lybs.ru
У художников Божья искра в сердцах, в вождей Божья искра в глазах. / Андрей Коваль


Книга: Всемирная история / Крипьякевич


Пелопоннесская война и упадок Греции

Начало войны. Добрые отношения между Афинами и Спартой продлились только 15 лет. Потом снова пришли события, что нарушили мир. В 435 г. Афины дали помощь острову Коркірі на Ионийском море, что восстал против своего матерного города Коринфа. Афинам зависело на том, чтобы скрепить свои торговые связи на западе, который до того времени стоял под воздействиями Спарты. Коринф отблагодарил Афинам тем, что вместе со Спартой выслал помощь дорийской колонии Потідеї на Халкідійському полуострове, что хотела случаях выбраться из Афинского союза (433 г.).' Афинцы, досадно поражены настоящий политикой Коринфа, на народных собраниях в 432 г. запретили городу Мегара, что было в союзе с Коринфом, участие в торговле Союза. Эти три дела окончательно привели к срыву мира. Спарта уладила съезд своих союзников и на нем выставила ультиматум Афинам, жаждая, чтобы вернули старые права Потідеї, Мегарі и раньше завоеванной Эгине, а также другим союзным городам. Так началась война, носит имя Пелопоннесской (431-404 гг. до Хр.).

Противники распоряжались каждый другими силами. Афины имели большой флот: 300 готовых триер своих и союзных и 100 кораблей в строении. Сухопутное их войско доходило до ПО 000 гоплитов. В кладе было спрятано 6000 талантов в золоте. Город мало богатые средства пропитания, Афины еще увеличивали тем, что-насильно заворачивали в Афины корабли с зерном из Черного моря. Благодаря длинным мурам Афины имели прямую коммуникацию со своим портом Піреєм и с морем. Вне тем свою силу спирали на Морском союзе, в котором было много искренних сторонников. По их стороне стояли также некоторые сухопутные государства, например, Платеи.

Силы Спарты лежали на самом только суше. Спартанское войско было вдвое больше, чем афинское: переходил 25000 и стояло на очень высоком уровне боевой готовности. По стороне Спарты стоял почти весь Пелопоннес, затем Коринф, Фивы и некоторые меньшие государства Средней Греции. Но спартани, что могли добыть на суше преимущество над Афинами, не имели собственного флота и на море не могли развить никакой инициативы.

Борьба началась от того, что спартанский король Архидам вошел в Аттику и направился на Афины. Он надеялся, что афинцы встретятся с ним в открытом поле. Но Перикл не принял вызова. Он понимал, что в прямой встречи афинские гоплиты не выдержат наступления сильнейшего врага. Поэтому заранее приказал эвакуировать деревни и население переселил в Афины и на остров Эгину. Архидам постиг только то, что мог безнаказанно разрушать дома, уничтожать хлеб в поле, вырубать оливковые сады и виноградники. На сами Афины не решился нападать, зная их ^сильные укрепления и «длинные стены». Спартанские уничтожения вызвали большие сожаления среди крестьян, и оппозиция начала выступать с обвинениями против Перік-ла. Но он не изменил своего военного плана и не обращал внимания на голоса недовольства. Этого мало - на время войны он прекратил ступени народных собраний. Его тактика была правильная, потому пелопоннесці, лишены довоз продуктов, через недолгое время покинули Аттику.

Зато на море Дерікл вел офензиву. Афинский флот начал блокировать со всех сторон Пелопоннес, нападая на значніщі порты, в основном же считал на то, чтобы не допустить к Спарты кораблей с зерном из Италии и Сицилии.

Эта война длилась два года. Спартани никаким образом не могли достичь Афин. Но неожиданно пришли события, чрезвычайно ослабили отпор афінців. Среди густо накопленного населения, что таборувало на улицах города и среди длинных стен, взорвалась какая-то грозная эпидемия.

