lybs.ru
Родной язык дается народу Богом, а чужая - людьми, ее приносят на острие вражеских копий. / Василий Захарченко


Книга: А. Генри Рассказы


Рождество с неожиданностью

Чероки называли отцом-основателем Желтой Кирки. А Желтая Кирка - нозе поселение золотоискателей, построенное из нетесаных сосновых бревен и парусины. Чероки был золотоискателем. Однажды, пока его ослик гамував голод кварцем и сосновыми шишками, Чероки вывернул кайлом самородок весом в тридцать унций. Чероки застолбил [78] участок, а сам, будучи человеком искренней и широкой натуры, немедленно разослал всем своим друзьям-золотодобытчикам в трех штатах приглашение приехать сюда, где ему так повезло.

Конечно, никто из приглашенных не прислал вежливого отказа. И понаехало их, искателей золотой удачи, с Хили, Солт-Ривера, Пекоса, Альбукерка, Феникса, Санта-Фе - из всех окрестных поселений.

Почти тысяча золотоискателей застолбили участки и расположенные на них, назвав свое поселение Желтой Киркой. Потом избрали комитет охраны общественного порядка и преподнесли Чероки подарок - цепочку для часов из небольших самородков.

За три часа золото на участке Чероки закончилось. Оказалось, он застолбил не золотоносную жилу, а карман. Индеец бросил этот участок и принялся разрабатывать новые - одну за другой. Но ему все не везло. Золотого песка, что его Чероки намывал за день, ни разу не хватало даже на оплату счета в барЬ А в тех, что недавно приехали, все шло прекрасно, и ему ничего не оставалось, как весело улыбаться и поздравлять их с успехом.

В Желтой Кирке подобрался народ, что умел уважать людей сильных духом. Поэтому друзья и спросили Чероки, чем они могут ему помочь.

- Мне? - переспросил Индеец.- Думаю, не помешала бы небольшая ссуда. Хочу попытать счастья в Марипозі. Если попадается на богатую жилу, то сразу сообщу. Вы же знаете - я не из тех, кто скрывает удачу от друзей.

В мае Чероки составил свое нехитрое имущество на ослика и вернул его задумчивую сизо-серую морду на север. Толпа поселенцев провел его к условной городской черты, и он под прощальные возгласы и пожелания успеха двинулся дальше. В его карманах было пять фляжек без всякой пузырьки воздуха между пробкой и содержимым. Чероки просили не забывать, что в Желтой Кирке для него всегда найдется кровать, яичница с салом и горячая вода, чтобы побриться, когда фортуна не захочет навестить его в Марипозі и погреться с ним у костра.

Чероки называли отцом-основателем Желтой Кирки по той системе, что выработалась у золотоискателей. Никто не требовал свидетельства о крещении - каждый получал свое прозвище и без него. Законное имя и фамилия считалось личной собственностью человека, а чтобы ее легче было позвать в трактир и как-то отличить среди других двуногих в синих рубашках, община предоставляла ей временное звание, титул или прозвище. Поводом для этих нспередбачених [79] законом крестин чаще всего были присущи каждому человеку особенности. В большинстве легко прилипала название той местности, откуда они, по их словам, прибыли. Некоторые громко и дерзко называл себя Адамс, или Томпсон, или еще как, напускаючи тумана на самих себя. Некоторые хвастливо и беззастенчиво раскрывал свое настоящее имя, но это воспринималось как чванькуватість и не имело успеха среди золотоискателей. Один такой сказал, будто он Честертон Л. К. Белмонт, и удостоверил это бумагами, но ему решительно предложили еще до захода солнца покинуть поселение. Особенно распространены были прозвища Коротышка, Криволапий, Техасец, Лежінь Билл, Рорджер-Непохмільний, Кривой Райли, Судья и Калифорния Эд. Чероки дали такое прозвище потому, что он якобы прожил некоторое время среди индейского племени.

Двадцатого декабря почтальон Болді прикатил в Желтую Кирку с потрясающей новостью.

