lybs.ru
Предположение мудрецов ценнее, чем убеждения невежд. / Николай Михальченко


Книга: Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори


ПИСЬМО CXX

Сенека приветствует своего Луцилию!

Твое письмо, побродив среди разных мелких вопросов, остановился, наконец, на одном и требует на него ответа: «Откуда у нас знания о благе и о добродетели?» - Кое-кто считает те вещи совершенно различными; мы же лишь отделяем одно от второго. Объясню, что имею в виду. Есть такая мысль, что благо - это что-то полезное. Тем самым прикладывают имя и к богатству, и к лошади, и к вину, и к обуви. Вот как низко они ценят благо, вот до каких низин опускают его! Честным называют все, что совпадает с надлежащим исполнением обязательства, например, чувственное заботы о родительскую старость, помощь приятелю, попавшему в беду, мужество в походе, розважне и обдуманное суждение. Мы тоже рассматриваем отдельно добродетель и благо, хотя и то, и это выводим из одного. Ничто не может быть благом, если оно одновременно не является честным, а что честно, то всегда благо. Считаю лишним приточувати здесь, какая между ними разница: об этом я уже не раз говорил. Скажу одно: не считаем благом то, что может быть использовано кем-то как зло. А ты видишь, как много людей злоупотребляют богатствами, знатностью, силой.

А теперь возвращаюсь к тому, о чем хочешь узнать от меня: как дошло до нас первое знание блага и добродетели. Природа не могла нас этому научить: она дала нам семена того знания, но не само знание. Кое-кто считает, что мы просто наткнулись на то знание, но в это невозможно поверить: не навинувся же кому-то так случайно образ добродетели. Думаю, что то знание постигаем путем наблюдения и сравнения неоднократных наших поступков. Наши считают, что к пониманию добродетели и блага доходим благодаря аналогии. Это слово, раз уж латинские грамматики одарили его правом гражданства, не считаю я нужным осуждать и высылать на родину - послуговуватимусь ним не только как принятым, но также как общеупотребительным. Объясню, что это за аналогия. Вот мы узнали в свое время, что такое здоровье тела; отсюда и додумались, что должно быть и какое-то здоровье духа. Нас захватили милосердны, человечные, мужественные поступки; вот мы и начали подивляти в них совершенство. Под ними было и немало пороков, но их прикрывал сам вид и блеск того или иного поступка - и мы тех пороков не заметили. Природа велит преувеличивать похвальное, поэтому каждый довольствуется славой, что выходит за пределы действительно заслуженной. Отсюда - наше представление о необычайной благо. Фабріцій отверг золото царя Пирра(1): считал, что пренебречь царскими сокровищами - это нечто большее, чем само царство. Он же, когда Піррів врач брался подать царю яд, предупредил Пирра, чтобы тот опасался подвоха. Одинаково высокий дух нужен был для того, чтобы не позволить победить себя силой богатства, как и для того, чтобы не одержать победу силой яда! Мы подивляємо величие мужа, который не поспешил ни на царские обещания, ни на обещания, обращенные против царя, величие мужа, который неуклонно держался доброго примера, и даже на войне - а это самое трудное! - сторонился дурного поступка, потому что верил: есть что-то такое, чего нельзя допустить и против врага, и в своей крайней нищеты, которую сделал украшением для себя, золото презирал не меньше, чем яд. «Живи,- сказал, - Шрре, с моей ласки, живи и радуйся тому, что раньше так тебя мучила,- с неподкупности Фабріція!» Гораций Коклес(2) сам-один загородил узкий переход через мост и велел лишить себя возможности отступления,- только бы враг не ступил за мост, и до тех пор отражал натиск, пока не затрещали сорванные огромным обвалом деревянные бревна. Когда, оглянувшись, увидел, что сам, презрев опасность, освободил от опасности отечество, сказал: «Кто хочет, пусть преследует меня по той же тропе!» С теми словами бросился в пучину и там, подхваченная стремниной, одинаково заботился о том, чтобы выйти живым, как и о том, чтобы выйти оружним; не бросив украшенной победой оружия, вернулся к своим таким же спокойным, словно прошел через мост. Вот такие и подобные деяния и подают нам образ добродетели.