Симптомы слабости так описывает историк Пелопоннесской войны Фукидид: «Сам переболел я на эту поветрие и видел других больных, поэтому опишу ее ход и подам признаки, по которым можно будет ее узнать, если снова появится. Всех, совсем перед тем здоровых, нападали неожиданно, неизвестно по какой причине, острые удары крови к голове, а при том краснели и воспалялись глаза. Горло и язык перекривавлю-вались, вздох становился неровный и досадный. К этому присоединялись катар и хриплая. Наконец слабость среди острого кашля переходила на легкие. Порой болезнь атаковала печень, отжимала ее и тогда появлялись разнородные окт-чеви, очень болезненные приступы. Много больных мало сухую икоту, что вызвало сильные корчи. В одних они переходили скоро, в других медленно. Тело назверх не было ни горячо, ни бледное, но червонаве, посиневшее, покрытое прыщами и боляками. Больные чувствовали внутри такой жар, что не позволяли накрывать себя даже найтон-пшм покрывалом, а лежали голые, рады были бы броситься к холодной воды. Много больных, что были без опеки, так и делало, поскольку неугасимая жажда гнала их к колодцам, но было все равно, пить больше, или меньше. Лихорадка и безсонність мучила всех. Слабость проходила через все тело: начиналась сверху, заранее с головы, а когда кто перетривав худшие атаки, переходила к кінчин, обнимая конце рук и ног. Порой слабость оканчивалось потерей некоторых членов, порой и глаз. Некоторых, что уже вставали с кровати, обгортало такое головокружение, что не познали ни себя самих, ни родные».

Эта грозная эпидемия здесяткувала населения Афин и распространилась на Аттику, даже на залогу флота. В буйнім1 городе она привела к полному упадку духа и общей апатии. «Поветрие открыла приступ к городу всяком безправству. Чем раньше люди крылись, что маскировали в желаниях угодить себе, все теперь явно выступило. Люди смотрели, как смена приходила за изменением, как богатыри нагло умирали и недавние бедняги дідичили2 по ним доходы. Поэтому спешились с употреблением, пытались исчерпать развлечение до дна, зная, что и тело, и имущество не проживет дня. Никто не имел охоты потратить при почетном деле, потому что не был уверен, сейчас не погибнет. Считали хорошо и целесообразно то, что давало немедленное удовольствие. Упали основы благочестия и права, потому что, казалось, на одно выходит, кто чтит богов, или нет, потому что все одинаково гибли...»

Здеморалізована толпа подняла голоса против Перикла, в котором видела причину всего бедствия. Народное собрание отобрали у него правительство стратега и осудили его на казнь в 50 талантов. Но болезнь не пощадила и великого мужа. Когда во время его слабости приятели напоминали его заслуги, Перикл отвечал, что они забыли о самом важном: «Никакой афінець через меня не убрал траура». Он умер в 429 г.

Клеон. По смерти Перикла афинцы разбились на две партии: умеренную под командованием Никия и радикальную под кермою Клеона. Умеренную партию творили крестьяне и останки шляхты. Они защищали интересы земледелия, в войне дораджували осторожность и радостью заключили бы мир со Спартой. Но далеко большее влияние имела партия городского населения, что в ней заправляли богатые купцы и промышленники. В этих кругов принадлежал также Клеон - владелец грабарні, человек, полный энергии, но неразборчива в средствах и ослеплена в своих соревнованиях. Клеон своими речами сумел присоединить к себе городскую толпу, добыл себе неограниченное доверие и на народных собраниях сумел провести все свои планы. Он выступал с кличем, что войну со Спартой надо вести дальше, вплоть до полной победы. Он сумел так увлечь афинский народ, что собрание приняло чрезвычайные налоги на военные нужды. Клеон вел решительную политику против союзников Афин и советовал не иметь милосердие к городов, что бунтовали против афинской гегемонии. В речи на одном собрании он сказал: «Вы сами между собой не боитесь ни змбв, ни засад, - так же относитесь к союзникам и не раз поддаетесь ласке. Не понимаете, что такая слабость выставляет вас на опасность и даже не добывает для вас благодарности от союзников. Не видите, что наше государство стоит при неограниченной власти против неверной и опорной толпы подданных. К послушанию приводят их не ваши уступки, но политика сильной руки!..»

