lybs.ru
На кладбище расстрелянных иллюзий уже нет места для могил. / Василий Симоненко


Книга: Гете Иоганн Вольфганг. ФАУСТ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


Ф а у с т

Провести вас до дома?

М а р г а р и т а

И мама же... Прощай!

Ф а у с т

Ты говоришь, чтобы я шел?

Прощай!

М а р т а

A dieu!

М а р г а р и т а

Мы стрінемося вновь.

Фауст и Мефистофель выходят.

М а р г а р и т а

Боже мой, что за человек!

Он думал, думал целый век,

А я же - дурнісіньке девчонка,

Лишь слушаю, как он ведет.

О Гретхен, Гретхен, бедная ты,

И что он мог в тебе найти?

ЛЕС И ПЕЩЕРА

Ф а у с т

(сам)

Высокий духа, дал мне ты все ,

Все, чего я просил. Недаром

Мне явил ты лик свой пломенистий.

Природу странную дал мне в удел ,

Дал силу - почувать, зажить ее,

Не подивлять холодным созерцателем,

А глубоко в недрах таинственные,

Словно в сердце друга, заглянуть.

Ты показал всю множество животвору,

Научил меня видят своих братьев

В воде, в воздухе, в тихом роще .

Когда в бору ревет-бушует буря

И падает стовбур'я могучих сосен,

Ломая и тлумлячи соседей, -

Вплоть хряскотом одгримує од гор,

Ведешь меня ты в уют пещеры

И показываешь мне меня самого -

Какие чудеса таятся у меня в груди.

А как засияет месяц-билозир -

Лелеют в блеске лагідним вокруг,

На глыбах скал и в ветвях влажной,

Времен древних фигуры серебристые, -

И мягче пал суровый созерцания.

Ох, для людей ничто не совершенно,

Уже вижу я. Ты дал мне в этом счастье,

Что до богов меня все ближе сносит,

Спутника, ставшего уже необходимым,

Хоть он дерзко и холодно снижает

Меня в моих глазах и вращает

Одним словцом твои дары ун'івець.

Раздувает во мне он ярый пламень

К видива прекрасного .

Я рвусь от жажды наслаждения,

И в наслаждении я жажду жажды.

М е ф и с т о ф е л ь

(приходит)

И кто-таки забавно так живет?

Скоро уже тебе это все обридне!

Раз попробовать - оно еще догідне,

А там розшукуй что-то новое.

Ф а у с т

Ты вновь завзявсь нагнать нуду?

Или больше ничего делает?

М е ф и с т о ф е л ь

Ну, ну, не буду, не буду,

Потому что ты лад'ен уже бучу збить.

Резкую, тяжелую, капризную имеешь нрав.

Расстанемся - то немного потеряю.

Кручусь-верчусь для тебя день при дне,

А что тебе в строй, ни -

Того тебе по носу не увижу.

Ф а у с т

Ты что же, за все злые выходки

От меня и дьяки еще бы хотел?

М е ф и с т о ф е л ь

А как, нищий сын земли,

Без меня бы ты и животов?

Или же от воображения злой фоне

Я не исцелил твоих чувств?

Если бы не я, ты вообще

Уже в безвестность был бы полетел!

Чего же тут, в тесном пещерной щілі

Сидишь, как филин на могиле?

Забивсь в промозглую мшедь, у скал ослизлу плесень,

И, словно лягушка, сосешь что-то оттуда...

Аж смех берет от этих химер.

Нет, доктор еще в тебе не умер.

Ф а у с т

Знаешь ли ты, какую силу живущу

Почувствовал я здесь, зайдя в дикую пущу?

Если бы ты только мог поймут,

То ты мне, как черт, позавидовал бы, пожалуй.

М е ф и с т о ф е л ь

Розк'оші неземные, божисті! -

Лежат ночью где-то на скале росистой,

И землю, и небо яро обнимать,

Себя к Богу гордо поднимать,

До недр земли пустит чувств корни,

Вместит в себе всех шести дней творения,

Удовольствиями неизвестными упиться,

В любовнім восторге в природе всей розлиться,

Земных избавившись тяжестей,

И весь небесный этот порыв

(делает похабный жест)

Вот этим, простите, завершится.

Ф а у с т

Чтоб тебя!

М е ф и с т о ф е л ь

Не по вкусу то чудо?

Бодайкаєш ты слишком застенчиво!

От того вянут все невинные уши,

К чему стремятся все невинные души.

Я не хотел тебе запретить

Себя самого время обмануть, -

И у тебя выдержки не группа.

Я вижу, ты вот-вот схибнешся

И вновь знеобачки сорвешься

В жахних марінь безумный коллектив.

Брось это все! А там твоя любимая

Где-то сохнет-вянет от нуди,

Все выглядит милодана,

Что полюбила навсегда...

