lybs.ru
Земля не ад, люди не прокляты, и радости не грех, а Божий дар. / Леся Украинка


Книга: Хосе Ортега-и-Гасет Дегуманизация искусства Перевод Оксаны Товстенко


Хосе Ортега-и-Гасет Дегуманизация искусства Перевод Оксаны Товстенко

© Ortega y Gasset

© О.Товстенко (перевод с испанского), 1994

Источник: Ортега-и-Гасет, Х. Избранные произведения. К.: Основы, 1994. 424 с. - С.: 238-272.

Сканирование и корректура: Aerius, SK (), 2004

Содержание

Непопулярность нового искусства

Художественное искусство

Немного феноменологии

Первые замечания о человеческую предвзятость искусства

Приглашение к пониманию

Еще о человеческую предвзятость искусства

"Табу" и метафора

Ультрареалізм и інфрареалізм

Резкий поворот в эстетическом процессе

Іконоборництво

Негативное влияние прошлого

Искусство, обреченное на иронию

Безрезультатность искусства

Итог

Примечания

Non creda donna

Berta e ser Martino...

Данте. Божественная комедия. Рай (XIII, 139)(1)

НЕПОПУЛЯРНОСТЬ НОВОГО ИСКУССТВА

Среди многих гениальных, хотя и недостаточно развитых идей гениального француза Гюйо, нельзя обойти вниманием его намерение изучать искусство с социологической точки зрения. На первый взгляд такой подход может показаться непродуктивным. Рассматривать искусство с точки зрения его социальных последствий - это все равно, что делать выводы о редьку за гудиною или изучать человека по его тени. Социальные эффекты искусства на первый взгляд настолько случайные, столь отдаленные от его эстетической сущности, непонятно, каким образом, начиная именно с них, мы можем проникнуть во внутреннюю суть стилей. Гюйо, несомненно, не развил свой гениальная догадка. Его короткая жизнь и трагический влечение к смерти не позволили прояснить свою идею и отличить видимые причины от скрытых, хотя можно настаивать на том, что последние более существенные. Можно сказать, что из его книги «Искусство с социологической точки зрения» существует только название, все остальное еще нужно написать.

Плодотворность социологии искусства открылась мне неожиданно, когда несколько лет назад довелось писать о новой эпохе в музыке, которая начинается с Дебюссї. Я стремился с предельной выразительностью определить различие стилей новой и традиционной музыки. Проблема была чисто эстетической, однако я столкнулся с тем, что кратчайший путь ее изучения начинался с социологического факта: непопулярности новой музыки.

Сейчас мне хотелось бы поговорить более обще о все виды искусства, которые до сих пор существуют в Европе. Это касается новой музыки, живописи нового, новой поэзии и нового театра. То, что каждая историческая эпоха предстает как некое компактное целое в самых разнообразных своих проявлениях, кажется действительно странным и загадочным. То [238] именно вдохновение, тот самый биологический ритм пульсирует в различных видах искусства. Именно о том не ведая, молодой музыкант стремится звуками реализовать те же эстетические ценности, что и его коллеги-современники - живописец, поэт, драматург. И такая идентичность художественного содержания должна была неизбежно привести к идентичным социологических последствий. И действительно, непопулярность современной музыки совпадает с непопулярностью всех других муз. Все молодое искусство непопулярно не случайно и эпизодически, а вполне закономерно.

Можно было бы сказать, что каждый новонароджуваний стиль проходит через стадию карантина. Вспомним битву вокруг «Эрнани» и другие столкновения, связанные с появлением романтизма. Но, без сомнения, непопулярность нового искусства - другого сорта. Необходимо различать то, что еще не стало популярным, и то, что всегда было непопулярным. Новый стиль требует некоторого времени, чтобы завоевать популярность широких масс; он не популярен, однако не «антипопулярний». Прорыв романтизма, на который часто ссылаются, как социологическое явление прямо противоположное современной ситуации в искусстве. Романтизм очень быстро завоевал «народ», для которого старое классическое искусство всегда было чужим. Врагом, с которым должен был бороться романтизм, была только отборное меньшинство, крепко привязана к застывших архаических форм «древнего стиля» в поэзии. Именно произведения романтиков первыми после изобретения книгопечатания достигли больших тиражей. Романтизм стал преимущественно популярным стилем. До этого первенца демократии массы относились чрезвычайно благосклонно.

Новому искусству, наоборот, массы будут всегда противостоять. Оно непопулярное по сути, более того, оно антипопулярне. Любое его произведение автоматически производит довольно интересный социологический влияние на публику. Он делит ее на две группы: одну, очень маленькую, составляет небольшое количество сторонников; другую, большую,- вражеская большинство. (Не берем во внимание такую сомнительную группу, как снобы). Итак, произведение искусства выступает как социальный агент, образуя две антагонистические группы из бесформенной массы толпы, разграничивая массу на две разные касты.