Клеон верил в победу Афин и решился начать офен-зиву против Спарты и ее союзников. Сухопутные войска одновременно ударили на Мегару и Фивы, часть флота исправилась на Эгейское море, часть на побережье Пелопоннеса. Но это неосторожное разбрасывание сил не принесло много пользы, - спартани везде ответили контратаками. Наибольшую огласку получила экспедиция афинского полководца Демосфена, от моря ударил на Мессину и пытался вызвать там восстание илотов против Спарты. На острове Сфактерії осадил он 400 спартіатів, что происходили из виднейших семей, и взял их в плен. Чтобы освободить этих пленников, Спарта предложила мир. Но афинский народ, гордый с этой победы, поставил такие тяжелые условия, что спартани предпочитали продолжать войну.

Во главе спартанского войска стал талантливый полководец Б р а с и д, из молодых спартіатів, что зірвали1 с давней заскорузлістю своего народа и старались вывести государство на новые пути. Он провел реформу войск: к военной службе позвал періойків и даже илотов, пользовался также наемными частями и образовал легкую конницу. С войском, что не мало более 2000 [человек], он прошел поперек всю Грецию, вплоть до Фракии, и там ударил на афинские колонии, - между прочим, одержал важную пристань Амфиполис. Для Афин это была уважительная опасность: несмотря на Фракию с Геллеспонта шли к Аттики .достави хлеба. Клеон можно скорее собрал флот и уехал отбивать загрожені позиции. Он отнес некоторые успехи, но в небольшой схватке пал в 422 г. В том же бою со стороны спартанского упал Брасид.

В Афинах тогда пришла к голосу умеренная партия, и от ее имени Нікій начал переговоры со Спартой, что подтолкнули к миру, который [был] заключен на 50 лет. Оба государства вернули себе завоеванные города, выменяли пленников, обязались обновить торговые связи и в мирный способ решать будущие споры.

Сицилшська экспедиция. Но это было только короткое перемирие. Между Афинами и Спартой существовало столько причин к недоразумениям, что скорее или позднее борьба должна была возобновиться. К тому же из мира были недовольны главные союзники Спарты -• Коринф и Фивы; они и философов к новой войне.

В Афинах через недолгое время к воздействию пришел новый предводитель радикальной партии-А л к и в и а д и начал готовить Афины к новой войне. Алкивиад был племянником Перикла, учился в модных тогда философов-софистов, дружил с Сократом, принадлежал к числу наиболее образованных людей в Афинах. Но не отличался твердым характером, а политические взгляды менял часто: сначала принадлежал к радикальной молодежи,

потом выступал против Кле-она, некоторое время проживал в Спарте, затем снова приблизился к радикальной военной партии. Он восстановил план, о котором уже ранее было говорено в Афинах: уладити поход на дорийские колонии на Си-цилії, что доставляли хлеб Пелопоннесові, и в этот способ уничтожить Спарту. Мечтал он и о Карфаген и Африку, чтобы растянуть афинскую власть на все Средиземное море. «Присоединил себе сразу молодежь, что живет надеждами. Они слушали долгие рассказы старших, бывалых людей о чудесах похода. Цели общества сидели в палестрах и школьных залах, рисуючи на песке зариси островов, положение Африки и Карфагена».

Народное собрание с восторгом приняли этот проект* и приняли кредиты на выставление 100 триер, 5000 гоплитов и нужного числа наемного войска. Фукидид повествует, с какой жертвенностью граждане готовили эту экспедицию; «Афінні шли друг с другом навзаводи1 в том, что кому доставить для похода, и эта экспедиция выглядела скорее как показ могущества среди других греков, чем как военная экспедиция. Когда посчитаем средства государственные и частные тех, что шли на виправу - сколько государство уже первое выдала на подготовку, сколько денег дала полководцам, сколько каждый участник выдал частно на свои нужды, сколько каждый каштан на корабль, сколько еще каждый должен был взять с собой в такую длинную дорогу и сколько воин или купец вез на торговлю, - когда все вместе посчитаем, то сколько же талантов вывезли тогда из города!..»

