lybs.ru
Военный головной убор деформирует голову. / Морис Дрюон


Книга: Шота Руставели Витязь в тигровой шкуре Перевод Николая Бажана


ПИСЬМО АВТАНДИЛА, ПИСАНЫЙ ДО ФРИДОНА

Написал: «Фрідоне славный! Властелин властелинов неизмерима!

Мощью и сердцем леворівний! Виблиск солнца неозірний!

Царь могучий, что порочит супротивців состояние неверный!

Этот привет тебе гавкоче побратим твой, брат покорный.

За все страдания пережитые я получил награду:

Все задуманное кончилась на добро мне и угоду,-

Я прознав о сонцерівну; рассказав это приключение,

Втішу льва, что в аду курит собственную душу и красоту.

Солнце трапило к каджів, к каджетського плена,-

Дождь хрустальный льют нарциссы по трояновому лону.

Идти туда - это игра, хотя надо преодолеть преграду:

Каджі где-то пошли, и войско станет там на оборону.

Сердцем радим я радуюсь, слезы высохли медленно:

Там, где ты и брат твой вкупе,- все помехи бесполезны и слабы,

Потому, чтобы вы захотели, все покорится вашей воле;

Против вас не то что люди, даже скалы поникают судьбы.

Ну, прости,- тебя не могу видит я, потому что иду в дорогу,

Чтобы, не мешкая, освободить звезду, заключенную ту племянницу.

Вдвоем мы вернемся быстро, поэтому радуйся, оставь тревогу!

Что еще добавить? Брату братскую ты подал помощи.

Здесь рабов твоих не смог я вшанувать за их дела,-

Потішайся ты, потому что служба добра нам от них была.

Тем, кто долго жил с тобой, всякая слава маловата:

«Образ зроджує свой образ» - древняя мудрость так рекла».

Он, фіалкововолосий, свернув письмо в свиток,

Передал рабам Фридона этот привет и призыв свой,

Приказал им рассказать, еще каких потерпел событий;

За дверью из кораллов играл прозрачных жемчужин рой.

Автандил искал баркаса до нужных мест плыть,

Корабля нашел, и солнце в путь пустилось к цели,- [196]

Жалко было Фатьму оставлять на страдания одиночества;

С ним прощавшись, ключ кровавый стал с глаз у всех течь.

И Фатьма, и Усен, и слуги слезы ливнем точили,

Все говорили: «Солнце! Сиянием ты палило нас вовсю,-

Зачем тьмой вновь поймаєш, идя по небосхили?

Руки же это твои разрыли преждевременные нам могилы!»

ОТЪЕЗД АВТАНДИЛА ИЗ ГУЛАНШАРО И ЕГО ВСТРЕЧА С ТАРИЭЛОМ

Автандил, проплыв морем на каком-то корабле,

Дальше верхом, уже одинок, путь верстает по земле,-

Принесет он Тариэлу радость, вигоїть сожаления;

Он надеется на бога, что одолеет чары злые.

Восходит лето и лелеет всходы полей и зелени гор,

Время свидания предвещает этих роз обильный убор!

Солнце идет на тропик Рака по дороге между созвездия.

Он вздохнул, увидев цветок, что не видел с давних пор.

Гром гремит, криштальні росы хлынут с облаков на персть твердую.

Он розами-губами сжал розу молодую

И говорил: «От тебя, квитко, я глаз не одведу

И до тебя, вместо девы, тихую речь поведу».

Вспомнив собрата, умывался он в слезах,-

Так верстал к Тариэла свой тяжелый, далекий путь

По пустыням, по дубравах, по местам, что родят ужас,-

И на тигров и на львов охотился в камышах.

Вдали увидел пещеру. Сказал: «Вон те места,

Где мой друг и я беспрестанные слезы лили без конца.

Все скажу ему, как стрінусь с ним лицом я к лицу,

И, когда его нет,- напрасные мучения мандрівця!

Если дома он, то, видимо, где-то подался в жюри,

Словно дикий зверь, бродить от зари и до зари.

