lybs.ru
Если человек - царь природы, то звери - за республику. / Владимир Голобородько


Книга: Всемирная история / Крипьякевич


Аграрные реформы

Шляхта и рыцари. От времени, когда [булої закончено борьбу плебеев с патрициями в Риме наступила гражданская равенство. Род и происхождение не играли уже большой роли. Древние благородные роды утратили свое влияние. Из старых пао-риційських семей к III в. перед Хр. дотривало еле 20. Зато непрестанно росло число выдающихся плебейських родов, особенно от времени, когда различные итальянские города и народы получили право римского гражданства.

И хотя римляне перед законом все были равны, в действительности делились на различные классы. Основой разниц было имущество, особенно землевладения и капитал.

Наверху социальной лестницы стояла шляхта (нобілес). К шляхте относились те семьи, члены или предки которых держали самые высокие государственные правительства: консулов, цензоров, преторов и др. Эти правительства были бесплатные, и иметь их могли только состоятельные люди. Зато по прошествии управления такой шляхтич доставал заряд1 провинции" как проконсул, пропретор или иной чиновник и там мог доробитися имущества. В Италии могущество шляхты опиралась на земельные вотчины, отчасти древние, спадщинні, отчасти - новозакуплені. Эти благородные «латифундии» росли в основном за счет крестьянства и распространялись все больше. Римская аристократия создавала замкнутый класс и неохотно допускала в свою среду новых членов. Редко когда талантливый человек из общественных низов входила как «новый человек» (homo novus) между старую шляхту. В таких «новых людей» принадлежали, например, Катон Старший, Марий, Цицерон. Важнейшей привилегией нобилей в государстве было то, что среди них выбирали самых высоких чиновников. Ибо хоть не было такого закона, чтобы нешляхтич не мог дойти до правительства, но фактически шляхта своими воздействиями проводила все выборы. Шляхта имела также в своих руках сенат, ибо в сенат входили бывшие чиновники - нобили, а потому она фактически рядила Римской государством. Нобили старались и назверх отличаться от остального населения. Они имели привилегию носить золотой перстень, одевались в тунику с красной обшивкой, удерживали дома восковые маски предков и выступали с ними во время похоронів. их дети носили тоги, украшенные вышивкой.

Среди шляхты на первом месте стоял сенатор-

Рииська бронзовая вазаський состояние, к которому принадлежали сами члены сенату. сенаторам не было свободно вести торговлю и денежные операции, зато они имели провод в государстве. Это было то состояние, на котором от древних времен опиралось все государственное жизни Рима. Увеличить границы государства, дать Риму могущество и власть над всем миром - это было главное соревнование, что его сенаторская слой передавала своим членам из поколения в поколение. Сенаторских сыновей уже с детства готовили к государственной службе и публичных обязанностей. Ребят воспитывали строго, под неограниченной родительской властью, приучая их к послушанию и суровой жизни. От 17-го года жизни юноша служил в армии, в коннице, переходил ступень за ступенью, от самого низкого до самого высокого, знакомился с ориентацией войска, тактикой, стратегией, воспитываясь на ответственного старшину. Одновременно принимал участие в гражданской жизни, прислушивался к совещаний народных собраний и сената, познавал потребности государства и в приписаній очереди занимал государственные правительства. Эта замкнутая прослойка, недоступная для чужих людей, воспитывала в своем кругу лучших римских политиков и государственных деятелей. Только в более поздние времена сенат переменился на эгоистичную клику, что забросила всякие высшие соревнования и заботилась лишь о пользе для своих членов.

Вторым мощным слоем был т. н. рыцарский состояние (equites - всадники) - самые богатые граждане, которых было приписано к 18 центурий конницы, или до первого усадебного класса. Они отбывали военную службу в коннице, имея собственных или доставленных государством лошадей. Эта служба считалась почеснішу, чем в пехоте, и давала некоторые привилегии, например, большую зарплату и высшие военные ранги. В более поздние времена эта гражданская конница потеряла военное значение, поскольку ее место заняли конные контингенты покоренных народов. Римские всадники выступали уже только в маніфестаційних военных походах, во время больших праздников или триумфов. Зато класс конницы добыл себе политическую роль из-за того, что в ней организовался класс богачей-капиталистов.