Выезд флота в 415 г. состоялся чрезвычайно святочно. «Когда застава была на кораблях и заладували все, с чем имели плыть, голос трубы приказал молчанку и все войско, а не каждый корабль частности, прорекло за голосом герольда приписаны на отъезд молитвы. Повсюду на кораблях моряки мешали вино с водой в дзбанках и полководцы и рядовики выливали его из золотых и серебряных чаш [в жертву богам]. Толпа зрителей на берегу, состоявшей из граждан и тех, что явились туда из патриотизма, примкнула к этих молитв. Спели пеан1, окончили жертву и начали всплывать, сначала крылья, потом впопыхах пустились к Эгины». Афинцы глядели на свой флот с гордостью, но и с опаской, не зная, какой будет исход экспедиции.

Недобрые предчувствия исполнились. В преддверии выезда флота утром граждане с ужасом увидели, что повсюду в городе какие-то неизвестные руки разрушили т. н. гермы - статуи домашних богов. Среди афинской молодежи много было таких, что не верили уже в древних богов и явно насмехались. Из их кругов и получилось это святотатство. Но некоторые загорелые демагоги использовали этот момент против Алкивиада: он симпатизировал молодежи и ученым философам, Следовательно, он, наверное, принимал участие в этом богохульному выступлении. Афинский правительство разрешило ему отъехать с флотом, но потом из Италии завернул его и приказал стать перед судом. Гордый Алкивиад не хотел повиноваться повелению народа и вместо Афин отъехал в Спарту!

Это произвело огромное впечатление среди войска, высланного в поход, и сразу сломило военный дух. В Южной Италии и Сицилии оказалось, что Афины не имеют там симпатии, на которую надеялись: побережні города просто запирали свои порты перед афинскими кораблями. Два полководцы, стоявшие во главе экспедиции, Ламах и Нікій, не могли согласиться относительно тактики, - первый пер к борьбе, второй беспрестанно проволок дело. Наконец начали осаду Сиракуз - главного союзника Спарты на Сицилии. От моря блокировали город флотом, от суши начали сыпать валы, которые должны были замкнуть сиракузанцям проход до других городов.

Но Сиракузы получили помощь от Спарты по совету Алкивиада, что не колебался теперь всеми средствами бороться Афины, что так недостойно с ним обошлись. Спартанский полководец Гілій прорвался сквозь блокаду до Сиракуз, подле надплив коринфский флот. Афины со своей стороны направили своему войску помощь из 70 военных кораблей.

Торжественную песню, гимн.

Но афинские полководцы не доросли до своих задач: не только не начали офензи-вы, но дали себя заскочить сиракузанцям. В морском бою было уничтожено 60 афінсь-ких кораблей. Остальные флота сиракузанці заперли, так что он не мог выйти на полное море. Лфінці решились тогда на последнее - бросить корабли вместе Ь ранеными и больными и отступать сушей. Но это была сумасшедшая постановление. Сицилийцы со всех сторон обступили греков, погромили их в борьбе и заставили к капитуляции. В плен досталось более 7000 человек. Сиракузанці заперли их в каменоломах, где много пленников умерло с голода и жары, а остальных продали в рабство. Полководцев Никия и Демосфена наказали смертью.

Так трагически закончилась сицилийская экспедиция, которая должна была дать Афинам власть над Средиземным морем.

Победы Спарты. Одновременно 3 акцией на Сицилии Копьеносец. Резьба Паліклетгш

Спарта вела успешную борьбу с Афинами на Эгейском море. Спартанские военные планы заключал теперь Алкивиад. Зная все тайны афинской политики и все слабые стороны своей древней родины, он умел повести спартанів так, что они повсюду одерживали успехи. По совету Алкивиада спартани обсадили сильным гарнизоном город Декель на севере от Афин. Оттуда их войско уладжувало постоянные походы на окраине Афин, пустошило крестьянские поля и не допускало до города никаких достав и транспортов. Эти бесконечные зацепки повредили Афинам больше, чем прежний поход Архидама: земледелие в Аттике упадок до края, крестьяне покидали свои земли, невольники бежали к врагу, загрожені были рудники серебра в Лаврионе. Афинский сокровище чувствовал это очень сильно.

Геракл несет на плечах двух парней,что из него смеялись.

