lybs.ru
У нас тысячи воль вместо одной яркой мысли, что лучила бы всех в одну целость. / Донцов Дмитрий


Книга: Секст Проперций Элегии Перевод А.Содомори, Н. Зерова, М.Борецького, Ю.Кузьми, Ю.Мушака


Секст Проперций Элегии Перевод А.Содомори, Н. Зерова, М.Борецького, Ю.Кузьми, Ю.Мушака

© Propertius

© А. Содомора (И, 1; I, 2; I, 5; I, 22; II, 19; III, 10), 1975; М.Зеров (И, 3; И, 14; III, 2; III, 21), 1966; Ю.Кузьма (II, 12; IV, 11) 1975, 1988; М.Борецький (И, 19), 1975; Ю.Мушак (III, 1), 1987

Источник: Древняя римская поэзия в украинских переводах и переспівах. Л.: Мир, 2000. 328 с. - С.: 143-156.

Сканирование и корректура: Aerius, SK (), 2004

Содержание

О Проперція

Книга И

1. Кінтія

2. Кінтія

3. Кінтії

5. К завистника

14. Туллові

19. Кінтії

22. О самого себя

Книга II

12. О самого себя

19. Прощание

Книга III

1. Свою поэзию

2. Памятник

10. День рождения

21. Побег

Книга IV

11. Побег

О ПРОПЕРЦІЯ

Секст Проперций (родился примерно в 49, умер в 15 г. до н. есть.) -выдающийся представитель римской елегійної поэзии, родом из городка Асізіума (теперь - Ассизи), в Умбрии, из состоятельной семьи, которая материально потерпевшая в 41 г. после проведенной триумвирам земельного конфискации. Однако, эта жаль не помешала Проперцієві получить в Риме блестящее образование и впоследствии поселиться там, отдаваясь исключительно занятием поэзией. Первая книга его любовных элегий в 26 г. привлекла к себе внимание Мецената, который привлек Проперція до своего литературного кружка, где поэт сблизился с Овідіем и рядом других поэтов, стал одним из панегиристов императора Августа и сторонником автора «Энеиды» Вергилия.

Четыре книги элегий Проперція посвящены в основном любовной тематике. Героиней его элегий является Цінтія (Кінфія) - светская замужняя женщина, выдающаяся своим образованием, но избалованная и расточительна. Пылкость, с которой Проперций говорит о своей любви, издавна заставляла видеть в Цінтії реальную личность - Гостію, внучку Гостия, эпического поэта, о котором упоминает Цицерон. Перипетии этой любви, которое приносило поэту много мук, переведенные поэтом с эмоциональной напряженностью и психологической глубиной, что заставляет вспоминать Катулла. Гете сказал, что чтение Проперція «сделало сдвиг» в его природе: в определенной степени великий немецкий поэт шел за Проперціем в своих «Римских элегиях».

Рядом с простым, изящным и понятным Тібуллом, Проперций, далеко палкіший и глубокий поэт, может иногда показаться темным и тяжеловатым. Его характерная черта - приверженность к мифологической учености, которая обнаруживает в нем ученика славных представителей греческой элегии эпохи эллинизма - Каллімаха и Філета. О них, как о свои образцы, Проперций говорит неоднократно. Отчасти под их влиянием, отчасти под влиянием Мецената, в своих более поздних элегиях Проперций переходит к поэтической обработки национально-государственных римских мифов и исторических легенд, идя навстречу националистически-реставрационной политике Августа и опережая замысел, который после него разрабатывал Овидий в незаконченной поэме о римский календарь - в «Фастов». Начитанность, любовь к археологии, изобразительных искусств, риторическая выучка - все это дало Проперцієві славу ученого поэта, «римского Каллімаха».

О.Білецький

КНИГА И

1. КІНТІЯ

Блеском глаз своих Кінтія впервые меня пленила,

Бедного: до сих пор же я страстей никаких не знал.

Взгляд свой, гордый некогда, вниз теперь опускаю:

Шею мою к земле давит ногой Амур.

Это через него, наглеца, целомудренных красавиц презираю,

Это из-за него свой век напрасно, бездумно теряю.

Вот уже целый год то ярость меня мучает, однако,

И до сих пор никто из богов ласки мне не явил.

Міланіон Іасіду смягчил суровую некогда, Тулле,

Тем, что на подвиги шел, хоть бы без колебаний.

То в Парфенійських пещерах, истошный, бродил и с лохматым

Зверем, что в дебрах живет, встречи смело искал.

То, когда кием Гілей поразил его, в горах Аркадських,

Мучительным стоном он далекий гул будил.

Тем и склонил себе деву проворную: в любви мольбы,

Подвиги и добрые дела - имеют вес немалую.

Только для меня Амур какой-то вялый, какой-то беспомощный:

Даже дороги забыл, привычные дороги свои.

Вы, стягивая месяц, дурманите и, окутанные дымом,

Над алтарем вершите свой чарівницький обряд,

Сдвиньте моей велительки сердце, на вид ее гожий

Бледность еще большую нашліть, чем на моем лице.

Вот и поверю тогда, что колхідським заклятию вы способны

Рекам и звездам ночным волити волю свою.

Вы же не поучайте поздно того, кто схибнувся уже, друзья -

Больному сердцем теперь лекарств ищите поскорей:

Смело я и чем перетерплю, и боль прижигание, лишь

Гнев, накипілий в душе, свободно я мог вылить.

Мчите меня, мчитесь сквозь далекие края, сквозь моря, чтобы на свете

Ни одна из женщин не могла пути моего найти.

Те же, кому радостно способствует Амур - оставайтесь: пусть всегда

Тихая, взаимная любовь наполняет вас радостью.

Только меня, что не ночь - то горечью травит Венера,

И бесполезно меня без конца мучает и мучает Амур.

Бойтесь этого бедствия: к своей любви пусть каждый

Льнет каждый день, верно пусть служит только ей.

Горе тому, кто пренебрежет этот совет: с каким раскаянием он

Каждое слово мое еще вспомнит в свое время.

Книга: Секст Проперций Элегии Перевод А.Содомори, Н. Зерова, М.Борецького, Ю.Кузьми, Ю.Мушака

СОДЕРЖАНИЕ

1. Секст Проперций Элегии Перевод А.Содомори, Н. Зерова, М.Борецького, Ю.Кузьми, Ю.Мушака
2. 2. КІНТІЯ Что дает, милая, эта прическа пышная, эти складки,...
3. 14. ТУЛЛОВІ Пусть в легкой наслаждении над желтыми волнами...
4. КНИГА III 1. СВОЮ ПОЭЗИЮ...
5. 21. БЕГСТВО В путешествие я до Афин, до ученых Афин отправляюсь,...

На предыдущую