lybs.ru
На третий день гость - как в горле кость. / Украинская народная мудрость


Книга: Роберт Льюис Стивенсон Корабельная катастрофа Перевод Валерия Бойченко


ЭПИЛОГ

Посвящается Виллу Лоу

Дорогой друг Лоу!

Недавно на Маніхікі я имел удовольствие встретиться с Доддом. Мы просидели около двух часов в крохотной, похожей на игрушку, церквушки, заставленной стульями на европейский манер и украшенной перламутром в стиле (мне кажется) самого царства небесного. Вокруг, заглядывая нам в глаза и похлопывая по плечам, всего толпились аборигены - бесспорно, самые привлекательные люди на всей . нашей планете. Там я и поставил Доддові несколько вопросов.

Сначала я вспомнил тот вечер в Барбізоні, когда Картью рассказал ему свою историю, и спросил, каким образом они лишились Беллерса.

Оказалось, что он сразу рассказал своему другу о преследователя Беллерса, но Картью воспринял сообщение без особой обеспокоенности: «Он бедный, а я богатый. Чтобы мне его угрозы? Я просто уеду куда-нибудь подальше - куда билет дороже. К примеру, в Персию. Очень интересная страна. Может, поедем вместе?»

На следующий же день они уже уехали в Константинополь, чтобы дальше отправились в Тегеран.

О плута Беллерса известно только (из газетной заметки), что он вернулся-таки в Сан-Франциско и умер в больнице.

- А теперь второй вопрос,- сказал я.- Вы отправились в Персию с миллионером, вы и сами были богаты. Как же вы оказались здесь, в Южных морях, на торговой шхуне?

(1) Кант, Иммануил (1721 -1801) - выдающийся немецкий философ. [350]

Додд улыбнулся и сказал, что мне еще неизвестно последнее банкротстве Джима.

- Я снова обеднел, и тогда Картью построил эту шхуну и назначил меня суперкарго. Яхта принадлежит ему, а торговлю веду я. Поскольку почти все расходы связанные с яхтой, я имею хорошую прибыль. А Джим снова стал на ноги: он - известный на Западе торговец фруктами, зерном и земельными участками. Даже больше: теперь он нашел себе настоящего, опытного партнера - это не кто иной, как Нейрс. Нейрс способен обуздать его нрав, он имеет тук в голове. Они приобрели две виллы рядом на побережье Соселіто, и я гостил у них, когда последний раз был в Сан-Франциско. Джим теперь владелец газеты (думаю, он размышляет о том, как ему в ближайшее время стать сенатором), и он хотел, чтобы я покинул шхуну и стал в него редактором. Он считал, что конституцию штата надо менять, и Мейми поддерживает его.

- А какова судьба остальных команды «Богатой невесты»? - допытывался я.

- Ну, они все хорошо попиячили в столице Мексики,- ответил Додд,- а потом Гедден с ирландцем отправились на золотые прииски Венесуэлы, а Викс поехал в Вальпараисо. Теперь в чілійському флоте служит какой-то Кер-кап - я встречал эту фамилию в газетных сообщениях о войне за Бальмаседу. Гедденові вскоре надоели рудника, и недавно я встретился с ним в Сиднее. Он привез весть: Мака убили во время нападения на обоз с золотом. Итак, теперь их осталось трое, если не считать Амалу, что живет на своем родном острове Мауи под горой Хала-а-ка-ла. Канарейку Годдедааля он прихватил с собой; говорят, он бережет свои доллары, что среди гавайцев редкость. А сумма у него немалая, потому что он получил не только долю Гемстеда: Картью разделил принадлежащие ему деньги между всеми поровну, включая и Мака.

- И сколько же ему выпало целом? - не удержался я от вопроса, вспомнив, как утешали меня бесконечные подсчеты в его рассказе.

- Сто двадцать восемь фунтов девятнадцать шиллингов одиннадцать с половиной пенсов,- ответил Додд невозмутимо.- Сюда я не засчитал то мелочь, который он выиграл в карты. Для гавайца, сами понимаете, это немалая сумма.

В это время подошел пастор и спас нас от проявлений привязанности назойливых аборигенов, пригласив к себе выпить кокосового молока. [351]

Моя шхуна должна была выйти в море в тот же вечер, потому Додд опередил нас и закупил все ракушки на острове. И хотя он уговаривал меня бросить шхуну и отплыть с ним в Окленд (там он должен был взять на борт Картью), я твердо отказался.

Дело в том, что с тех пор, как я взялся вместе с Гевенсом и Дод-дом готовить для публикации историю жизни последнего, я не имею малейшего желания встречаться с Картью. Я, конечно, человек современный и считаю вполне благопристойным оповещать весь мир о чьи-то личные дела - получая определенную плату за каждую строку. Некоторым это нравится, а кому нет - тем хуже для него. Однако какой-то голосок нашептывает мне, что не всегда это им по-добатиметься, что когда-нибудь им лопнет терпение. Кроме того, на память приходит судьба одного репортера (если его можно так назвать), что оказался слишком современным по отношению к своему соседу, а мне совсем не хочется стать преемником того репортера. Картью, как известно, «ловкий стрелок», поэтому будет лучше, когда я еще несколько лет не покину Самоа...