Я приточу такое, что может показаться странным: иногда зло представало в виде честности, а что-то лучше было обязано своим блеском почему-то совершенно противоположном. Ведь, как тебе известно, пороки граничат с добродетелью, а самое позорное, запропащене бывает подобным должного. Так растратчик может показаться щедрым, а тем временем уметь одаривать и не уметь беречь - разные вещи. Много, еще раз говорю, мой Луцілію, есть таких, кто не дает - просто выбрасывает. Не название щедрой того человека, который поссорился со своими деньгами. Небрежность делает себя подобной податливости, дерзость - к храбрости. Вот такое сходство заставило нас сосредоточиться и различить смежное по виду, но далеко не одинаковое по сути. Когда присматриваемся к тем, кто прославился каким-то выдающимся деянием, то должны учесть, кто совершил его в благородном и мощном порыве, но только раз. Одного мы видели храбрым на войне, зато дрожащим на форуме, устойчивым в нужде и робким в бесславии - и начали хвалить его поступок, но презирать самого человека. Второго мы видели благосклонным к друзьям, сдержанным до врагов, бдительным и честным в частных и общественных делах - и заметили, что ни в том, что надо переносить, ему не хватает стойкости, ни в том, что надо выполнять,- розважності. Мы видели, как щедрой рукой он раздает там, где надо одаривать, как упорно и напряженно, облегчая усталость тела бодростью духа, работает там, где надо работать; наконец, он всегда одинаковый, в каждом поступке равный себе и добродетельный уже не по усмотрению, а потому, что привык быть таким,- и уже не только может поступать правильно, но не может поступать иначе. И мы поняли, что перед нами - самая высокая добродетель. Мы разделили ее на части. Оказалось, что надо обуздать вожделение, унять страх, позаботиться о будущих дела, раздать все, что мы должны отдать,- и мы осознали, что такое умеренность, храбрость, предусмотрительность, справедливость, а тогда каждой из тех добродетелей мы определили соответствующую обязанность.

Но с чего глу все-таки поняли, что такое добродетель? На нее указали нам и присущий ей порядок, и изящество, и постоянство, и соответствие между собой всех поступков, и и несравненное величие, что возвышает ее над всем. А отсюда - и наше понимание блаженной жизни, что плывет спокойным течением, зависящее во всей своей целости только от собственной воли. Как это стало для нас очевидным? Сейчас тебе скажу. Тот совершенный человек, который достиг добродетели, никогда не проклинал судьбы, никогда не расстраивался, когда она перестрівала его злым случаем: считая себя гражданином мира и воином, он переносил все труды, словно это был приказ командующего. Хоть бы что там случилось, не відсахувався от того, что упало на него судьбой случае, как от зла, а воспринимал как нечто вверенное ему самому. «Хоть бы там оно было,- молвил он,- все же оно мое; пусть плохое, пусть суровое,- тем более приложите и здесь всех усилий». Поэтому большим неизбежно оказался тот, кто ни разу не застонал в беде, ни разу не пожаловался на свое предопределение; не одному он дал понять, каким он есть; как свет в темноте, так и он блеснул и привлек к себе внимание всех, ведь был спокойный и ласковый, равно справедлив как в человеческих, так и божественных делах. Была у него совершенная душа, которая достигла своего наивысшего предела, свыше которой - только божественный дух, доля которого всплыла и в ту смертную оболочку. Поэтому человек никогда не бывает подібнішою к богу, чем тогда, когда, размышляя о свою смертность, знает, что родилась она для того, чтобы пройти свой жизненный путь, и что это тело - не постоянное жилье, а временное пристанище, который придется покинуть, как только почувствуешь, что становишься обременительным для хозяина. Говорю же тебе, мой Луцілію: лучшее доказательство высокого происхождения нашей души - это то, что она считает слишком низкой и удручающей для себя дом, в котором находится: то, что она не боится покинуть ее. Ведь кто помнит, откуда прибыл, тот знает, куда уходит. Разве не видим, как много разных неприятностей нас угнетает, насколько неподходящее для нас это тело? Сетуем то на голову, то на живот, то на грудь, а то на горло. Вчера нам досаждали сухожилия, сейчас побаливают ноги, завтра будет донимать насморк; иногда крови мало, иногда слишком много: отовсюду нажимают на нас болезни, прогоняют нас прочь. Так бывает со всеми, кто поселился в чужом доме. И вот, получив волею жребия такое хилое тело, мы все же снуємо свои замыслы в вечность и, насколько можно раздвинуть границы человеческого возраста, настолько и заполняем тот промежуток надеждами, не довольствуясь даже самым большим богатством, наибольшим могуществом. Что здесь может быть безсоромнішого, без уме піого? Для нас, кто идет к смерти, тем скорее умирает,- всего мало! Ведь с каждым днем мы ближе к последнему, и каждый час гонит нас туда, откуда должны упасть. Глянь, насколько ослеплен наш разум: что говорю как о будущем, то, собственно, происходит сейчас, и большая его доля - уже позади, потому что ее уже прожито. Это большая наша ошибка - страх перед последним днем: до смерти в равной степени приближает нас каждый день. Усталость - это не тот шаг, на котором падаем: он - лишь проявление усталости. Последний день только приходит к смерти; идет к ней - каждый. Она склевывать нас, а не поглощает.