Любовью прежде так яросно бурлив ты,

Как бистрень весной, во время таяния снегов.

Любовь ей в сердце перелив ты,

И струя твой ізмеженів.

Чем здесь лесным царем бродить

По диких дебрях наугад,

Возвращайся то девчонка-бідня

За всю любовь наградить.

Помалу-малу идет ей день;

Стоит у окна, зорить в неба муть,

Где тучи хмурые плывут над стеной...

„Почему я не птичка?” - ей только и песен

И день, и ночь, и ночь, и день...

То звеселіє, то мрачнеет вновь,

То ударится в плач,

То будто утихнет... ишь ты,

Какая там любовь!

Ф а у с т

Змея! Змея!

М е ф и с т о ф е л ь

(к себе)

Таки тебя поймаю я!

Ф а у с т

Не искушай, не говори

И раны в сердце не ятры!

Не розпаляй в душе безумной похоти

К яровой, нетронутой плоти.

М е ф и с т о ф е л ь

Она гада, что ты ее забыл уже...

Тебе же, кажется, байдуж'е.

Ф а у с т

И вдали я всего близок ей буду,

Ее вовек не брошу, не забуду.

Я завидую и на распятого Христа,

Когда его тронут ее уста.

М е ф и с т о ф е л ь

Бывает и мне, что аж поджилки трясутся

До сарн-близнецов, между лилий пасутся .

Ф а у с т

Вон, звіднику!

М е ф и с т о ф е л ь

Ну лайсь, пусть и так; про меня!

Создав парня и девку, Бог

Вместе тут же свел обоих,

Чтобы наполнили священное призвание.

Тяжелая беда мне с тобой!

И я к милой покой,

А не на смерть тебя веду.

Ф а у с т

Что за небесный рай - ее объятия!

Пусть она меня в них горячо примет!

Или же я забыл ее беду?

Или же не слонялся я бобылем бездомным,

Недолюдком без просвета и цели,

Как будто водопад, что в лете карколомнім

Шумит в зівущу хлань с жахної высоты...

А вот она - в невиновности дитинній

На тихом альпийском лужку

Жила себе в своей хате,

Как в маласенькім свет.

И я, богомерзенний,

На том не перестал,

Что огромнейшие скалы

Вдребезги разбивал!

Я еще и ее жизнь разбил вызывающе!

Ты, ад, этой жертвы требовало!

Эй, чорте, помоги это время тревоги убавит!

Что должно быть, пусть сбудется взапой,

Пусть судьба ее упадет и меня раздавит,

Пусть погибнем раз'ом!

М е ф и с т о ф е л ь

Вновь закипел, в огонь метнувсь!

Иди, дурак, любку потішай!

В тупик председателем ткнувсь

И думает: всем конец!

Храбрым будь, смотри ширш!

Ты чертом уже помазався хуже!

Нигде ничего гидшого не знаю,

Как черт, что знизивсь до отчаяния.

КОМНАТА ГРЕТХЕН

Г р э т х е н

(одна за прялкой)

На сердце сожалению,

Мой покой исчез

И уже не возвратится

Век, век.

Где его нет -

Могильная тьма,

И белый свет -

Увядший цветок.

В головушке

Журба тяжелая,

На думоньці

Печаль горькая.

На сердце сожалению,

Мой покой исчез

И уже не возвратится

Век, век.

Я выгляжу

Его в окно,

Я дожидаю

Его давно.

Ой когда бы пришел,

Хорош, ласк'ав,

Пронял глазами,

Словом заиграл,

Улыбкой

Очаровал,

Пожал руку,

Поцеловал!

На сердце сожалению,

Мой покой исчез

И уже не возвратится

Век, век...

К нему рвется

Душа моя,

Его обнять

Жажду я,

И целовать,

И любо мліть,

В его цілунках

И смерть встретить.

САД МАРТЫ

Марґарита и Фауст.

М а р г а р и т а

Пообещай же, Генрих!

Ф а у с т

Все, мой друг!

М а р г а р и т а

Скажи, как с религией ты?

Ты сердцем полным доброты,

А вот к вере языков равнодушен.

Ф а у с т

Оставь, дитя!

Крепкая моя любовь;

Кого люблю - пролью за того кровь,

А верить не бороню никому.

М а р г а р и т а

Нет, надо верить и самому.

Ф а у с т

Надо же?

М а р г а р и т а

Ох, чтобы я на тебя влияет!

Ты же не уважаешь и святых даров!

Ф а у с т

Уважаю.

М а р г а р и т а

А принимать не принимаешь.

На службе, исповеди никогда не бываешь.

Ты веришь в Бога?

Ф а у с т

А возможность

Кому-то сказать:

„Я верю в Бога”?