Этот слой развилась во время великих римских завоеваний. Благодаря расширению территории государства и связям с чужими странами развилась на большую степень римская торговля, и много людей доробилося крупных имений. Золото, сначала мало известно в Риме, начало громоздиться в необычных количествах в руках капиталистов. Дальнейшие войны увеличивали это богатство. Новые финансисты давали ссуды на ведение войны, помогали амбициозным людям в политической карьере, поставляли припасы для войска, вели торг военной добычей, - одним словом, делали на войне золотые интересы. Так же и во времена мира вели государственные предприятия, строили дороги, ставили святилища и другие постройки, зарабатывая на том большие суми. их средства росли больше всего в провинциях. Римское государство, как знаем, не организовал своей провинциях-альной администрации, а всякого рода финансовые доходы отдавала в государство публиканам, то есть капиталистам. Это были огромные интересы, которые давали предпринимателям баснословные выгоды. Из-за того, что некоторые люди не были в силе выполнить эти большие задачи, создавались группе «налоговые общества», что собирали частные капиталы, орудовали ими и добытый выгоду делили между сообщниками. Таким образом создавалась новая прослойка, к которой принадлежали всякие предприниматели, доставке', промышленники, купцы, банкиры, финансисты и др. Чем больше становились их имения и доходы, тем суцільніше лучилися они в один класс. Название их осталась давняя - «рыцарей», хоть с рыцарством они не имели ничего общего. От других классов они отличались тем, что носили туники с узкой красной обшивкой.

В первые времена Рима эта прослойка имела главное значение и своими усилиями построила государство. Сначала крестьяне были зажиточными людьми, имели по несколько десятков моргів2 почвы, большие стада скота и жили в благополучии. В те времена не было еще сильно указанных социальных различий, не витворилися еще ни барский состояние, ни мещанство, и крестьяне были правдивой основой государства. По великих войнах Ш и П веков до Хр. отношения значительно изменились. Крестьянский состояние двигав на себе все тяготы военных походов. Во всех экспедициях на Сицилию и другие острова, в Испании, Македонии, Африки и на Восток главный контингент войска творили итальянские крестьяне. Много их полегло на разных побойовищах, другие остались добровольно в чужих странах и домой не возвращались. Еще больше уничтожил крестьян борьба с Ганнибалом. Карфагенські войска находились в Италии на протяжении полутора десятков лет и неустанно уничтожали крестьянские усадьбы: Ганнибал, разрушая крестьян, сознательно пытался подорвать основы римской государственности. В годах 220 до 204 до Хр. число римских граждан уменьшилось на 55 тысяч, то есть на 20% всего населения.

Через это тяжелое крестьянское хозяйство пошатнулось вполне. Крестьянские земли лежали відлохом по несколько лет, а когда их владелец возвращался с военного похода, уже не имел ни силы, ни возможности их заново управлять. Очень часто землю заворачивали соседи, и нелегко было добыть обратно свою собственность. В те времена вообще земледелие оплачивалось все хуже, особенно в малых хозяйствах. Шляхта на своих латифундиях производила дешевле хлеб, потому что имела бесплатных рабочих-невольников, и на больших пространствах могла вести рациональную хозяйку. Крестьянин, которого военные походы все отрывали от земли, не мог никак загосподаритися. К тому же итальянском хліборобству большую конкуренцию делало чужостороннє хлеба, который привозили массово с Сицилии, Сардинии и Африки. Оно было дешевле и забивало римскую продукцию. Много управних земель заменили тогда на пастбища, чтобы как-будь их использовать, потому что кормление скота оплачивалась лучше.