Вот почему муж сильного духа, осознавая свою лучшую природу, пытается на том месте, где он поставлен, исполнить долг честно и пристально, не считая своим ничего из всего того, что его окружает,- пользуется как чем-то одолженным, подобно путешественника, которого торопит дорога. Поэтому, когда бы мы увидели кого-то, кто бы отличался такой стойкостью,* разве не предстал бы перед нами образ незаурядной души, особенно когда постоянство, о которой говорилось, доказала нам, что и величие - неподдельная. Всему настоящему присуща продолжительность, обманчиво - кратковременное. Некоторые люди попеременно бывают то Ватініями, то Катонами. То им кажется, что недостаточно строг был Курий(3), недостаточно нищий Фабріцій, недостаточно бережлив, неприхотливый - Туберон, а то наоборот: богатствами соревнуются с Лицинием, учтами - с Апіцієм, розніженістю - с Меценатом. Найпевнішим доказательством больной души считай ее шатание - когда она постоянно мечется от ложной добродетели до настоящего увлечения пороками.

То у него рабов сотни две,

То десятью уже обходится. То властелинами и вождями

Уши протуркує всем, то вдруг: «Мне бы вот столик,

Пусть и трехногая, солонку и плащ груботканий на зиму -

И других вещей не торкнусь». Довольствуется, ишь, необходимым.

Что ж. А ты сейчас миллион ему дай - и, можно дальше до недели,

Исчезнет и медяки из кошелька!..(4)

Немало людей именно таких, как тот, что описал Гораций Флакк,- никогда он не является тем самым, не похож даже до себя самого; то он здесь, то уже где-то на противоположном конце. Я сказал «многие» - почти все! Хоть кого возьми - у каждого что не день, то новые замыслы, новые желания: то хочет привести в дом жену, то любовницу; то стремится властвовать, то пытается быть послушными ед раба; то надувается аж до зависти, то приседает и съеживается, чтобы сделаться еще ниже тех, кто ползает по земле; то разбрасывается деньгами, то их хватает. Вот чем больше всего изменяет себе безрассудство души: каждый раз она другая, каждый раз - что считаю найганебніпіим - похожая к себе. Великая вещь, поверь мне,- все время выступать в одной и той же фигуры. Но, кроме мудреца, никто на это не способен: всякий из нас многолик. То мы видаємось тебе бережливыми и уважительными, то расточительными, нестатечними. Раз меняем личину: снимаем какую-то одну, берем - противоположную. Поставь перед собой такую требованию: каким ты решил быть сначала, таким продлиться до конца. Сделай так, чтобы тебя хвалили, а не сможешь - то чтобы хоть узнавали. Потому что о некоторых, кто встретился тебе вчера, Вполне справедливо можно спросить: «А кто такой?» Вот как мы змінюємось!

Будь здоров!