- Кого, вы думаете, я видел в Альбукерке? - спросил Болді, усевшись на свое место в баре.- Чероки. Одет, как тот султан турецкий, и сорит деньгами налево и направо. Мы с ним славненько погуляли и изрядно набрались шипучки, будь она неладна, и Чероки за все платил наличными. У него карманы трещат от денег, потому что напичканы ими, как бильярдные лузы шарами.

- Чероки, видимо, нашел богатую жилу,- сказал Калифорния Эд.- Вот славный парень! Я рад за него.

- Не мешало бы теперь Чероки наведаться в Желтую Кирку и повидаться с давними друзьями,- бросил кто-то грустным голосом.- Оно всегда так. Деньги - лучшее средство отбить человеку память.

- Погодите,- вновь отозвался Болді,- я еще не все сказал. Чероки там, в Марипозі, наткнулся на трифутову жилу и из каждой тонны руды намывал столько золота, что можно ехать в Европу. Потом он эту жилу продал некоему синдикатові за сто тысяч долларов наличными, купил себе шубу из молоденьких котиков, красные сани и... ну-ка, угадайте, что он собирается отколоть?

- Резаться в карты,- изложил свою догадку Техасец, что не представлял себе других развлечений.

- Ах, поцелуй скорей меня, красавица! - пропел Коротышка, что носил в кармане чье-то фото и не снимал ярко-розовой галстуки даже тогда, когда работал на участке.

- Купить салун,- решил Роджер-Непохмільний.

- Чероки повел меня к себе в комнату,- вел дальше Болді.- А там - гора детских барабанов, кукол, коньков, [80] мешочков с конфетами, прыгунов, заводных барашков, свкстульок и всякой всячины. И как вы думаете, что он собирается делать с тем хламом? Ни за что не угадаете. Так вот Чероки мне сказал. Он решил погрузить все то богатство на свои красные сани и...- подождите, подождите, не торопитесь заказывать виски! - и приехать сюда, в Желтую Кирку, устроить здешним ребятишкам - да-да, именно здешним ребятишкам - рождественскую елку, раздать им балакаючих кукол, а умным мальчикам - большие наборы столярных инструментов, словом, устроить такую елку и такое гуляния, которые даже не снились ни одному ребенку на запад от мыса Гаттераса!

После этих слов на несколько минут наступила гробовая тишина, ее нарушил бармен. Он решил, что настал подходящий момент показать свое гостеприимство, и толкнул по стойки батарею стаканов, вслед за которыми, хоть и не так стремительно, поползла бутылка виски.

- А ты ему сказал? - спросил золотоискатель на прозвище Тринидад.

- Да нет,- запинаясь, ответил Болді,- не сказал. Как-то не решился. Ведь Чероки уже купил весь тот хлам, заплатил за него наличными и очень доволен собой и своей выдумкой... Еще и шипучки той мы изрядно выпили. Нет, я ничего ему не сказал.

- Признаться, меня удивляет,- отозвался Судья, цепляя трость с ручкой из слоновой кости на шинквас,- как наш друг Чероки мог так плохо подумать о своем, так сказать, родной город!

- Пхе, всякие чудеса бывают на свете,- возразил Болді.- Чероки уехал отсюда сем. месяцев назад. Все могло произойти за это время. Да и откуда ему знать, что здесь нет ни одного ребенка и, видно, не будет?

- Действительно странно, - заметил Калифорния Эд,- что их до сих пор не занесло сюда. Наверное, это потому, что наше поселение недостаточно подготовленное для малышей.

- А чтобы эта рождественская затея была химернішою,- вел дальше Болді,- Чероки собирается сам стать Санта Клаусом. Он добыл себе белый парик, бороду, красный, вышитый мехом балахон, огромные рукавицы и красный колпак. В этой одежде он похож на того парня - Уильяма Каллена Лонгфелло, которого рисуют в книжках. И надо же такому быть, ничего этого не увидят различные Энн и Вилли. А они так об этом мечтают!