Но спартани готовили Афинам еще сільніший удар - начали создавать собственный флот. Этот план также подверг Алкивиад, а подхватила его спартанская молодежь, желавшая вывести свое государство из континентальной косности на широкие волны моря. Король Агис с помощью Коршфа и Сиракуз организовал спартанский флот и выступил с призывом к членам Аттічного союза, чтобы сорвали связи с Афинами и под предводительством Спарты завоевали себе свободу. Этот призыв не остался без отклика: одиночные острова начали переходить на сторону спартанів, а Афины теряли сильнейшую опору своей власти.

В конце Алкивиад дорадив Спарте еще один политический шаг - найти общий язык с Персией и по персидским помощью бороться Афины. Спартани этот совет приняли. Ненависть к Афинам была такой сильной, что спартани не засомневались идти на переговоры со смертным врагом Эллады. Готовы были предать панеллінські идеалы, чтобы только уничтожить своего соперника. Согласие было получено за счет малоазийских греков: Спарта дала свое согласие на то, чтобы персидский король обсадил все города своими залогами.

С внимания на такую всестороннюю и целесообразную акцию Спарты положение Афин становилось все тяжелее. Афинский демос выказывал необычайное рвение и упрямство и с достойной удивления жертвенностью выставлял все новое войско и флот. Но в Афинах не хватало сильного провода одного человека, который мог бы выступить против гению Алкивиада. Военные неудачи вызвали там в 411 г. олигархический переворот - аристократия еще раз пыталась захватить в свои руки власть. Уменьшено было компетенцию народных собраний, а решающую власть получила совет 400 членов; гражданские права были ограничены на 5000 древних афінців, уменьшено также дієти1 за участие в правительствах. Но эти реакционные реформы упали очень скоро. Моряки флота •запротестовали против нежелательных реформ и позвали Алківі-ада на полководца!

Алкивиад, хоть в Спарте дошел до больших влияний, не чувствовал себя хорошо в чужой среде, думал уже был покинуть Пелепоннес и даже искал пристанища на персидском дворе. Теперь он подарил афинянам все их вины и с естественной ему энергией бросился организовывать афинские силы против Спарты. Спартани последовательно развивали дальше свою экспансию и готовились занять Геллеспонт, чтобы закрыть Афинам довез зерна из черноморских колоний. Под Абидосом они погромили афінців. Но Алкивиад собрал различные части афинского флота, стянул их до Геллеспонта и под Кізіком разгромил спартанский флот. Это была победа света, а за ней последовали дальнейшие успехи. Алкивиад получил Самое и побережні города Малой Азии, что первое отпали от Афинского союза. С военными трофеями и добытыми сокровищами он вернулся в Афины, где его приветствовали как спасителя города. Спарта готова была идти на мир, но афинский демос, оголомшений победами, желал полного уничтожения Спарты. В Афинах введен тогда заново Клістенову конституцию и даже зко-дифіковано ее в отдельном законе. За нарушение ее угрожала смертная казнь.

Но новый рост Афин обеспокоил Персию. Амбициозный персидский королевич Корь навязал тесные связи с новым спартанским полководцем Лісандром и дал ему денежную помощь. Спартани увеличили свой военный флот до 90 кораблей И начали новую офензиву. Под Нотіоном круг Эфеса они разбили часть афинского флота; Эта неожиданная поражение вызвала в Афинах такое возмущение, что сразу [было] отобрано команду в Алкивиада. Он отправился во Фракию, где имел свои земли, затем переехал в Фригии и там погиб от рукИ насланной убивника в 404 г.

Афинцы еще раз-теперь в последний раз - выставили новый флот. На его строение отдавали все драгоценности, даже золото из святынь богов. До заставы [было] принято так же людей из высших сословий, как и невольников. Круг островов А р г и н у с ы, неподалеку от Лесбоса, пришло в 406 г. до упорного боя со спартанами. С обеих сторон принимало здесь участие 270 триер и 50 000 людей. Победили афинцы, что своей тактикой в морском бою имели преимущество над врагом. Спартани потеряли половину кораблей, но и афинянам битва стоила 4000 человек. Для афинских полководцев этот бой закончился трагически: народный суд внес на них обвинения, что не спасали от утопления моряков и не похоронили согласно обрядам трупы. За это осудили их на смерть, между ними и сына Перикла. До такого фанатизма доходил афинский народ!