Книга: Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори

СОДЕРЖАНИЕ

1. Луций Анней Сенека Нравственные письма к Луцилию Перевод А.Содомори
2. ПИСЬМО II Сенека приветствует своего Луцилию! Из писем, что их пишешь...
3. ПИСЬМО IV Сенека приветствует своего Луцилию! Настойчиво продолжай...
4. ПИСЬМО VI Сенека приветствует своего Луцилию! Я понимаю, Луцілію,...
5. ПИСЬМО VIII Сенека приветствует своего Луцилию! «Ты велиш мне,- так...
6. ЛИСТ Х Сенека приветствует своего Луцилию! Так-так. Я не...
7. ПИСЬМО XII Сенека приветствует своего Луцилию! Повсюду, куда не...
8. ПИСЬМО XIII Сенека приветствует своего Луцилию! Знаю, тебе не...
9. ПИСЬМО XIV Сенека приветствует своего Луцилию! Согласен: уже от...
10. ПИСЬМО XV Сенека приветствует своего Луцилию! Был у наших предков,...
11. ПИСЬМО XVI Сенека приветствует своего Луцилию! Знаю, Луцілію, ты не...
12. ПИСЬМО XVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Вот и декабрь,...
13. ПИСЬМО XIX Сенека приветствует своего Луцилию! Аж подпрыгнул, случайно,...
14. ПИСЬМО XX Сенека приветствует своего Луцилию! Если ты здоров и...
15. ПИСЬМО XXI Сенека приветствует своего Луцилию! То ты думаешь, что...
16. ПИСЬМО XXII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты, наконец,...
17. ПИСЬМО XXIII Сенека приветствует своего Луцилию! Надеешься,...
18. ПИСЬМО XXV Сенека приветствует своего Луцилию! Что касается двух...
19. ПИСЬМО XXVII Сенека приветствует своего Луцилию! «Ты вот даешь...
20. ПИСЬМО XXIX Сенека приветствует своего Луцилию! Спрашиваешь нашего...
21. ПИСЬМО XXX Сенека приветствует своего Луцилию! Видел я Ауфідія...
22. ПИСЬМО XXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Узнаю моего...
23. ПИСЬМО XXXII Сенека приветствует своего Луцилию! Все вивідую о...
24. ПИСЬМО XXXIV Сенека приветствует своего Луцилию! Кажется мне, что...
25. ПИСЬМО XXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Крупнейшая из твоего...
26. ПИСЬМО ХL Сенека приветствует своего Луцилию! Я благодарен тебе за то,...
27. ПИСЬМО XLI Сенека приветствует своего Луцилию! Хорошо И спасительно для...
28. ПИСЬМО XLIII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашиваешь,...
29. ПИСЬМО ХLVI Сенека приветствует своего Луцилию! Обещанную твою книгу...
30. ПИСЬМО XLVIII Сенека приветствует своего Луцилию! На твоего письма,...
31. ПИСЬМО XLIX Сенека приветствует своего Луцилию! Разве что равнодушный и...
32. ПИСЬМО L Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо я получил...
33. ПИСЬМО LII Сенека приветствует своего Луцилию! Что же это за такая...
34. ПИСЬМО LIII Сенека приветствует своего Луцилию! На что только не...
35. ПИСЬМО LIV Сенека приветствует своего Луцилию! Долгий отпуск дало...
36. ПИСЬМО LVI Сенека приветствует своего Луцилию! Пусть я пропаду, если...
37. ПИСЬМО LVII Сенека приветствует своего Луцилию! Вынужден...
38. ПИСЬМО LIX Сенека приветствует своего Луцилию! Большое наслаждение я...
39. ПИСЬМО LX Сенека приветствует своего Луцилию! Жалуюсь, сопереживаю и возмущаюсь,...
40. ПИСЬМО LХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Вчера ты был с нами....
41. ПИСЬМО LХVІ Сенека приветствует своего Луцилию! После многих лет...
42. ПИСЬМО LХVІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Чтобы и себе начать...
43. ПИСЬМО LXVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Присоединяюсь к...
44. ПИСЬМО LХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Я бы не хотел, чтобы...
45. ПИСЬМО LХХІ Сенека приветствует своего Луцилию! Часто советуешься со...
46. ПИСЬМО LХХII Сенека приветствует своего Луцилию! То, о чем...