- Когда Чероки собирается в Желтую Кирку? - спросил Тринидад. [81]

- Утром перед рождеством,- ответил Болді.- Хочет, чтобы вы, уважаемые, подготовили помещение, поставили елку и попросили женщин украсить ее. Но только тех женщин, которые умеют молчать, потому что елка должна быть настоящей неожиданностью для детей.

Все сказанное о Желтую Кирку соответствовало печальной действительности. Никогда здесь не звенел детский голос, не топали неутомимые детские ножки по единой немощеній улице. Все пришло со временем. А в те времена Желтая Кирка была обычным, затерянным в горах лагерем золотоискателей, и никто еще не видел там широко распахнутых детских глаз, которые искрились, ожидая, что на праздник будет какое-то сказочное чудо; никто не видел рук, жадно тянутся к таинственных подарков Санта Клауса, не слышал радостного шума на большом зимнем празднике елки. Словом, не было кому в Желтой Кирке достоинству оценить чистосердечный поступок Черокї.

Женщин в Желтой Кирке было только пять - жена пробірника, владелица отеля «Счастливая находка» и прачка, что за день намивала в своих тазиках унцию золотого песка, жили здесь постоянно. Сестры Спенглер - мисс Фаншон и мисс Ирма - были с «Трансконтинентального комедийного театра», что выступал именно в импровизированном театре «Ампир». Но детей не было. Иногда мисс Фаншон увлеченно играла роль какого-нибудь сорванца-подростка, но создаваемый ею образ был жалко далек от настоящего ребенка, которую представлял Чероки, готовясь наградить ее своей щедростью.

Рождество выпадало на четверг. Во вторник утром Тринидад не пошел работать на участок, а направился к Судье в отель «Счастливая находка».

- Страшный позор упадет на Желтую Кирку,- сказал Тринидад,- если мы не поддержим Чероки в его елочной затее. Чероки, считай, создал этот город. Я лично хочу что-то придумать и помочь Санта Клаусу.

- С радостью вас поддержу,- подхватил Судья,- потому благодарен Чероки за его прежние поступки. Однако я не вижу... собственно, то, что в нашем поселении нет детей, я до сих пор расценивал как благо, но теперь... Однако я не вижу путей и средств...

- Посмотрите на меня,- сказал Тринидад,- и вы их увидите. Пути и средства перед вами, в шубе, и готовы трогаться в путь. Сейчас я найду сани, и на спектакле Чероки будет целый табун детей... пусть бы даже мне пришлось совершить налет на сиротский приют.

- Эврика! - воскликнул Судья. [82]

- Э, нет! - решительно возразил Тринидад.- То я нашел. Я тоже когда-то слышал в школе это греческое слово.

- Я вас только супроводитиму,- сказал Судья, размахивая палкой.- Может, мое, пусть скромное, красноречие и ораторские способности пригодятся нам, когда надо будет убедить наших юных друзей поддержать наше намерение.

За час вся Желтая Кирка узнала о плане Тринидада и Судьи и вполне одобрила его. Каждый, кто на сорок миль вокруг знал семью с малолетними отпрысками, спешил сообщить об этом Тринидада. Тринидад старательно все записал и, не теряя времени, отправился искать лошадей и сани.

Первую остановку наметили сделать возле сруба за пятнадцать миль от Желтой Кирки. Тринидад крикнул - дверь отворилась, и на пороге появился хозяин. Он подошел к воротам и оперся на расшатанную калитку. Следом высыпала толпа ребятишек, оборванных, но румяных и интересных.