Борец обтирает руку от пороха. Резьба Лісіппа

Упадок Афин. Тем временем афинскому флоту велось все хуже. Лисандр при помощи персидского золота обновил спартанские морские силы. Он напал на ближайшие Афинам острова Саламин и Егшу, потом поплыл на север и нам заблокировал переход через Геллеспонт. Афшський флот двинулся по его следам и пристав при берегу Фракии. Здесь, под Айгоспотамоєм, Лисандр заскочил афінців во время, когда гарнизоны исправились в глубину края искать средств пропитания, без труда разгромил врага и забрал 160 кораблей. Пленников, в числе 3000, суровый спартанец приказал наказать смертью за то, что афинские воины жестоко обращались с пленными спартанами. Теперь Афины не имели уже никакой силы на море. На зазив Лисандра один город за другим выступало с Аттічного союза и становилось по стороне Спарты. Дольше верным Афинам остался Самос. За это афинские сборы предоставили его жителям право афинского гражданства.

Спартанские военные силы теперь начали осаждать сами Афины. С севера от Декелеї ударил король Агис, от Істма - Павсаний, от моря - Лисандр. Но заядлые афінні не хотели поддаваться. На народных собраниях прошла постановление, что смертью накажут того, кто будет дораджувати мир. Только тогда, когда уже иссякли средства пропитания, афінні решились на переговоры. Они проявили готовность заключить союз со Спартой, если им оставят «длинные стены» и Пирей. Но спартанские эфоры не приняли посольства - им именно зависело на том, чтобы разрушить афинские ч фортификации. Наиболее рьяно выступали против Афин фиванцы: они жаждали, чтобы город разрушить, грунт заменить на пастбище, а все населен-. ня продать в неволю!..

Окончательно афинцы приняли очень тяжелые условия мира. Обязались разрушить «длинные стены», что лучили город с морем; весь военный флот передали спартанам, оставляя себе только 12 кораблей для обеспечения побережья от пиратов; имели позвать в город всех политических эмигрантов, в основном сторонников союза со Спартой; развязали Морской союз и сами поддались под провод Спарты на море и на суше.

Но могущество Спарты опиралась на слабые основания. Своей победе она способствовала Персии. Без чужой помощи не могла она удержать греческих городов в зависимости. Очень скоро спартанская гегемония начала упадать.

В самой Спарте пришла реакция против Лисандра и его протегованих, - спартанская опінія1 закидывала ему соревнования к тирании и материальную хапчивість, заведение в Спарте золота и чужих обычаев. Лисандра [было] отстранены от управы, а провод занял представитель консерватистів Павсаний.

Эти внутренние спартанские недоразумение добавили отваги врагам Спарты. В Афинах в 403 г. древний вождь флота Фрасібул вызвал ворохобню против ЗО тиранов, прогнал их и вернул там демократическую управу. Афинский демос проявлял снова давнее рвение и начал смотреть еще более подозрительно на всех, чем прежде, устраняя тех, кто чем-нибудь угрожали демократическому порядку. Так, в 399 г. афинский суд осудил на смерть великого философа Сократа под упреком, что его наука подрывала афинские обычаи и основы государственной жизни.

Движение, вражеский Спарте, восставал в разных окрестностях. Чтобы відзискати себе влияния, Спарта рішилася поднять панеллінський клич войны с персами. В Персидском государстве пришло тогда к внутренним розрухів, участие в которых принимали также греки. Королевич Кир выступал также против своего брата Артаксеркса и в помощь взял себе 10000 греческих наемных войск. Под Кунаксою, в Вавилонии, греческое войско победило, но сам Кир пал в 401 г. Поворот греческой армии описал один из вождей - Ксенофонт в сочинении «Анабазис» («Поворот»). Спарта думала использовать анархию в Персидском государству. ее вождь Агесилаи начал войну на побережьях Малой Азии (396 г.) и занял некоторые города. Но в развитии войны помешали Спарте Афины. Конон, древний афинский вождь, находившийся в Персии, добыл для своей родины персидский подмогу, организовал флот и под Кнідом (394 г.) уничтожил спартанские силы. Спарта от того времени потеряла влияние на море, зато Афины начали возвращаться к своему давнему положения и заново взялись организовывать свой Морской союз.