Итак, мы с Доддом развелись. Но он доставил меня на мою шхуну в собственной замечательной шлюпке, развлекая по дороге описанием своих последних посещений Бутарі-таре, куда он отправился по поручению Картью узнать, как там ведется Топеліусові, и, если необходимо, помочь ему. Однако оказалось, что Топелиус процветает. Он повел себя с Доддом свысока и... в конце... обвел его вокруг пальца.

- Картью был доволен,- сказал Додд,- ведь когда они плавали на «Богатой невесте», то обманули Топелиуса беззастенчиво и нагло. Наскочила коса на камень...

Вот, пожалуй, и все новости, которые я узнал от моего друга Лаудене; думаю, я задал именно те вопросы, ответы на которые тебя интересовали.

Но ты, видимо, палаєш желанием задать еще один вопрос мне самому. А именно: ради чего твое имя так нежданно-негаданно появилось на последних страницах нашей нехитрой повествования? Хоть ты и не в Аркадии родился - мысленно ты линеш туда, к флейт античного мира, к нарциссов и классических тополей, между которыми сохранились следы нимф, до изысканного, трогательного и суховатого искусства древних времен. Зачем же именно тебе посвящать такой современный произведение, которое воспроизводит наши варварские обычаи и сомнительную мораль; произведение, где всеми управляет сама только жажда денег и почти на каждой [352] странице звенят доллары; где не утихает бесконечная суета нашего века, читатель переносится с континента на континент, из моря в море, так что эта книга не столько роман, сколько панорама, и где конец окропленный кровью, как в эпической поэме? Но ты не равнодушен ко всем проблемам искусства, даже самого пошлого, и, возможно, тебе интересно будет услышать, как родился и как создавался роман «Корабельная катастрофа». Однажды на борту шхуны «Экватор», неподалеку от островов Джонстона (если кому известно, где они расположены), лунной ночью, когда человек так чувствует радость жизни, будущих авторов(1) этой книги развлекали историями продажи судов, попавших в катастрофу. Тема заинтересовала их.

- Которая была бы запутанная история,- сказал один из нас,- если бы на борту такого судна оказалась другая команда! Но каким образом это устроить?

- Пожалуйста! - воскликнул второй.- История капитана такого-то и такого.

Дело в том, что несколько месяцев назад неподалеку от места, где находились мы, какой-то английский шкипер поставил морякам, терпящим крушение, такие же условия, что и Трент.

Когда мы шли спать, скелет сюжета был уже обдуман, хотя подробностей, как всегда в таких случаях, мы еще не представляли. Нас уже давно и манил, и отталкивал самый современный жанр полицейского романа или романа тайн, когда повествование начинается чем угодно, только не началом, а заканчивается чем угодно, только не концом. В этом жанре нас увлекала возможность заинтриговать читателя, а также и те незаурядные трудности, которые нам надо преодолеть, чтобы достичь этой цели; отталкивала же нас непреодолимая недостаток этого жанра - неискренность и поверхностность повествования. Ведь читатель, пытаясь не потерять нить сюжета, не схватывает признаков реальной жизни, и эта жизнь превращается для него в сложный, но неодушевленный механизм, а вся книга, хоть и очень интересна читателю, воспринимается им скорее как шахматная задача, чем как произведение высокого искусства горячего человеческого сердца. Мы думали, что в определенной степени это объясняется стремительным началом сюжета; поэтому, считали мы, если развивать сюжет постепенно, если некоторых действующих лиц вводить загодя, то есть если начать это произведение как роман нравов, презрев правила жанра, то упомянутая недостаток смягчится и наша таинственная история станет жизненно правдоподобной. Основой нашей не весьма ценной ткани мы решили сделать дух нашего времени, его стремительность, смешивания народов и классов в погоне за деньгами, сумасшедшую и не такую уж и романтическую борьбу за существование, с постоянной сменой профессий и стран.

(1) Сюжет этого романа Стивенсон проработал вместе с Ллойдом Осбор-ном, своим названным сыном, тринадцатилетним подростком. [353]

Подробное мы решили обрисовать два типа: американского дельца и американского моряка торгового флота. Вот откуда появились отец Лаудена Додда, и Пинкертон, и Нейрс, и пикники «Дромадер», и работа на железной дороге в Новом Южном Уэльсе (последний эпизод пришел неожиданно - роман был уже наполовину написан, когда я встретил товарищей Картью, которые работали под дождем на железной дороге возле Южного Клифтона, и услышал от инженера о молодом дженджика. После того, как мы придумали такой способ развития нашего романа тайн, нам вдруг пришло в голову, что его уже изобрели до нас,- ведь таким методом пользовался Чарльз Диккенс в своих поздних романах.

Чувствую: ты смотришь на меня озадаченно. Сколько теоретических мудрствований, скажешь ты, ради какого-то дешевого полицейского романа, и при том - ничего похожего на ответ на твой вопрос.