- Вот какое дело,- начал Тринидад.- Мы с Желтой Кирки. И приехали, чтобы с вашего согласия похитить у вас детей. Один из наших уважаемых друзей, охваченный елочной манией, захотел стать Санта Клаусом. Завтра он приедет и привезет полно различных окрашенных в красное детских прихотей, сделанных в Германии. А у нас, в Желтой Кирке, самый маленький сорванец уже пользуется сорокап'ятикаліберним пистолетом и безопасной бритвой. А кто же будет кричать «Ох!» и «Ах!», когда на елке зажгутся свечи? Словом, уважаемый, если вы мне нам двое детей, мы обещаем вернуть их в целости и сохранности в первый день рождества. Каждое привезет домой отличное настроение и по книжке о робінзонське жизни одной семьи, рогов изобилия, красных барабанов и множество игрушек. То как вы на это?

- Другими словами,- вмешался Судья,- мы, впервые со времени основания нашего небольшого, но процветающего поселения заметили его полное несовершенство, ибо в нем нет ни одного ребенка. И это в связи с приближением того календарного срока, когда по обычаю предусмотрено дарить, так сказать, нежным и юным всевозможные финтифлюшки...

- Ясно,- прервал хозяин, натоптуючи большим пальцем табак в трубку.- Не буду вас задерживать, джентльмены. У нас со старой, не скрою, семеро детей. Так вот, перебрав мысленно всех, почему-то не нашел ни одного, кого бы мы могли одолжить для вашей гулянки. Старая уже Насмажила кукурузы, в сундуке в ней спрятано тряпичные [83]

куклы, и мы сами собираемся отметить праздники, хоть и по-домашнему, без изысков. Словом, мне эта ваша затея не по душе и ни одного из своих детей я не одолжу. Очень благодарен вам, джентльмены.

Тринидад и Судья погнали упряжку дальше, потом выехали на холм и остановились возле ранчо Уайли Уилсона. Тринидад изложил хозяину свою просьбу. Судья торжественно прогудел вторую партию. Миссис Уайли спрятала двух розовощеких сорванцов в складках своей юбки и не улыбнулась, пока не увидела, что мистер Уайли смеется и отрицательно качает головой. Опять отказ!

Когда в долине между холмами начало темнеть, Тринидад и Судья уже вычеркнули больше половины своего списка - и все было напрасно. Они переночевали в придорожном отеле и на рассвете двинулись дальше. А в санях не было ни одного нового пассажира.

- Я, кажется, начинаю понимать,- сказал Тринидад,- что взять ребенка напрокат на праздники - это все равно, что украсть масло у человека, который собирается кушать блины.

- Нет сомнений,- добавил Судья,- что родственные связи приобретают в это время исключительной, так сказать, прочности.

В канун праздника они проехали тридцать миль, четыре раза бесполезно останавливались и произносили безуспешные речи. Дети везде были на вес золота.

Солнце уже клонилось к горизонту, когда жена старшего смотрителя на глухой железнодорожной колеи, загородив собой еще один клад, который не подлежал изъятию, сказала:

- На Гранитной Стрелке работает новая буфетчица. У нее, кажется, есть сынок. Может, она и отпустит его с вами.

В пять часов вечера Тринидад подъехал к станции Гранитная Стрелка. Поезд только что отошел, забрав с собой сытых, умиротворенных пассажиров.

На лестнице железнодорожного буфета они увидели худого, мрачного паренька лет десяти с сигаретой в зубах. В буфете, где пассажиры с наскока удовлетворяли свой кочевой аппетит, царил беспорядок. Молодая, но измученная работой женщина изможденный сидела, откинувшись на спинку стула. Лицо ее сохраняло красоту, которая никогда не исчезает бесследно, но и никогда не возвращается. Тринидад пояснил буфетчицы цель их посещения.

- И я буду только рада, если вы хоть ненадолго заберете с собой Бобби,- устало сказала женщина.- Крутишься тут, как ошпаренная, с утра до ночи, никогда и присмотреть [84] за ним. А он набирается черт знает чего от взрослых. Разве здесь до елки? Может, у вас...

Мужчины вышли на крыльцо поговорить с Бобби. Тринидад описал ему роскошную елку с подарками.

- А затем, мой юный друг,- добавил Судья,- сам Сан-та-Клаус придет с подарками к нам ознаменовать то, что когда волхвы...

