lybs.ru
Скажи мне, с кем ты знаком, и я скажу тебе, кто ты. Если я знаю, чем ты занимаешься, я скажу тебе, что из тебя получится. / ГЕТЕ


Книга: Юрий Иванович Ковбасенко Литература постмодернизма: По ту сторону разных сторон (2004)


V. “Високоброва низькобровість”|“низькоброва високобровість”, или Миф о возвращении массового читателя к литературе?

Следующей характерной чертой литературы постмодернизма и одной из ее важных интенций является стремление вернуть себе массового читателя, а не служить исключительно кучке “избранных”, как это было характерно, скажем, для многих представителей мирового модернизма и авангарда. Эту интенцию признанный мэтр постмодернистской культуры Эко сформулировал по-писательском метафорически: “[Надо] снести стену, отделяющую искусство от развлечения и далее: “дойти до широкой публики - в этом и заключается авангард по-сегодняшнему” [Н, 638]. В унисон звучит также голос Джона Барта31, знáкової для западной постмодернистской культуры личности: “Идеальный писатель постмодернизма... должен надеяться, что сумеет заинтересовать и увлечь (хотя бы когда-нибудь) определенный круг публики - шире, чем круг тех, кого Манн звал першохристиянами, то есть круг профессиональных служителей высокого искусства... Идеальный роман постмодернизма должен каким-то образом оказаться над поединком реализма с ірреалізмом, формализма с “змістовізмом”, чистого искусства с ангажированным, прозы элитной - с массовой... По моему мнению, здесь уместно сравнение с хорошим джазом или классической музыкой. Слушая повторно..., замечаешь то, что в первый раз осталось без внимания. Но этот первый раз должен быть таким потрясающим - и не только по мнению специалистов, - чтобы захотелось повторить”32.

О том, что такое стремление постмодернистов является не случайным, а программным, свидетельствует философского-эстетическое основание всей парадигмы постмодернистской культуры, где “компоненты элитарной культуры и массовой культуры используются в равной степени как амбивалентный игровой материал, а смысловая граница между массовой и элитарной культурой оказывается принципиально размытой или снятой; в этом случае разграничение элитарной культуры и культуры массовой практически теряет смысл и поэтому “происходит елітаризація массовой культуры и одновременно - массовости элитарности, что дало основания классику современного постмодерна У.эко охарактеризовать поп-арт как “низькоброву високобровість”, или, наоборот, как “високоброву низькобровість” (англ.: Lowbrow Highbrow, ог Highbrow Lowbrow)” [К,559-560].

Конечно, “високоброва элита” чаще всего ищет в литературном произведении вовсе не того, что в нем находит “низькоброва масса”. Так как же совместить в том же тексте непоєднáнні вещи, “волну и камень, стихи и проза, лед и пламень”? Очень “просто”: надо сделать так, чтобы один текст воспринимался как разные произведения, то есть “закодировать” его на разные уровни прочтения (в зависимости от “горизонтов ожидания” и, так сказать, “горизонтов читательских способностей” уже упомянутых реципиентов).

Вот что пишет известный семіолог (специалист в области именно кодов, знаковых систем etc.), друг Умберто Эко Юрий Лотман, о разных уровнях восприятия “Имени розы”: “Можно представить себе целую галерею читателей, которые, прочитав роман и встретившись на своеобразной “читательской конференции”, удивленно убедятся, что читали совершенно разные книги [Лотман,650]. А в письме к автору этой статьи он высказался еще радикальнее: “Художественный текст постоянно остается собой, никогда не будучи равен сам себе (Тарту. 01.07.1992).

Эффектнее всего же мысль о множественности прочтений того же текста разными читателями воплотил в яркую метафору французский литературовед Цветан Тодоров: “Текст - это всего лишь пикник, на который автор приносит слова, а читатели - смысл33.

Упомянутое “кодирование” тоже не является изобретением эпохи постмодернизма. Скажем, на Востоке издавна существовала могучая “суфийская” мистическая традиция, которая, воплотившись ярче всего в поэзии, выработала свои культурные “коды”, “шифры”: “роза и соловей” - ‘влюбленные’, “вино и вода” - соответственно ‘жизненные пути суфия/посвященного и профана’ и др. Да и на украинских литературных поприщах некоторые шедевры могли удовлетворять одновременно как изысканный вкус гурманов от литературы, так и ее запросы непритязательных “массовых” потребителей. Скажем, “Энеиду” Котляревского российская интеллигенция XIX в. восприняла как комическую “малороссийскую экзотику” [код 1]; украинская (лояльная к москве или политически индифферентна) - как комическую энциклопедию украинских древностей, приправленных острым народным словцом (вроде “Но зла Юнона, суча дочка, розкудкудахталась, как наседка...” etc.) [код 2]; радикально же настроена “самостоятельная” часть украинской интеллигенции (как и польского, кстати) - как шифрограмму для посвященных, своеобразное предсказание будущей самостоятельности Украины, выполненное “эзоповым языком”34 [код 3].

“Кодирование” характерно именно для литературы постмодернизма, ведь она, как отмечалось, стремится вернуть себе массового читателя. Скажем, финал романа “Запахи” рядовой массовый читатель воспримет как отвратительный факт каннибализма [код 1]; для клириков - это еще и святотатство, ужасная пародия на святой обряд христианского причастия (вкушение “святых даров” - хлеба и вина, которые символизируют плоть и кровь Христа), ведь толпа съел самого “бога-Гренуя”, и еще ... “из любви” (siс!) [код 2]; а для интеллектуалов, кроме приведенных выше значений, это еще и аллюзия и на эллинские языческие праздники в честь бога плодородия Діонíса, которого, как и Гренуя, раздирали и съедали

Книга: Юрий Иванович Ковбасенко Литература постмодернизма: По ту сторону разных сторон (2004)

СОДЕРЖАНИЕ

1. Юрий Иванович Ковбасенко Литература постмодернизма: По ту сторону разных сторон (2004)
2. 5, как к міметúчності, так и к безудержной...
3. 10, монтажом заимствованных из текстов-доноров цитат,...
4. 21. Перечень можно продолжить. Как справедливо...
5. 23. Как это похоже на описание библиотеки аббатства в “Имени...
6. IV. Бегство в несерьезности? Следующей характерной...
7. V. “Високоброва низькобровість”|“низькоброва...
8. 35 [код 3], и на разрывание Орфея вакханками, и еще кто...
9. 41 не конкурент, так что слухи о ее смерти слишком...
10. 44, то сейчас трансформация художественного произведения...
11. 45? А, если нет Будущего (ведь Истории - конец),...
12. 49. Хотя, возможно, это от уже упомянутого іронізму. Но...
13. 4. Кстати, с чисто методической точки зрения лит-ра пост-м, с одной...
14. 19. Понятие інтертекстуальності (по крайней мере, в рус. лит-знавстві)...

На предыдущую