В таких отношениях римское крестьянство стало упадать все более. Знеохочений хозяин бросал свою землю или продавал ее соседу и переселялся на другое место. Бывало и такое, что мужик продавал землю господину и становился у него наемным работником^ Не раз крестьянин шел добровольно в армию, считая вояцкий хлеб полезнее, чем тяжелую управу пашни. Массово выезжали крестьяне в провинции, где можно было добыть за бесценок землю и легко доробитися имущества. Много разрушенных крестьян переходило в Рим, чтобы в большом городе добыть себе какое-то пропитание.

Рим рос тогда в все больше город - со строчной латинской дома становился медленно столицей мира. Взыскивалось к нему населения со всех сторон: купцы, ремесленники и промышленники, рабочие и зарібники, выслуженные воины, чужосторонні пришельцы, а всего - здекласовані крестьяне. Эта разнородная масса искала труда при городских предприятиях и стройках, при верстатах1 и робітнях, на дворах богатых господ, при работах в пригородных садах и огородах, также в римском порту и на кораблях. Эту городскую бедноту называли пролетариатом (от «пролес» - потомство). Городской пролетариат имел значение из-за того, что было в нем много людей, которым прислугу-валы гражданские права. Кто имел такое право, мог участвовать в народном собрании и становиться на службу политических партий. Граждане из дальних окраин не появлялись на эти собрания, и все важные дела решала городская толпа. Могучие вожди партий старались присоединить себе симпатии пролетариата систематической избирательной коррупцией, раздавая народу бесплатно хлеб и уладжуючи цирковые представления. «Хлеба и забав!» («Panem et circenses!») - это был лозунг, кермувало здеморалізованими массами бедного городского населения.

Реформы Тнберія Гракха. Римское гражданство розпало ся на две враждебные себе группы: с одной стороны стояли щляхт" и богачи, с другой - обнищавший народ. Это неравенство постоянно обострялась и грозила тяжелым конфликтами. Эту опасность замечали дальнозоркие римские политики и очень волновались будущим Римского государства. Славный победитель Карфагена Публий Корнелий Сципион Эмилиан считал положение безвыходным и предсказывал упадок Рима. Рассказывали о нем, что он как цензор приказывал молитвы не за распространение пределов государства, а за ее существование. Но ни он, ни его современники не решались на никакие изменения в фатальнім устройстве гражданства.

С планом великих реформ выступил только Тиберий Семп-роній Гракх, по матери внук Сципиона Африканского. Он принадлежал к одной из самых аристократических семей, сам был богатым гражданином, но считал за необходимость поднять экономическое состояние народа, чтобы предохранить государство перед социальной революцией. Когда он возвращался из Испании в Рим и переезжал через Италию, то увидел, что вся страна стала похожа на человека и что место римлян всюду занимают варварские невольники. Тогда он начал изучать крестьянскую дело и составил свой план аграрных реформ.

Римская держава имела много своих земель, т. наз. «публічної1 пашни», которую получила от завоеванных народов. На части этих земель [были] осажденные римские колонны - города И села, жители которых творили военные гарнизоны среди покоренного населения. Эта земля становилась собственностью поселенцев. Но остались большие пространства, незужитковані колониями, и эти земли давали в державу2 различным гражданам по условному чиншем в натуре, а именно: десятиной из хлеба и пятой частью овощей. Кто употреблял земли в пастбища, то платил оплаты от скота. Наибольшее количество земли забрали богачи, ибо они имели возможность вести в крупных размерах земледелие и скотоводство с помощью невольников. Мелкие крестьяне принимали также порой в государство «публичную пашню», но теряли ее позже, так же, как собственную родину, на вещь шляхетских латифундий. Эти видержавлені вотчины оставались в руках тех же руководителей на протяжении долгих лет, не раз целых столетий, так что я утратил память о том, это земля публичная или частная. Властители переставали платить чинши государству и считали себя правними владельцами. На это землевладение опиралась вся мощь римской шляхты.