- Да кончайте болтать! Я не ребенок,- насмешливо оборвал его Бобби.- Нет никаких Санта Клаусов. Это вы, дяденьки, сами покупаете в лавке всякие глупости и ночью запихиваете детям под подушки. А потом говорите, что это Санта Клаус приезжал на санях.

- Может, оно и так,- примирительно согласился Тринидад.- Но елка настоящая. И она будет у нас, знаешь, какая? Будто универсальный магазин в Альбукерке - каждая игрушка не дешевле десяти центов. И барабаны будут, и волчки, и ноев ковчег, и...

- К черту! - холодно ответил Бобби.- Я уже давно вышел из того возраста. Хочу ружье. Не игрушечную, а настоящую, чтобы стрелять диких котов. И разве на вашей глупейшей елке может быть настоящая ружье?!

- Наверняка сказать не могу,- дипломатично ответил Тринидад,- но кто его знает... поедемте с нами, а там видно будет...

Заронив слабый огонек надежды в душу Бобби, вербовщики уговорили его согласиться пойти навстречу філантропічному поривові Чероки и двинулись со своей единственной добычей обратно.

В Желтой Кирке тем временем опустошенный помещения превратили в праздничную залу, украшенную, как дворец доброй аризонской феи. Женщины поработали на славу. Елка, вся в свечах, серебристых блищиках и игрушках, которых хватило бы на добрых два десятка детей, возвышалась в центре зала. Когда уже смерклось, все, охваченные нетерплячкою, начали выбегать на улицу - не появится, случайно, команда с детьми. Еще в полдень Чероки влетел в городок на красных санях, заваленных самыми разнообразными пакетами и коробками. Увлеченный своей бескорыстной выходкой, он даже не заметил, что в городке нет детей, а открыть ему глаза на позор Желтой Кирки ни у кого не хватило духа; к тому же все были уверены, что Тринидад и Судья таки сумеют заполнить эту ужасающую пустоту.

. Когда солнце скрылось, Чероки хитро подмигнул всем с лукавой улыбкой на обвітреному зморшкуватому [85] лице вышел из зала, прихватив узелок с реквизитом Санта Клауса и таинственную сумку с игрушками.

- Как только сойдутся дети,- велел он членам добровольного елочного комитета,- зажгите свечи на елке, г поиграйте с ними в прятки. Когда они увлекутся игрой, вот тогда... тогда тихонько и зайдет Санта Клаус. Подарков, думаю, хватит.

Женщины порхали вокруг елки, последний раз снимали некоторые украшения, чтобы сразу же повесить их снова. Сестры Спен-глер тоже были как персонажи из нового спектакля «Невеста рудокопа» - одна в костюме леди Вайолет де Вер, вторая-' служанки Мари. Спектакли в театре начинались только в девять, поэтому актрисы, с милостивого разрешения комитета, помогали украшать елку. Время от времени кто-то выбегал и прислушивался, не возвращается команда Тринидад. Беспокойство росло, потому что надвигалась ночь и пора было зажигать елку, да и Чероки в любой момент мог появиться на пороге в полном облачении рождественского Санта Клауса.

И вот на улице заскрипели сани, и «похитители» подъехали к складу. Женщины испуганно забегали вокруг елки и начали зажигать свечи. Мужчины беспокойно прохаживались из угла в угол или стояли маленькими группами, неловко переступая с ноги на ногу.

Тринидад и Судья, утомленные долгими поисками, зашли в зал, ведя за руку худого, плюгавого, совсем озорного с виду паренька. Тот презрительно глянул исподлобья на красочно украшенную елку.

- А где же еще дети? - спросила жена пробірника, что играла первую скрипку во всех светских событиях города.