По каким же распределительному принципу образуются эти касты? Каждое произведение искусства вызывает найрозбіжніші мнения: кому-то он нравится, кому - то-нет; кому [239] - меньше, кому - то-больше. Но это расхождение несущественное, поскольку не является принципиальной. Только случайная приверженность нашего нрава определяет, на чью сторону мы станем. Но если речь идет о новое искусство, разграничение происходит на уровне гораздо более глубоком, чем индивидуальный вкус. Дело не в том, что большинству не нравится молодое искусство, а меньшинства - нравится. Дело в том, что большинство массы не понимают его. Старые театралы, которые смотрели «Эрнани», очень хорошо понимали пьесу Виктора Гюго и именно потому, что они ее понимали, этот спектакль им не нравилась. Отдано придерживаясь определенных эстетических норм, они чувствовали отвращение к новых художественных ценностей, которую им предлагал романтик.

По моему мнению, характерной чертой нового искусства «с социологической точки зрения» является то, что оно разделяет публику на два класса: тех, кто его понимает, и тех, кто не понимает. Это означает, что одна группа наделена органом понимание, наличие которого отрицается в другой,- то есть перед нами две разновидности человеческой натуры. Новое искусство, очевидно, предназначено не для всех, как романтизм - оно обращено к особо одаренному меньшинству. Отсюда то раздражение, которое она вызывает у масс. Когда произведение искусства человеку не нравится, но понятно, она чувствует свое превосходство по нему и не имеет оснований возмущаться. Но когда неприязнь, которую вызывает художественное произведение, является результатом неспособности его понять, то человек чувствует себя униженным, и это смутное ощущение неполноценности должно быть компенсировано возмущением как самозащитой. Одним только своим присутствием искусство молодых заставляет рядового буржуа почувствовать свою заурядность, неспособную понять таинство искусства, слепую и глухую к чистой красоты. Однако сказывается столетнее преклонение перед массами и апофеозом «народа». Привыкшие к превосходству во всем, массы чувствуют себя пораженными в своих «человеческих правах» новым искусством - искусством привилегированным, искусством изящных чувств и инстинктивного аристократизма. Массы сопротивляются новым музам, где бы они не появились.

Вот уже почти полтораста лет массы претендуют на то, что только они составляют общество. Социологический эффект музыки Стравинского или драмы Пиранделло заключается в том, что они заставляют народ увидеть [240] в себе «просто народ» - один из компонентов общественной структуры, инертную материю исторического процесса, вториннний фактор духовной жизни. С другой стороны, молодое искусство помогает лучше увидеть себя и подобных себе среди однообразной толпы, постичь свою миссию немногих, которые должны противостоять большинству.

Уже недалек тот час, когда все общество, от политиков до художников, реорганизуется за двумя рангами: выдающиеся и обычные люди. Все проблемы Европы пройдут, и она исцелится в этом новом и спасительном раздоре. Беспорядочное, бесформенное, безликое положение без дисциплины и социальной структуры, в котором Европа существовала в течение последних 150 лет, не может продолжаться дальше. За фасадом всей современной жизни кроется досадная и глубокая несправедливость - ошибочное предположение относительно действительной разности людей. Каждый наш шаг среди людей, что заканчивается болезненным столкновением, с очевидностью демонстрирует обратное.

Если бы этот вопрос обсуждался в сфере политики, страсти были бы настолько взбудоражены, что никто никого не понял. К счастью, упомянутая целостность духа в историческую эпоху (о которой выше шла речь) позволяет вполне определенно увидеть в новом искусстве наших дней те же симптомы и сигналы к переоценке морали, и в политике, где их затмевают низменные страсти.

Сказал-потому евангелист: «Не будьте как конь, как тот ил, неразумные». Массы сопротивляются и не понимают. Попробуем наоборот: извлечь из современного искусства его основной принцип, и тогда увидим, в каком именно значении оно непопулярное.

Книга: Хосе Ортега-и-Гасет Дегуманизация искусства Перевод Оксаны Товстенко

СОДЕРЖАНИЕ

1. Хосе Ортега-и-Гасет Дегуманизация искусства Перевод Оксаны Товстенко
2. ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ИСКУССТВО Если новое искусство не для каждого...
3. НЕМНОГО ФЕНОМЕНОЛОГИИ Умирает выдающийся человек. У постели -...
4. ПЕРВЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ О человеческую предвзятость ИСКУССТВА С удивительной...
5. ПРИГЛАШЕНИЕ К ПОНИМАНИЮ Сердцевину произведений искусства, которым...
6. «ТАБУ» И МЕТАФОРА Метафора является, пожалуй, одной из...
7. РЕЗКИЙ ПОВОРОТ В ЭСТЕТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ Утверждаясь в...
8. ІКОНОБОРНИЦТВО Можно без преувеличения утверждать, что...
9. ИСКУССТВО, ОБРЕЧЕННОЕ НА ИРОНИЮ Выше уже шла речь о том,...
10. ИТОГ Изида багатоіменна, Изида - богиня с десятью...

На предыдущую