Но от времени, когда было отмечено упадок крестьян, появились проекты, чтобы эти шляхетские владения ограничить. Уже в 367 г. до Хр. был принят т. н. право Лициния и Секстия, что ограничивало государство публичной земли до 500 моргов. Более поздние исследователи считают, что этот закон был принят позже, после войны с Ганнибалом. Тиберий Гракх, избранный народным трибуном в 133 г. до Хр., решился это право обновить, отобрать из рук шляхты публичную пашню и наделить ею безземельных крестьян.

В горячих словах он представил народному собранию судьбу крестьян: «Дикие звери в Италии имеют свои норы, ямы и логовища, но люди, которые сражаются и умирают за Италию, не имеют ничего, кроме воздуха и света. Со своими женщинами и детьми они блуждают без защиты и без крыши над головой. Когда полководцы в боях поощряют воинов, чтобы вели борьбу в обороне домашних жертвенников и могил предков, они говорят неправду: из всех римлян никто не имеет ни домашнего алтаря, ни гробниц предков! Они воюют в обороне богатства и роскоши других людей; называются господами мира, а не имеют ни ломтя земли в собственность!»

Тип выдающегося римлянина

Тиберий изменил древнее право настолько, что господам, которые имели по два сына, позволил задержать по 1000 моргов публичной земли, и то на собственность, но решительно добивался, чтобы остальное разделить между крестьянами. Но шляхта выступила против проекта. «Собирались общинами, кричали и доказывали бедолагам, сколько труда давно в эту землю вложили, как ее обсеивали и застроили; другие указывали, какую цену платить суси-

дам за вотчины, что их теперь с той землей должны потерять; покликувалися на могилы предков в земле и что ее получили в наследство по родителях, или добыли в приданое за женщинами, или что дочкам на приданое отдали». Оказался весь эгоизм шляхты, что не хотела избавляться от своих имений.

Сенат как представительство нобилей решился не допустить до реформы и присоединил себе второго трибуна Марка Октавия, чтобы тот выступил против Гракха. Октавий, что сам имел В государстве публичную землю, заявил свое «veto» против реформ. Но Гракх решился на борьбу. Он обратился к народному собранию с требованием, чтобы в Октавия отобрать трибунський Правительство, как во врага народа. Собрание приняло это внесение, и один из освобожденных невольников взыскал Октавия с трибуны. Тогда [было] принято законопроект и избрана комиссия из трех («триумвиров»), должна была провести разделение почв. В нее вошли Тиберий, его брат Гай и Аппий Клавдий.

Тиберий старался стать трибуном и на следующий год, чтобы провести дальнейшие реформы. Но шляхта решила не допустить его до правительства. На заседании сената один из сенаторов - Сципион Назіка - назвал Тиберия тираном и призвал консула, чтобы спасал республику. Когда же консул заявил, что не будет начинать домашней войны, Назіка крикнул: «Когда консул предает республику, то кто хочет защищать права, пусть идет за мной». Толпа сенаторов с кусками поломанных скамеек бросилась на улицу в народную толпу. Все с опаской начали убегать. Тиберия кто-то схватил его за тогу, и он в самой тунике бросился к бегству. По пути кто-то ударил его ногой от скамьи, он упал, и тут его добили. Полегло тогда до 300 его единомышленников, избитых кругами и камнями. Тела Тиберия не разрешено [было] похоронить, а с другими трупами кинено его до Тибра.

Реформы Гая Гракха. Хоть нобили лишились Тиберия Грак-ха, все [они] не смели нарушить аграрные законы, принятые по его инициативе. Комиссия триумвиров осталась и проводила разделение земель, хотя встречала много преград от нынешних руководителей.

Десять лет по смерти Тиберия новые реформы начал его брат Гай Гракх. Он был очень талантливым человеком и ставил далеко более широкие планы перестройки Римского государства, чем старший брат. Как окончательную цель он поставил себе устранить провод шляхты и государственную власть передать народу. Аграрная реформа была только путем к этой главной цели. При том он был очень удобным и осторожным политиком, а своими пламенными речами сумел добыть себе расположение народа.