- Сударыня,- вздыхая, ответил Тринидад,- пускаться на поиски детей перед праздниками - все равно, что добывать серебро в известняках. Так называемые родительские чувства - для меня полная загадка. Похоже, что папам и мамам совсем безразлично, если их потомство триста шестьдесят четыре дня в году тонуть, об'їдатиметься ядовитыми орехами, попадать в лапы диких котов или похитителей детей. А на рождество оно, вишь, пусть там что, должно отравлять своим присутствием семейные сборища. Вот этот экземпляр, сударыня,- единственное, что нам удалось откопать за два дня поисков.

- Ой, какое чудесное дитя! - промурмотіла мисс Ирма, таща свой театральный шлейф на середину сцены.

- Отстаньте!:- мрачно буркнул Бобби.- Кто это дитя? Или не вы, случайно? [86]

- Дерзкий мальчишка!-охнула мисс Ирма, но не успела погасить эмалевой улыбки.

- Старались как могли,-сказал Тринидад.- Сожалению Чероки, и что поделаешь?

Вдруг распахнулась дверь и появился Чероки в традиционном костюме Санта Клауса. Белые пряди парики и роскошная белая борода закрывали почти все его лицо - видно было только темные искристо-веселые глаза. На плечах у него был мешок.

Все замерли. Даже сестры Спенглер, забыв стать в кокетливые позы, с любопытством пялили глаза на высокую фигуру рождественского Санта Клауса. Нахмуренный Бобби засунул руки в карманы и уныло смотрел на бессмысленное, увешан игрушками дерево. Чероки поставил на пол мешок и удивленно огляделся вокруг. Может, подумал он, нетерпеливого ватагу ребятишек загнали куда-то в угол, чтобы выпустить, когда он зайдет. Чероки двинулся к Бобби и подал ему руку в красной рукавице.

- Поздравляю тебя с праздником, парень,- сказал он.- Можешь выбирать на елке все, что тебе заблагорассудится,- мы немедленно получим. Давай руку, поздоровайся с Санта Клаусом.

- Нет никаких Санта Клаусов,- шморгнувши носом, буркнул Бобби.- У тебя фальшивая борода. Из козьей шерсти. Я не ребенок. На черта мне твои куклы и оловянные лошадки? Извозчик сказал, что дадут ружье. А у тебя ее нет. Я хочу домой.

Тринидад бросился спасать Чероки. Он схватил его руку и горячо пожал.

- Ты уж прости, Чероки,- сказал.- У нас в Желтой Кирке нет детей, и не было никогда. Мы надеялись привезти их целый табун на твой праздник, но, кроме этого сорванца, никого не удалось раздобыть. А он, вишь, атеист и не верит в рождественских Санта Клаусов. Нам очень обидно, что ты зря потратился. Мы с Судьей надеялись привезти сюда полные сани детей, и все твои свистульки пригодились бы.

- То не беда,- спокойно сказал Индеец.- Подумаешь, расходы! Нечего жалеть. Выбросим весь этот хлам в старую шахту, и конец. И надо же быть таким віслкк ком - совсем забыл, что в Желтой Кирке нет детей!

Гости тем временем с похвальным усердием, хотя и без особого успеха, делали вид, будто развлекаются.

Бобби отошел в угол и уселся на стуле. Холодная скука четко отразилась на его лице. Чероки еще не совсем вышел из своей роли и сел рядом с Бобби. [87]

- Где ты живешь, парень?- вежливо спросил он.

- На Гранитной Стрелке,- неохотно процедил Бобби. В зале было душно. Чероки снял колпак, парик и бороду.

- Эге! - немного опомнившись, воскликнул Бобби.- То я же тебя знаю!

- Разве мы встречались, малый?

- Не помню. Но карточку твою видел. Сто раз.

- Где?! Бобби колебался.

- Дома. На сундуке.

- Скажи-ка, мальчик, а как тебя зовут?

- Роберт Лемсден. Это мамина карточка. Она прячет ее на ночь под подушку. Однажды я даже видел, как она его целовала. А я бы ни за что. И женщины все одинаковые.

Чероки встал и поманил к себе Тринидада.

- Посиди с мальчиком, я сейчас вернусь. Пойду сниму этот балахон и запрягу сани. Надо отвезти его домой.

