейти в другое состояние, потому что нигде не буду в такой тесноте.

Будь здоров!

Книга: Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори

СОДЕРЖАНИЕ

1. Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори
2. ПИСЬМО II Сенека приветствует своего Луцилию! Из писем, что их пишешь...
3. ПИСЬМО IV Сенека приветствует своего Луцилию! Настойчиво продолжай...
4. ПИСЬМО VI Сенека приветствует своего Луцилию! Я понимаю, Луцілію,...
5. ПИСЬМО VIII Сенека приветствует своего Луцилию! «Ты велиш мне,- так...
6. ЛИСТ Х Сенека приветствует своего Луцилию! Так-так. Я не...
7. ПИСЬМО XII Сенека приветствует своего Луцилию! Повсюду, куда не...
8. ПИСЬМО XIII Сенека приветствует своего Луцилию! Знаю, тебе не...
9. ПИСЬМО XIV Сенека приветствует своего Луцилию! Согласен: уже от...
10. ПИСЬМО XV Сенека приветствует своего Луцилию! Был у наших предков,...
11. ПИСЬМО XVI Сенека приветствует своего Луцилию! Знаю, Луцілію, ты не...
12. ПИСЬМО XVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Вот и декабрь,...
13. ПИСЬМО XIX Сенека приветствует своего Луцилию! Аж подпрыгнул, случайно,...
14. ПИСЬМО XX Сенека приветствует своего Луцилию! Если ты здоров и...
15. ПИСЬМО XXI Сенека приветствует своего Луцилию! То ты думаешь, что...
16. ПИСЬМО XXII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты, наконец,...
17. ПИСЬМО XXIII Сенека приветствует своего Луцилию! Надеешься,...
18. ПИСЬМО XXV Сенека приветствует своего Луцилию! Что касается двух...
19. ПИСЬМО XXVII Сенека приветствует своего Луцилию! «Ты вот даешь...
20. ПИСЬМО XXIX Сенека приветствует своего Луцилию! Спрашиваешь нашего...
21. ПИСЬМО XXX Сенека приветствует своего Луцилию! Видел я Ауфідія...
22. ПИСЬМО XXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Узнаю моего...
23. ПИСЬМО XXXII Сенека приветствует своего Луцилию! Все вивідую о...
24. ПИСЬМО XXXIV Сенека приветствует своего Луцилию! Кажется мне, что...
25. ПИСЬМО XXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Крупнейшая из твоего...
26. ПИСЬМО ХL Сенека приветствует своего Луцилию! Я благодарен тебе за то,...
27. ПИСЬМО XLI Сенека приветствует своего Луцилию! Хорошо И спасительно для...
28. ПИСЬМО XLIII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашиваешь,...
29. ПИСЬМО ХLVI Сенека приветствует своего Луцилию! Обещанную твою книгу...
30. ПИСЬМО XLVIII Сенека приветствует своего Луцилию! На твоего письма,...
31. ПИСЬМО XLIX Сенека приветствует своего Луцилию! Разве что равнодушный и...
32. ПИСЬМО L Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо я получил...
33. ПИСЬМО LII Сенека приветствует своего Луцилию! Что же это за такая...
34. ПИСЬМО LIII Сенека приветствует своего Луцилию! На что только не...
35. ПИСЬМО LIV Сенека приветствует своего Луцилию! Долгий отпуск дало...
36. ПИСЬМО LVI Сенека приветствует своего Луцилию! Пусть я пропаду, если...
37. ПИСЬМО LVII Сенека приветствует своего Луцилию! Вынужден...
38. ПИСЬМО LIX Сенека приветствует своего Луцилию! Большое наслаждение я...
39. ПИСЬМО LX Сенека приветствует своего Луцилию! Жалуюсь, сопереживаю и возмущаюсь,...
40. ПИСЬМО LХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Вчера ты был с нами....
41. ПИСЬМО LХVІ Сенека приветствует своего Луцилию! После многих лет...
42. ПИСЬМО LХVІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Чтобы и себе начать...
43. ПИСЬМО LXVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Присоединяюсь к...
44. ПИСЬМО LХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Я бы не хотел, чтобы...
45. ПИСЬМО LХХІ Сенека приветствует своего Луцилию! Часто советуешься со...
46. ПИСЬМО LХХII Сенека приветствует своего Луцилию! То, о чем...