Гай старался прежде всего присоединить себе городское население. Крестьянство, рассеянное в краю, далеком от Рима, не играло уже большей роли на собрании и голосования решал конечно городской пролетариат. Гай провел на собрании решение, что нищие граждане должны получать хлеб по сниженным ценам на средства государственной казны. Этот закон отдал в его руки городскую толпу.

Одновременно Гай старался добыть себе помощь могущественных капиталистов - еквітів. На его вожделения народные собрания приняли т.н. Судебный закон, которым суды в делах надужить-в провинциях были отобраны от сенаторов, а переданы члейам рыцарского сословия. Этим он подорвал авторитет сената и одновременно приклонил к себе еквітів, что могли помочь ему и своими деньгами, и влияниями.

Благодаря тем законам Гай имел обеспечены на народных собраниях голоса и капиталистов и пролетариата, и на том опер свои воздействия. «Когда народ принял эти права, - пишет Плутарх, -Гай снискал себе почти монархическую владу.так что и сенат ему подлежал». Он сполна использовал свои трибунські права, так что своим «veto» мог устранять всякие распорядки чиновников и на прихильнихііому народном собрании мог проводить всякие законы. Без помехи во второй раз стал трибуном, потому что уже никто не отваживался выступать против него.

Тогда Гай начал выполнять свой главный гхлан - перестройки Римского государства и гражданства. Его инициатива шла в разных направлениях. Так, он переорганізував разделение граждан на центурии, устраняя сенаторов из центурий конницы. Провел новый закон о военной службе, наложил на государство обязанность доставлять воинам одежда, запретил принимать в армию молодежь ниже 17 лет. Урегулировал разделение провинций между консулами. Зреформував способ державлення публичных даней. Начал постройку новых дорог. Начал осаждать новые колонии, как в Италии, так и в провинциях. Распространил аграрные законы Тиберия. Все принятые законы сам вводил в жизнь, сам все^ ухаживал и всем управлял. «Хотя имел столько больших трудов, не* знать было на нем усталости, все выполнял с необычной скорістю и роботящістю, так что даже те, которые ненавидели его и его боялись, удивлялись его талантов, с которыми он все выполнял и все викінчував» (Плутарх).

Все реформы Гая вели к тому, чтобы поднять экономически народную массу, добыть ей труд, связать ее с землей, заверить справедливость и уважение к праву, образовать новое гражданство на здоровых основах. Гай задумывал также распространить право гражданства на «союзников», а именно тех италиков, что уже фактически были римлянами. Этим он хотел усугубить средний крестьянский состояние, что мог бы заступить эгоистичную шляхту и взять в свои руки руководство государства. Но эта реформа встретила уже сопротивление на народных собраниях. Тогдашний консул Гай Фанній в своей речи сказал: «думаете Ли вы, что тогда, как союзники получат право гражданства, для вас еще останется место на собрании или игрищах и праздниках? Или не понимаете, что они заберут у вас все?» Римская толпа защищала свои древние права!

Всевластье Гая Гракха тронула против него недоверчивую республиканскую видение. Когда он уехал в Карфаген, чтобы там лично уладити новые колонии, его противники организовали против него оппозицию. Второй трибун Ливий Друз в согласии с сенатом выступил против реформ Гая и внес свои конкурентные законы о создании новых крестьянских жилищ. Гай вернулся из Африки, имея в виду получить третий трибунат, но ненадежный народ отвернулся от него. На собрании пришло к вооруженной борьбе, и сенат завел выемочный стан1 в Риме. Гай спрятался со своими сторонниками на Авентині, но против него [было] выслано войско и начало осаду. С трудом вырвался он оттуда и пробовал убежать за Тибр. Но когда увидел, что его преследуют враги, приказал верному невольнику себя убить. Тогда начался погром его сторонников убиты их до 3000, тела их потоплено в Тибре, имущество сконфісковано, а женщинам не разрешено носить траура... На месте, где разыгралась домашняя борьба, сенат, словно в насмешку, приказал построить святыню богини Согласия.