Надо здесь его искать, осмотреть кусты».

Наоколо он посмотрел, остановившись на горе.

По полям помчался дальше, песню весело пел,

Вызвал он друга выйти из чащи темных и с полян.

Вдали появилось солнце, лик чудесный засеял,-

Между густого камыша Тариэл с мечом стоял.

Тариэл, забив льва, меч свой вымазал в кровь,

Отпустил коня и медленно очеретником шел.

Автандила клич услышав, он, удивленный, простыл,

Посмотрел и, узнав, бросился бежать сломя голову. [198]

Он помчался к собрата, швырнув меч в камыш.

Вскочил с огиря пришелец, равный сиянием до планет,

И в объятиях сжал друга, радостно бросившись вперед;

Голоса роз цветущих стали цветом как мед.

Буйнопишними словам Тариэл запричитал:

«Червецом агатну зарость ток кровавый

украсил, Слез поток невичерпанний цвет алоэ заросив!

Я узрел тебя и бесполезно восемь туг в себе носил!»

Тариэл так рыдает, Автандил же, смеясь,

Раскрывает уст кораллы, сияют зубы, жемчуга низь;

Говорит: «Имею утешительные вести я для тебя, улыбнись,

Чтобы розы вялые снова свежим цветом взялись».

Тариэл сказал: «О брат! Ты меня порадовал сам!

Хватит с этого,- всю отраду дал моим глазам!

Можешь больше не говорить: бог лучший шлет бальзам.

Что с небес высоких сходит, только то и дается нам!»

Недоверия Тариэла Автандил не перенес,-

Сразу же решил сказать весть, которую сюда принес;

Вынул вуаль той, что стройная, как кипарис,-

Тариэл, этот дар узнав, из рук схватил его и прижал.

Он, письмо узнав почерк и вуаль - этот талисман,

Прислонил к ним лицо, и лицо обхватившей туман,

Дух полетел, ресниц агаты наклонил чутье буран;

Мук таких не снес бы Каїс, их не снес бы и Саламан!

Автандил заметил: как мертвый, Тариэл свалился с ног.

Красноречивом на помощь побратим быстро побежал,

И понищеному палом помочь уже не мог,-

Дар любимой увидев, пораженный юноша знеміг.

Благозвучный плач и стон в Автандила витис шал:

Рвал он ворону крылья, убитый горем наповал,

Тяжело молотом с алмаза разбивал граненый лал,

Оттуда хлынули потоки, багріли, словно коралл.

Несмотря на Тариэла, он царапал лицо прекрасное:

«Как наваживсь я, ^безумный, на несвоевременное уведомление?

Кто, проливая так вдруг воду, гасит пламя невгасне?

Наглих радости не может сердце стерпеть несчастное!

Я забил своего друга! Я достоин глумления и смеха,

Потому, бездумно совершившись, убил свою единственную отраду.

Люди, в делах торопливые, всегда служат только беде.

Небучна рассудительность лучше прославленного спеху». [199]

Тариэл лежал, как пепел, потеряв жизнь и следы.

Автандил ушел в дебри, везде ища воды,-

Он увидел кровь львиную,- взял ее, принес сюда

И на грудь брызнул - лалом стал лазурь", это знак беды.

Кровью льва грудь льва трижды он смочил подряд;

Задрожали ресницы вторая, языков стрелков индийских ряд,-

Он открыл глаза, силы возвращались обратно,

И заиграл голубизной луч, виблиск месячных прелестей.

Зимой увядает цвет розы от ветров, дождей и мряк,-

Летом солнце палит цветы, сушит пагонці веток,

Но соловей не тихне, сев на трояндний крак.

Жар печет, мороз морозит,- раны ноют так и так.

Сердцу человеческому так же не угодить - все равно,

Или в утешении, или в печали,- всегда в безумі оно,

Всегда израненное, и никогда счастья сердцу не дано!

Кто доверит себя миру, тот враг себе давно.

Тариэл на письмо посмотрел, что обрек его на скин,-

Он буйств, письма читая, бурлил кровавый течение,

Мерк, гас луч дневной, глаза сліпли от слезинок.