Чего греха таить - некоторым из нас по вкусу теоретизирования. А после такого толстого поэтому практики можно выделить несколько страниц и для теории.

А вот и ответ на твой вопрос: мы решили, что ради интереса и контраста наш герой-рассказчик имеет в чем-то отличаться от людей, которые его окружают,- поэтому он не будет рядовым охотником за долларами. Так Лауден Додд стал студентом-скульптором, а наше повествование, переносясь в разные уголки земного шара, посетила Париж, заглянула к Барбізона. Вот почему, мой дорогой друг Лоу, этот ецілог посвящен тебе.

Ведь и действительно - именно ты, а не кто-то другой, сможешь понять все, что таится между строк,- ты и еще один наш общий друг. Ведь вам известно, кроется здесь за каждой маской; контракт на поставку статуй напомнит тебе давнюю историю, и тебе не впервые придется услышать, какую угрозу таит в себе руссільйонське вино. Пусть со страниц этой книги зашелестить тебе опавшие листья Ба-Бро, звуки Лавеню и улицы Расина - все воспоминания о нашем общем прошлом. И если тебе не понравится эта история, тебе, я уверен, приятно будет вдохнуть воздух нашей юности. [354]

© Aerius, 2004




Текст с

Книга: Роберт Льюис Стивенсон Корабельная катастрофа Перевод Валерия Бойченко

СОДЕРЖАНИЕ

1. Роберт Льюис Стивенсон Корабельная катастрофа Перевод Валерия Бойченко
2. ИСПОВЕДЬ ЛАУДЕНА РАЗДЕЛ И ВСЕСТОРОННЯЯ...
3. РАЗДЕЛ II РУССІЛЬЙОНСЬКЕ ВИНО Родители моей матери были...
4. РАЗДЕЛ III, КОТОРЫЙ ЗНАКОМИТ С МИСТЕРОМ ПИНКЕРТОНОМ Юноша,...
5. РАЗДЕЛ IV, В КОТОРОМ Я ПОЗНАЮ ПРЕВРАТНОСТИ СУДЬБЫ Или вследствие...
6. РАЗДЕЛ V МОИ СКИТАНИЯ В ПАРИЖЕ Нет такого места на...
7. РАЗДЕЛ VI, В КОТОРОМ Я ОТПРАВЛЯЮСЬ НА ДАЛЬНИЙ ЗАПАД...
8. РАЗДЕЛ VII ДЕЛА ИДУТ НА ПОЛНЫЙ ХОД Химический состав пищи...
9. РАЗДЕЛ VIII ЛЮДИ ПРИПОРТОВЫХ КВАРТАЛОВ Очень многим...
10. РАЗДЕЛ IX КАТАСТРОФА «ЛЕТУЧЕГО ШКВАЛА» Следующего утра,...
11. ГЛАВА X, В КОТОРОМ КОМАНДА ИСЧЕЗАЕТ НЕИЗВЕСТНО КУДА Исходя из...
12. ГЛАВА XI, В КОТОРОМ МЫ С ДЖИМ РОЗЛУЧАЄМОСЬ Я чувствовал...
13. РАЗДЕЛ XII «НОРА КРЕЙН» Приятно вспоминать спокойную...
14. РАЗДЕЛ ХІІІ ОСТРОВ И РАЗБИТЫЙ БРИГ Радость охватила всех....
15. РАЗДЕЛ XIV КАЮТА «ЛЕТУЧЕГО ШКВАЛА» на Следующий день, когда...
16. РАЗДЕЛ XV ГРУЗ «ЛЕТУЧЕГО ШКВАЛА» В годы юности я был...
17. РАЗДЕЛ XVI, В КОТОРОМ Я СТАНОВЛЮСЬ КОНТРАБАНДИСТОМ, А КАПИТАН...
18. РАЗДЕЛ XVII СВЕДЕНИЯ ИЗ ВОЕННОГО КОРАБЛЯ Следующего...
19. РАЗДЕЛ XVIII ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ДОПРОС И УКЛОНЧИВЫЕ ОТВЕТЫ Выше...
20. РАЗДЕЛ XIX ПУТЕШЕСТВИЯ С КРУТІЄМ БЕЛЛЕРСОМ На этом...
21. РАЗДЕЛ XX СТОЛБРІДЖ-ЛЕ-КАРТЬЮ Когда я проснулся,...
22. РАЗДЕЛ XXI ГЛАЗУ НА глаз И вот, нежданно-негаданно, я - в...
23. РАЗДЕЛ XXII ИЖДИВЕНЕЦ Синглтон Картью, Норрісів отец,...
24. РАЗДЕЛ XXIII ПРИДАНОЕ БОГАТОЙ НЕВЕСТЫ» Утром двадцать...
25. РАЗДЕЛ XXIV СУРОВАЯ УСЛОВИЕ Судно, которое уздріли наши жертвы...
26. РАЗДЕЛ XXV СКВЕРНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ Едва заясніло на востоке,...
27. ЭПИЛОГ Посвящается Виллу Лоу Дорогой...

На предыдущую