Последствия реформ Гракхов. Вследствие победы шляхты реформы Гая Гракха упали. Прежде всего было снесено аграрный закон. Постановлением по 119 г. решено, что государственная земля, что была в руках частных державцев, переходит в их собственность. Таким образом, шляхта закрепила за собой все те публичные земли, что их Гракхи хотели передать народу. Крестьянство немного воспользовалось надела почв. Сначала обязывала постановление, земель, добытых силой аграрных законов, не свободно никому продавать; крестьяне имели обязанность загосподарити их и не покидать своих жилищ. Казалось, что этим крестьянство придет к благополучию и станет сильным слоем. Но в действительности показалось, что крестьян уже нельзя было спасти от упадка. Новые поселенцы из городского пролетариата отвыкли уже от земледелия, не умели себе

Речь идет о чрезвычайном положении.

В конце концов земледелие не выплат чувалося1, потому что цены на зерно были очень низкие. В 121 г. отменили запрет продавать почвы, и тогда крестьяне быстро начали избавляться от своих наделов, продавая их нобілям. Так шляхетское землевладение возросло еще больше.

Упали также широкие колонизационные проекты, с которыми выступал Гай Гракх. Только в некоторых окрестностях [были] образованы колонии, предназначенные для римских поселенцев, например, в Нарбо в Заальпійській Галлии. Потом уже никто этот очень важным делом не занимался. Но сенату не повелось И отменить действительно вредные законы Гая о раздаче хлеба в городах и о судах еквітів. Бесплатная раздача хлеба стало привилегией римского пролетариата, которого уже нельзя было устранить, потому что в Риме пришло бы к революции. Этот вредный обычай поддерживали различные амбициозные деятели, что благодаря ему добывали себе расположение народа для личных целей. Этот «збіжжовий закон» в значительной степени подорвал также аграрные И реформы, потому что жители сел двигались к городу, имея надежду найти И здесь более легкие условия жизни, чем на пашне. С другой стороны, еквіти задержали за собой права судей-привилегия, что позволял им укрывать злоупотребления, которых допускались в провинциях.

Среди борьбы за реформы Гракхов в Риме сконсолидировались две политические партии защитников старого строя и сторонников перемен. Первую партию звали оптиматами (от «оптимус» - лучший), то есть аристократией, - туда принадлежала шляхта, а орудием партии был сенат; вторая партия, демократическая, звалась популярами и имела свою опору в селянстві и пролетариате. Рыцарский состояние переходил раз в одну сторону, раз - на вторую. Социальные соревнования еквітів часто шли теми же путями, что и нобилей. Но из-за того, что шляхта не хотела допустить еквітів к власти, они были принуждены идти рука в руку с популярами. Однако не раз радикализм масс пугал их, и они готовы на компромисс с сенатом.

Книга: Всемирная история / Крипьякевич

СОДЕРЖАНИЕ

1. Всемирная история / Крипьякевич
2. Начала и могущество Египта
3. Упадок Египта
4. Устройство и хозяйство Египта
5. Египетская культура
6. Месопотамия
7. Западная Азия и Иран
8. Индия и Восточная Азия
9. Эллада. Начала греческой истории
10. Греческие государства
11. Персидские войны
12. Афинское государство
13. Пелопоннесская война и упадок Греции
14. Македонский государство
15. Быт и искусство Греции
16. Литература и наука
17. Истоки римского государства
18. Завоевание Галлии
19. Война с Карфагеном
20. Завоевание Востока
21. Аграрные реформы
22. Марий и Сулла
23. Упадок Республики
24. Юлий Цезарь
25. Октавиан Август
26. Золотой век Цісарства
27. Упадок Римского государства
28. Хозяйство и культура Рима
29. Восточная Европа в древние времена

На предыдущую