- Ну, безбожнику,- сказал Тринидад, усевшись на место Чероки.- То ты, брат, столько насмотрелся всего, что тебя не интересуют такие мелочи, как конфеты и игрушки?

- Ты неприятный тип,- язвительно процедил Бобби.- Обещал ружье. А тут человеку даже покурить нельзя. Я хочу домой.

Чероки подогнал сани к крыльцу, и Бобби взобрался на сиденье. Резвые кони рванули по накатанной снежной дороге. На Чероки была его п'ятсотдоларова шуба из молоденьких котиков. Меховая подкладка приятно грела.

Бобби достал из кармана сигарету и стал чиркать спичкой.

- Выбрось сигарету! - сказал Чероки спокойно, но каким-то новым голосом.

Немного поколебавшись, Бобби бросил сигарету в снег.

- Выбрось всю пачку,- велел тот же голос. Парень покорился не сразу, но все-таки выполнил и этот приказ.

- Слушай! - отозвался вдруг Бобби.- А ты мне нравишься. Даже не знаю чего. Попробовал бы кто-нибудь так мной командовать!

- Послушай, парень,- сказал Чероки обычным голосом.- А ты не врешь, что твоя мать целовала карточку? Ту, что на меня похожа?

- Да нет. Сам видел.

- Ты, кажется, что-то говорил о ружье?

- Говорил. А что? У тебя есть? [88]

- Завтра получишь. С серебряными наклепками. Чероки получил часов.

- Полдесятого. Что же, мы прибудем на Гранитную Стрелку в самый праздник. Тебе не холодно? Садись поближе, сынок.

Книга: А. Генри Рассказы

СОДЕРЖАНИЕ

1. О. Генри Рассказы
2. В антракте Майский месяц ярко озарял частный...
3. Комната на чердаке Сначала миссис Паркер показывает вам...
4. Жертвы любви Когда любишь Искусство, никакие жертвы не...
5. Фараон и хорал Сопи обеспокоенно заерзал на своей скамейке в...
6. Приворотное зелье Айки Шоенштайна Аптека «Голубой свет»...
7. Зеленые двери Представьте себе, что вы прогулюєтесь после обеда...
8. Неоконченное повествование Теперь мы уже не стонем и не...
9. Роман биржевого маклера Питчер, доверенный клерк в конторе...
10. Меблированная комната не усидчивы, суетливые, преходящи, как...
11. Короткий триумф Тильде Если вы не знаете «Закусочной и...
12. Пімієнтські блины Когда в долине реки Фрио мы объединяли...
13. Рождество с неожиданностью Чероки называли отцом-основателем...
14. Маятник - Восемьдесят первая улица... Выходите кому надо!...
15. Закупщик из Кактус-Сити Очень хорошо, что здоровый климат...
16. Чья вина? В качалке у окна сидел рыжий, небритый,...
17. Последний лист В небольшом районе на запад от площади...
18. Предвестник весны Задолго до того, как в груди тюхтіюватого...
19. Пока ждет автомобиль Когда начало смеркаться, в этот...
20. Комедия любопытства Вопреки утверждению всех желающих к...
21. Винодельня и роза Мисс Позе Керінгтон радовалась заслуженным...
22. Стриженый волк Джефф Питер, как только спор заходила...
23. Свиная этика Зайдя в курительного вагона...
24. Как скрывался Черный Билл Худощавый, сильный, червоновидий...
25. Миг победы Бенові Гренджеру, ветерану войны, двадцать...
26. Вождь краснокожих Казалось, что это выгодное дело. Но не...
27. Коловорот жизни Мировой судья Бинаджа Уїддеп сидел на...
28. Дороги, которые мы выбираем За двадцать миль на запад от...
29. Младенцы в джунглях как-То в Литл-роке крупнейший на...
30. Город без происшествий Полны спеси города...
31. День, который мы празднуем - В тропиках,- говорил Бибб...

На предыдущую