Автандил сердитый поднялся, стал упрекать друга он.

Он говорил: «мудрый Человек не ведется так, как ты! -

В то время, когда радоваться надо, зачем прозябать с тяготы?

Нум, идем! - мы должны солнце потерянное найти,-

Приведу тебя я скоро к вожделенной цели.

Ныне подобает нам радоваться, мужественное сердце утешать,-

Поэтому на лошадей мы давайте садиться к Каджеті отправляться;

Пусть ведут нас наши мечи,- розженімо их чаты,

Положим каджів трупом,- что нам стрелы и булаты?!»

Утих безумие Тариэла, смог на друга он смотрит,

Из глаз его мелькнула черно-белая молния,

Он светился - сквозь рубины солнца луч так ясниться.

Одаривает достойных бога щедрого десница!

Он говорил к Автандила, благодарная вещь его была:

«Годен ты похвал мудрых,- что тебе моя хвала?

Оживляет увядшую цветок ты водой из источника,

Остановил ту слезную слива, что из нарциссов потекла.

Я отблагодарить не могу,- пусть бог тебя отблагодарит,

Потому что в моем сердце сейчас уже кровавый ручей засох!»

Сев верхом, спели и обратно помчались вдвоем,-

Счастьем мир Асмат насытит, зголоднілу от тревог. [200]

Он сидит Асмат печалька край пещеры, как во сне,

Лишь в рубашку одета, сняв с себя тесные одежды.

Вдруг видит Тариэла, с ним на белом коне

Видит витязя,- раздаются соловьями их песни.

Всегда ее брат возвращался, обильных слез проливая ручей,-

Сейчас слышит: он поет громче от птичек.

Испуганная, словно пьяная, идет вперед она на шаг,-

Сердце ее еще не знает найвідрадніших вестей.

Смеясь, аж сияют зубы, ей кричат вверх:

«Эй, Асмат, вот мы получили неба радостные дары,-

Месяц потерян нашли мы, дождались поры,

Что огонь нам згасить судьба, радость даст вместо печали!»

Автандил с коня соскочил; на Асматині приветы

Он простер объятия,- клонит состояние алоэ пышные ветви.

Стала девушка пришельца целовать, слезы лить:

«Что ты разведал? Умоляю, плачу я,- скажи мне ты!»

Автандил Асмат журливій дал письмо от хозяйки,

Весть от побледневшего алоэ, известие от зари в пустыне.

«Вот ее послание,- сказал,- ты оставь печаль отныне:

Солнце восходит уже и сиянием разгонит мрачные тени».

Почерк девушки узнала в письме Асмат вмиг,-

Задрожала, ужас и дыхание ей нанес новых вмиг,

С головы до ног несчастная трепетала раз, Простонала:

«Что я слышу? Правда ли это? - скажи еще раз!»

Автандил сказал: «Не бойся,- это лишь истина сама.

Наступает радость, нищета отступают украдкой,

Более нами восходит солнце, прочь тьма развеивается;

Преодолев зло, помехи на путях добра нет!»

Девушке властелин индийский рассказал все о письмо,-

Дева плакала в объятиях, как письма услышала содержание;

На розу сбили росы ресницы - вороновой хвост.

Бог не бросит тех, что богу отдают свой дух, свой талант.

Прославляли ревностно бога: «Добродайні божьи дела!

Сейчас мы знаем, что бог уничтожит одчаю все появления».

Руки воздев, царь индийский прочитал молитву славы,

И тогда вошли в пещеру, и Асмат принесла блюда.

Тариэл, присев рядом, так сказал Автанділу:

«Слушай, что тебе скажу я, свидетелем каких такому делу:

Я получил эту пещеру, разогнав дивів силу,

А их бесчисленные сокровища спрятал здесь, как в могилу. [201]

Не навідувавсь с тех пор я в хороших тех вещей,

А теперь пойдем давайте посмотрим,- ценное найдем чай!»

Вместе с ним Асмат свелась,- сияет блеск ее глаз.