Или ты у священника спроси,

Или в мудреца о том - считай,

Их ответ - как насмешку.

М а р г а р и т а

То ты не веришь?

Ф а у с т

Мой ангел, не в ту ты меру міриш.

Кто бы мог назвать его

И так признать его:

„Я верю в него”?

Не відчуть его

И відметнуть его:

„Не верю в него”?

Всеобіймитель

И вседержитель,

Разве не обнимает, не держит он

Тебя, меня, себя?

Разве над нами не свод неба?

Разве под нами не земная твердь?

Разве нам не сияют

Приветливо звезды вечные?

Разве же я не смотрю тебе в глаза?

Разве же все это не пройма

Твой ум и сердце,

Не веет в вечной тайны

Незримо и зримо вокруг тебя?

Наполни же им все сердце, аж до краев,

И если в этом чувстве испытываешь счастье ты,

То зови его, как хочешь:

Любовь! Блаженство! Сердце! Бог!

А я имя не знаю

Ему! Чутье - то все ;

Имя - то звук и дым,

Что пал небесный сповива.

М а р г а р и т а

Втішаєш ты меня всем тем;

Священник говорит то же; слова

Он только другие пр.

Ф а у с т

Ты обойди все миры, -

Это говорят все от сердца полноты,

И каждому свойственна своя речь;

Почему и мне своего не принять слова?

М а р г а р и т а

Послушаешь, то и хорошо говоришь ты,

А все же тревога обнимает,

Потому что в тебе Христа нет.

Ф а у с т

Деточка!

М а р г а р и т а

Горе мне тяжкое,

Что ты попал в такое общество.

Ф а у с т

Какое?

М а р г а р и т а

Того, что ходишь всегда с ним,

Ненавижу я всем нутром своим;

Такого не было еще никогда;

Увижу - аж в сердце колит,

Тот человек страшный какой-то.

Ф а у с т

Люба куколки, не бойся!

М а р г а р и т а

Его присутствие кровь стен'а.

Я всем зичлива и приветливая;

Тебя хочу видит - жду не діждуся,

Того же мужчину душой боюсь,

Да еще и кажется, что он мошенник!

Как я неправа, Боже, не наказывай!

Ф а у с т

Есть же и такие чудаки на свете.

М а р г а р и т а

С таким я бы не хотела жить?

Как только он заходит сюда -

Посмотрит так насмешливо всегда

И языков со злом;

Знать, что ему чуждо все кругом;

У него написано на лбу,

Что ему никто не в уподобі.

Мне с тобой здесь в тишине

Так легко, свободно на душе,

В его же присутствии меня словно что стиска...

Ф а у с т

(к себе)

Моя віщунко ты слух!

М а р г а р и т а

Вплоть самовладу я теряю,

Как он к нам свой вид гадкий появить.

Кажется, что и тебя уже не люблю,

Молиться при нем не могу даже...

Аж сердце сохнет в печали;

Так, видимо, Генрих, и тебе?

Ф а у с т

То просто антипатия.

М а р г а р и т а

Я должен идти.

Ф а у с т

Когда уже я смогу

Приобрестись с тобой вдвоем, мой свет,

С грудью грудь, с душой душу слить?

М а р г а р и т а

Если бы я спала сама,

То сю ночь я бы двери не запирала.

Так мать же - языков не спит - дріма,

И, если б нас она застала,

То я бы и с места уже не встала!

Ф а у с т

Ничего, сердце, то зря.

На бутылочку! Лишь три капли

Подлый в питье; это сразу повлияет,

Ей сон глубокий принесет.

М а р г а р и т а

Для тебя я пойду на все.

А это ей порой не помешает?

Ф а у с т

Разве я могу плохо что-то советует?

М а р г а р и т а

О дорогой, я так тебя люблю,

Что воленьку во всем твою вволю;

Для тебя я такого уже сделала,

Что более сделает, кажется, и невозможно.

(Выходит).

М е ф и с т о ф е л ь

(входит)

Вот обезьяна! Уже пошла?

Ф а у с т

Ты опять здесь шпионил?

М е ф и с т о ф е л ь

Так, все, кажется, разобрал:

Вас, доктор, учили катехизі,

И вы радовались с тех благочестивых упражнений.

Девушки то читают, как по книге, -

Кто верит в Бога искренне и горячо,

Тот и от них, гадают, не убежит.

Ф а у с т

То ты не видишь, хищный звіре,

Что верная, искренняя и душа,

Святой полная веры,

Которую счи

Единственным счастьем, - так она болеет,

Что ближний постичь спасения не сумеет.

М е ф и с т о ф е л ь

Эх ты, жених надземно-земной!

Водит за нос тебя девчонка.