47. ПИСЬМО LXXIII Сенека приветствует своего Луцилию! По моему мнению, очень...
48. ПИСЬМО LХХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо и утешил...
49. ПИСЬМО LХХV Сенека приветствует своего Луцилию! Ропщешь, что...
50. ПИСЬМО LXXVI Сенека приветствует своего Луцилию! Ты грозиш...
51. ПИСЬМО LXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Сегодня нежданно...
52. ПИСЬМО LХХVIII Сенека приветствует своего Луцилию! То, что страдаешь...
53. ПИСЬМО LХХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Жду от тебя...
54. ПИСЬМО LXXX Сенека приветствует своего Луцилию! Сейчас у меня...
55. ПИСЬМО LXXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Ропщешь, что...
56. ПИСЬМО LХХХІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Я уже перестал...
57. ПИСЬМО LXXXIII Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь, чтобы я...
58. ПИСЬМО LXXXIV Сенека приветствует своего Луцилию! Те путешествия, что...
59. ПИСЬМО LХХХV Сенека приветствует своего Луцилию! До сих пор я тебя щадил:...
60. ПИСЬМО LXXXVI Сенека приветствует своего Луцилию! Пишу тебе,...
61. ПИСЬМО LXXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Я увидел обломки...
62. ПИСЬМО LXXXVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты хочешь знать,...
63. ПИСЬМО LХХХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь от меня...
64. ПИСЬМО XC Сенека приветствует своего Луцилию! Кто, мой Луцілію, мог...
65. ПИСЬМО ХСІ Сенека приветствует своего Луцилию! Наш Лібераліс сейчас...
66. ПИСЬМО XCII Сенека приветствует своего Луцилию! Думаю, дойдем...
67. ПИСЬМО ХСІІІ Сенека приветствует своего Луцилию! В письме, где ты...
68. ПИСЬМО ХСІV Сенека приветствует своего Луцилию! Некоторые берут...
69. ПИСЬМО ХСV Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь, чтобы я выложил...
70. ПИСЬМО XCVI Сенека приветствует своего Луцилию! И все же ты чем-то...
71. ПИСЬМО ХСVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Никогда не верь, что...
72. ПИСЬМО XCIX Сенека приветствует своего Луцилию! Посылаю тебе...
73. ПИСЬМО С Сенека приветствует своего Луцилию! Пишешь, что с большим...
74. ПИСЬМО СИ Сенека приветствует своего Луцилию! Каждый день, каждая...
75. ПИСЬМО СИИ Сенека приветствует своего Луцилию! Как делает нам...
76. ПИСЬМО СІІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Почему так беспокоишься...
77. ПИСЬМО СV Сенека приветствует своего Луцилию! Я скажу тебе, на что...
78. ПИСЬМО CVII Сенека приветствует своего Луцилию! Так где же твоя...
79. ПИСЬМО CIX Сенека приветствует своего Луцилию! Хочешь знать,...
80. ПИСЬМО CX Сенека приветствует своего Луцилию! А это поздравление насылаю...
81. ПИСЬМО северный и Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашивал меня, как...
82. ПИСЬМО СХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашиваешь меня,...
83. ПИСЬМО СХV Сенека приветствует своего Луцилию! Не хочу, мой...
84. ПИСЬМО СХVІ Сенека приветствует своего Луцилию! Не раз возникал...
85. ПИСЬМО СХVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Требуешь, чтобы я...
86. ПИСЬМО СХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Сколько бы...
87. ПИСЬМО CXX Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо,...
88. ПИСЬМО CXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Я вижу, ты заведешь...
89. ПИСЬМО CXXII Сенека приветствует своего Луцилию! Вот уже и день несколько...
90. ПИСЬМО CXXIII Сенека приветствует своего Люцілія! Уставший...
91. ПИСЬМО СХХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Могу тебе немало...
92. ПРИМЕЧАНИЯ Данный перевод - это первая полная украинская...
93. УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН Август (Гай Юлий Цезарь Октавиан) - LXXXIII,...

На предыдущую