Сорок зал они прошли, сорок вогнутых дверей.

Там нашли скарбон много, их раскрыли без колебаний,-

Заясніли самоцветы, все отборные грань в грань,

Как большие шары, жемчуг играли игрой висявань,

Чистое золото блестело,- дивів бесчисленное дань.

Сорок зал прошли высоких, где сокровища лежат в схороні,

И вошли в зарадхани, до оружейни,- кучи брони,

Кучи оружия там лежали, словно овощи соленые,

И тяжелая стоял сундук. Надпись была на той скарбоні:

«Здесь лежит чудесное оружие, изделие славных оружейников:

Меч басрійський, и кольчуги, и шлемы для воинов.

Как пойдут на дивів каджі,- уничтожит их наш властный гнев.

Кто откроет эту сокровищницу, станет убийцей царей».

Отперев сундук, видят - три уборы молодые,

Три риштункы витязівські, защита в сечи и потасовки:

Шлемы, мечи, кольчуги, строй на грудь и на плечи;

Как те мощи в киотах, так лежат в ящиках эти вещи.

Одевшись, левні стали испытывать оружие,-

их риштунка не пробить ни мечом, ни стрелой;

Меч рассек железо, словно нить нежного завою.

Таким мечам не был бы вселенная достойной цене!

«Это знак,- они сказали,- что полегчает бремя:

Божье око следит с неба, защитит в час раздоров!»

Оделся каждый витязь, оружие каждый взял моцар;

Третий строй, запаковав, понесли Фрідону в дар.

Немного золота забрали, лалы выбрали гранчаті,

На все сорок зал наложили к двери свои печати.

Автандил сказал: «Отныне я с мечом стою на чате;

На рассвете же должны быть наши странствия начаты».

Здесь. художнику, изобрази ты собратьев этих подобие,

Двух міджнурів, что любят две звезды, украшение небес,

Двух этих великанов всеможних, что погубят ворохобу.

Вот прибудут в Каджеті - копье их выдержит пробу.