47. ПИСЬМО LXXIII Сенека приветствует своего Луцилию! По моему мнению, очень...
48. ПИСЬМО LХХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо и утешил...
49. ПИСЬМО LХХV Сенека приветствует своего Луцилию! Ропщешь, что...
50. ПИСЬМО LXXVI Сенека приветствует своего Луцилию! Ты грозиш...
51. ПИСЬМО LXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Сегодня нежданно...
52. ПИСЬМО LХХVIII Сенека приветствует своего Луцилию! То, что страдаешь...
53. ПИСЬМО LХХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Жду от тебя...
54. ПИСЬМО LXXX Сенека приветствует своего Луцилию! Сейчас у меня...
55. ПИСЬМО LXXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Ропщешь, что...
56. ПИСЬМО LХХХІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Я уже перестал...
57. ПИСЬМО LXXXIII Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь, чтобы я...
58. ПИСЬМО LXXXIV Сенека приветствует своего Луцилию! Те путешествия, что...
59. ПИСЬМО LХХХV Сенека приветствует своего Луцилию! До сих пор я тебя щадил:...
60. ПИСЬМО LXXXVI Сенека приветствует своего Луцилию! Пишу тебе,...
61. ПИСЬМО LXXXVII Сенека приветствует своего Луцилию! Я увидел обломки...
62. ПИСЬМО LXXXVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Ты хочешь знать,...
63. ПИСЬМО LХХХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь от меня...
64. ПИСЬМО XC Сенека приветствует своего Луцилию! Кто, мой Луцілію, мог...
65. ПИСЬМО ХСІ Сенека приветствует своего Луцилию! Наш Лібераліс сейчас...
66. ПИСЬМО XCII Сенека приветствует своего Луцилию! Думаю, дойдем...
67. ПИСЬМО ХСІІІ Сенека приветствует своего Луцилию! В письме, где ты...
68. ПИСЬМО ХСІV Сенека приветствует своего Луцилию! Некоторые берут...
69. ПИСЬМО ХСV Сенека приветствует своего Луцилию! Жаждешь, чтобы я выложил...
70. ПИСЬМО XCVI Сенека приветствует своего Луцилию! И все же ты чем-то...
71. ПИСЬМО ХСVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Никогда не верь, что...
72. ПИСЬМО XCIX Сенека приветствует своего Луцилию! Посылаю тебе...
73. ПИСЬМО С Сенека приветствует своего Луцилию! Пишешь, что с большим...
74. ПИСЬМО СИ Сенека приветствует своего Луцилию! Каждый день, каждая...
75. ПИСЬМО СИИ Сенека приветствует своего Луцилию! Как делает нам...
76. ПИСЬМО СІІІ Сенека приветствует своего Луцилию! Почему так беспокоишься...
77. ПИСЬМО СV Сенека приветствует своего Луцилию! Я скажу тебе, на что...
78. ПИСЬМО CVII Сенека приветствует своего Луцилию! Так где же твоя...
79. ПИСЬМО CIX Сенека приветствует своего Луцилию! Хочешь знать,...
80. ПИСЬМО CX Сенека приветствует своего Луцилию! А это поздравление насылаю...
81. ПИСЬМО северный и Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашивал меня, как...
82. ПИСЬМО СХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Ты спрашиваешь меня,...
83. ПИСЬМО СХV Сенека приветствует своего Луцилию! Не хочу, мой...
84. ПИСЬМО СХVІ Сенека приветствует своего Луцилию! Не раз возникал...
85. ПИСЬМО СХVIII Сенека приветствует своего Луцилию! Требуешь, чтобы я...
86. ПИСЬМО СХІХ Сенека приветствует своего Луцилию! Сколько бы...
87. ПИСЬМО CXX Сенека приветствует своего Луцилию! Твое письмо,...
88. ПИСЬМО CXXI Сенека приветствует своего Луцилию! Я вижу, ты заведешь...
89. ПИСЬМО CXXII Сенека приветствует своего Луцилию! Вот уже и день несколько...
90. ПИСЬМО CXXIII Сенека приветствует своего Люцілія! Уставший...
91. ПИСЬМО СХХІV Сенека приветствует своего Луцилию! Могу тебе немало...
92. ПРИМЕЧАНИЯ Данный перевод - это первая полная украинская...
93. УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН Август (Гай Юлий Цезарь Октавиан) - LXXXIII,...

На предыдущую