Снова началась война во всей Греции, на море и на суше, борьба дикая и безоглядная, что уничтожала и разрушала все государства. Чтобы спасать свой престиж и влияние, Спарта прибегла к посредничеству Персии. П посол Анфалкід наклонил короля Артаксеркса провозгласить всеобщий мир - т. н. королевский мир (386 p.). Королевская грамота выглядела так: «Царь Артаксеркс считает справедливым, чтобы азиатские города и острова Клазомен и Кипр принадлежали к нему, а другие эллинские города, малые и большие, он оставляет их собственной управе, за выемкой Лемноса, Імбросу и Скироса, что, как было раньше, должны принадлежать к афінців. Кто того мира не примет, того я буду бороться вместе с теми, кто мою политику принимает, - на суше и на море, кораблями и деньгами».

Из этого мира воспользовались больше всего греческие города в Малой Азии. Они хоть и достались под власть Персии, но имели уверен спокойствие и безопасность и могли развиваться материально. Греческая торговля проникала в глубину Азии, а за ней шли греческая культура и еллінізація. Хоть с ограниченной самоуправою, греческие города жили в благополучии и высоком культурном уровне жизни, - об этом свидетельствуют богатые останки искусства, что остались с того времени. На греческом суше мир не удержался, - здесь не было гаранта, что мог бы мирную политику реализовать и всем накинути1.

Гегемония Фив. Спарта хотела использовать мир на то, чтобы до своего союза (симмахІЇ) втянуть все государства на суше. К этой цели шла безоглядно, навязывая всем племенам силой свою волю. В 382 г. спартанская залога обсадили также замок Кадмею в Фивах. Но это дало начало к возрождению и новой организации Фиванской государства. Фиванские патриоты, что спрятались в соседних городах, под руководством Пелопіда составили заговор, хитростью, перебранные за ловцов, ворвались в замок, вырезали спартанів и вернули городу свободу. На началах демократической конституции Фивы теперь начали быстро развиваться. В проводе государства на первом месте стояли Пелопід - выдающийся полководец и политик - таЕпамінонд - идеолог и моральный проводник гражданства. Вскоре вславилося фіванське войско своим военным духом и новой тактикой. Фиванцы вставлялись в бою в т. наз. «с к и с н ы й л а д», в котором левое крыло было сильнее, как правое. Эту реформу [было] проведены том, что обычно в бою правое крыло выдвигалось скорее вперед и скорее встречалось с врагом; теперь сильное левое крыло могло лучше выступить против наступлению врага. Фиванцы имели также хорошую конницу, и она підпомагала пехоте в вирішальнім боя.

Спартани, обеспокоены ростом Фив, созвали к Спарты конгресс греческих государств (в 371 г.), на котором потребовали, чтобы Фивы решили союз, который имели с другими городами Беотии, ибо такая организация угрожала миру. На это Ецамінонд в страстной речи указал на то, что Спарта не думает уволить со своего союза періойків, которым также полагается свобода. Это был вызов к войне. Спартанские войска вошли в Беотию, и под Левктрами в 371 г. пришло к встрече обеих армий. Здесь Епамінонд впервые употребил новый «косой строй» и ненадійним1 ударом левого крыла разбил спартанскую скамью. На поле боя легли 400 спартанів аристократических родов и король Клеомброт. Впервые в истории Эллады славная спартанская пехота нашла более сильного соперника.

Теперь фиванцы имели открытую дорогу на Пелопоннес. Зимой 370 г. Епамінонд повел свое войско на Спарту. Не пришлось ему получить столицу - спартани защищали ее упорно, даже илотов попали в войска, обещая им свободу за верную службу. Но Епамінонд в другой способ ослабил силу Спарты. Вошел в связи с подбитыми періойками и союзниками Спарты и помог им построить укрепленные замки - Мессене в Мессінії и Мегалополь в Аркадии. Таким образом Спарта потеряла власть на ближайших землях.