Книга: Шота Руставели Витязь в тигровой шкуре Перевод Николая Бажана

СОДЕРЖАНИЕ

1. Шота Руставели Витязь в тигровой шкуре Перевод Николая Бажана
2. О РОСТЕВАНА, АРАБСКОГО ЦАРЯ Ростеван был царь...
3. КАК ЦАРЬ АРАВИЙСКИЙ УВИДЕЛ ВИТЯЗЯ В ТИГРОВОЙ ШКУРЕ...
4. ГРАМОТА АВТАНДИЛА К ЕГО ПОДДАННЫХ Составил...
5. ТАРІЕЛОВА РАССКАЗ О СЕБЕ, КОГДА ОН ВПЕРВЫЕ РАССКАЗЫВАЛ...
6. О ЛЮБВИ ТАРИЭЛА, КОГДА ОН ВПЕРВЫЕ ВЛЮБИЛСЯ...
7. ПЕРВЫЙ ЛИСТ, КОТОРОГО НЕСТАН-ДАРЕДЖАН НАПИСАЛА СВОЕМУ ЛЮБИМОМУ...
8. ПИСЬМО, КОТОРОГО ЦАРЬ ХАТАВСЬКИЙ НАПИСАЛ В ОТВЕТ ТАРІЕЛОВІ, И...
9. ПИСЬМО ТАРИЭЛА ДО ЦАРЯ ИНДИЙСКОГО, КОГДА ОН ПРЕОДОЛЕЛ ХАТАВІВ...
10. ПИСЬМО НЕСТАН-ДАРЕДЖАН К ее ВОЗЛЮБЛЕННОГО Пишет, что...
11. СЫН ХВАРЕЗМШІ ПРИБЫВАЕТ В ИНДИЮ НА СВАДЬБУ, НО ТАРИЭЛ ЕГО...
12. КАК ТАРИЭЛ ВСТРЕТИЛ НУРАДІНА-ФРИДОНА НА БЕРЕГУ МОРЯ...
13. ТАРІЕЛОВА ПОМОЩЬ ФРІДОНУ И ИХ ПОБЕДА НАД ВРАГАМИ...
14. О ПОВОРОТ АВТАНДИЛА В АРАВИИ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ОН НАШЕЛ...
15. КАК АВТАНДИЛ СПРАШИВАЛ ЦАРЯ РОСТЕВАНА, И О ТОМ, ЧТО ГОВОРИЛ ВАЗИР...
16. БЕСЕДА АВТАНДИЛА С ШЕРМАДІНОМ, КОГДА ОН ТАЙНО УЕЗЖАЛ...
17. АВТАНДІЛОВА МОЛИТВА И ТАЙНЫЙ ОТЪЕЗД Он...
18. КАК АВТАНДИЛ ТАЙНО ОТЪЕХАЛ И ВТОРИЧНО ВСТРЕТИЛСЯ С ТАРИЭЛОМ...
19. АВТАНДІЛОВІ ИСКАНИЯ ТАРИЭЛА, ЕГО ПЛАЧ И СТОН...
20. ТАРІЕЛОВЕ РАССКАЗЫ АВТАНДІЛУ О ТОМ, КАК ОН ЗАБИЛ ЛЬВА И...
21. КАК ПОШЕЛ АВТАНДИЛ ДО ФРИДОНА, С НИМ ОН ВСТРЕЧАЛСЯ В...
22. ОТЪЕЗД АВТАНДИЛА С ФРІДОНОВОГО ЦАРСТВА НА РОЗЫСКИ...
23. ПРИЕЗД АВТАНДИЛА В ГУЛАНШАРО, КОГДА ОН ПРИЧАЛИЛ К...
24. ЛЮБОВНОЕ ПИСЬМО, ЧТО ЕГО ФАТЬМА НАПИСАЛА К АВТАНДИЛА...
25. ЗДЕСЬ - УБИЙСТВО АВТАНДИЛОМ ЧАШНАГІРА И ЕГО ДВУХ ЧАСОВЫХ...
26. КАК ФАТЬМА ПРИВЕЛА НЕСТАН-ДАРЕДЖАН К СЕБЕ И РАССКАЗАЛА О НЕЙ...
27. ФАТЬМА ПОВЕСТВУЕТ АВТАНДІЛУ О ТОМ, КАК КАДЖІ ВЗЯЛИ...
28. ПИСЬМО, ПИСАННОЕ ОТ ФАТЬМЫ К НЕСТАН-ДАРЕДЖАН...
29. ПИСЬМО НЕСТАН-ДАРЕДЖАН К ЕЕ ВОЗЛЮБЛЕННОГО...
30. ПИСЬМО АВТАНДИЛА, ПИСАНЫЙ ДО ФРИДОНА Написал:...
31. ОТЪЕЗД ТАРИЭЛА И АВТАНДИЛА К ФРИДОНА Утром...
32. ПОЛУЧЕНИЕ КАДЖЕТСЬКОЇ КРЕПОСТИ И ОСВОБОЖДЕНИЕ НЕСТАН-ДАРЕДЖАН...
33. РАЗЛУКА ТАРИЭЛА С ЦАРЕМ МОРЕЙ И ПРИБЫТИЯ ЕГО К...
34. ТАРИЭЛ ВНОВЬ УХОДИТ В ПЕЩЕРУ И ВИДИТ СОКРОВИЩА...
35. ЗДЕСЬ - СВАДЬБА АВТАНДИЛА И ТИНАТИН, ЧТО ЕГО УСТРОИЛ ЦАРЬ...
36. ТАРИЭЛ УЗНАЕТ О СМЕРТИ ИНДИЙСКОГО ЦАРЯ...
37. ТАРИЭЛ ПРИБЫВАЕТ В ИНДИЮ И ПОБЕЖДАЕТ ХАТАВІВ...
38. СВАДЬБА ТАРИЭЛА И НЕСТАН-ДАРЕДЖАН Руки...
39. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ СТРОФЫ Словно сон ночной, закончилась...

На предыдущую