По этой победе фиванцы начали строить свое государство. Пелопід пошел походом на север и получил часть Фессалии и Македонии. Македонский король Птолемей должен был отдать до Фив молодого своего родственника Филиппа как заложника. Енамінонд начал творить фиванский флот и с его помощью пытался получить для Фив влияния на море. Он навязывал также связи с Персией. Фивы готовились взять в свои руки руководство в Элладе.

Но через недолгое время не стало Фіванській государству ее талантливых вождей. Пелопід в 364 г. пал в бою в Фессалии. Енамінонд еще раз исправился на Пелопоннес в 362 p., чтобы дать помощь своим союзникам - Мессінії, Аркадии и Арголиде. Во встрече под Мантінеєю Епамінонд снова употребил клиновой строй и разбил спартанскую фалангу, но получил рану в бою и вскоре умер. Победа осталась не решена. «Обе стороны поставили трофеи победы, обе уверяли, что победили, хотя показалось, что ни одна, ни вторая не получили терна ни власти, не увеличили число своих городов, не приобрели ничего больше, как имели перед боем. Ни по одной стороне не было преимущества, наоборот - еще большее смятение воцарилось в Элладе», - повествует историк Ксено-фонт. Со смертью Епамінонда упала гегемония Фив.

Відродини и упадок Афин. Из упадка Спарты воспользовались не только Фивы, но и Афины. Демократическая управа старалась отстроить город. Заново построены длинные стены, которые были залогом независимости Афин. Конон по победе над спартанским флотом под Кнідом добыл от персов подмогу в 50 талантов для своего города. Это была большая сумма для обедневших афінців, и через короткое время они обновили свой флот. Фрасібул исправился в поход на море, доплыл до Геллеспонта и отысткал для Афин древние колонии. При повороте посетил различные острова, повсюду возвращал демократическую управу и присоединял их к согласию с Афинами. В конце 377 г. Афины основали новый Морской союз. Уладжено его на других основах, как бывший. Во главе Союза стоял синедрион-совет, в который входили репрезентанты всех общин,-только афинцы не имели здесь представителя. Только с разрешения совета Афины могли начинать войну и принимать новых членов; не свободно было им удерживать на территории союзников никаких залогов, ни закладывать колонии. Членскую вкладку звали «синтаксис» (удел), а не «форос» (дань), как раньше, и высоту ее Афины определяли совместно с советом, но распоряжались ею чиновники Союза. Итак, Афины не господствовали уже над Союзом, а только могли пользоваться его помощью. Этой организации не хватало теперь той силы и инициативы, которой отличался старый Союз, поэтому она и не сыграла важной роли в жизни Греции. С помощью Союза афинцы возобновили борьбу со Спартой и в 376 г. разбили вполне спартанский флот под Наксосом и уничтожили побережья Пелопоннеса. Позже Афины обратились против Персии, получили Самое и другие острова и некоторые города над Геллеспонтом. Но персы организовали сдачу своих союзников, и афинцы потеряли свои достижения. Афинская держава не имела той моральной силы, что в давние времена, и ее широкие планы и соревнования упали во первых успешных начинаниях.

Книга: Всемирная история / Крипьякевич

СОДЕРЖАНИЕ

1. Всемирная история / Крипьякевич
2. Начала и могущество Египта
3. Упадок Египта
4. Устройство и хозяйство Египта
5. Египетская культура
6. Месопотамия
7. Западная Азия и Иран
8. Индия и Восточная Азия
9. Эллада. Начала греческой истории
10. Греческие государства
11. Персидские войны
12. Афинское государство
13. Пелопоннесская война и упадок Греции
14. Македонский государство
15. Быт и искусство Греции
16. Литература и наука
17. Истоки римского государства
18. Завоевание Галлии
19. Война с Карфагеном
20. Завоевание Востока
21. Аграрные реформы
22. Марий и Сулла
23. Упадок Республики
24. Юлий Цезарь
25. Октавиан Август
26. Золотой век Цісарства
27. Упадок Римского государства
28. Хозяйство и культура Рима
29. Восточная Европа в древние времена

На предыдущую