Ф а у с т

Ты, ада вибрудок ничтожный!

М е ф и с т о ф е л ь

Физиономии же она неплохо изуча .

То жуткая ей всегда мое присутствие?

Сквозь эту маску увидела она

Моего ума скрытую мощь;

Для нее - гений я, а может, и сатана.

Так сю ночь...

Ф а у с т

Что тебе до того?

М е ф и с т о ф е л ь

И я же утешение имею с этого.

ВОЗЛЕ КОЛОДЦА

Ґрет хен и Лизхен с кувшинами.

Л и с х э н

О Бербельхен ты слышала что-то?

Г р э т х е н

Нет, я редко хожу в люди.

Л и с х э н

Сегодня слышала я от Труды,

Что ей до трудностей уже пришлось,

Той гордячці!

Г р э т х е н

Как?

Л и с х э н

Уже что-то в ней есть!

Теперь на двух и ест, и пьет.

Г р э т х е н

Ах!

Л и с х э н

Вот тебе и дожартувалась.

На шею парню клеилась!

С ним она и на шишки,

С ним и на танцюлі,

Хотела везде перед вести;

Пирожком, вином ее вгости;

Гордилась своей красоты,

Стыда и стеснения не имела,

Дары от него принимал.

А он льстил ее, ласкал,

Пока без венка пустил.

Г р э т х е н

Сердешная!

Л и с х является н

Сожаления по киселя!

Мы все, было, при кужелю,

Мать не выпустит ночью, -

Она же воркует, стоя

В садике с ласкавчиком своим, -

И ночка не змигнеться им.

Теперь иди на покрытие,

На публичное раскаяние .

Г р э т х е н

Он, наверное, женится на ней.

Л и с х является н

Дураков нет! И он же зух -

Еще найдет сто таких красух;

Уже відкинувсь.

Г р э т х е н

Обманул!

Л и с х является н

А хоть бы славу и покров,

Ребята сорвут с нее венца.

А мы ей - сечки под воротца .

(Пошла).

Г р э т х е н

(сама, возвращаясь домой)

Как смело я когда-то судила,

Как девушка которая зблудила!

Как я словами грех донимала,

Что и слов то было маловато!

Как я его, было, чорню

И бедную покритку виню.

Которая была во мне спесь!

И вот - сама не без греха.

И все, что в грех меня ввело,

Ох Боже, дорогое и милое было!

ВОЗЛЕ ГОРОДСКОЙ СТЕНЫ

В нише стены статуя Mater dolorosa , перед ней кувшины с цветами.

Гретхен стромляє свежие цветки в кувшины.

Г р э т х е н

О Дева,

Взгляни милостиво,

За грех мой Бога вмилосердь!

Мечом пробита,

Сожалением увита,

Ты зриш Святого Сына смерть.

Отца ты зовеш

И вздохи шлешь ты

К небу, скорби полная доверху.

Кто знает,

Как терзает

Это сердце боль трудный?

Как душа моя страдает,

Чем дрожит, чего жаждет -

Видно лишь Тебе одной!

То бы куда пошла я -

Тягостная, тяжелая, тяжкая

На серденьку печаль!

То одна сижу я -

Тоскую, тоскую, тоскую я,

Терзает душу сожалению.

Оросила я ции цветы

Росой, ах! слез моих,

Когда я рано утром

Для Тебя рвала их.

Как лучи веселые

Заиграли сквозь окно,

Рыдая, в постели

Сидела я давно.

Спаси! Одринь позор и смерть!

О Дева,

Взгляни милостиво,

За меня Бога вмилосердь!

НОЧЬ

Улица, возле дверей Гретхен.

В а л е н т и н

(солдат, брат Гретхен)

Когда, бывало, на кутежи

Товарищи мои пьяные

Начнут хвалить и величать

Своих любимых девушек,

Попивая вразвалочку, чтобы и хвала

Еще крепче была, -

Сижу я втихаря в углу

И чвань ту слушаю грімку,

А там всміхнусь, розгладжу ус

И, взяв полную, было, озвусь:

„Ну что же, всякому свое!

И где в края девушка есть,

Чтобы Ґретці-сестрицы уровня была,

Чтобы ей водицы подать могла?” -

Динь-брязь! Динь-брязь! Бряжчать рюмки,

Вплоть гук встанет: „Правда его!

Она - украшение девства всего!” -

И поніміють все хвастун.

Теперь до чего же пришлось!

Дерись на стену, рви волосы!

Всякая дрянь шпильки пускает,

Кивает, моргает, плечами пожимает,

И на каждый выпад, каждый з'акив

Молчи и пеки, словно вор, раков!

Хоть их всех побью на р'ам'я,

А все же лжи им не доставлю я.

Это кто же идет? Еще и украдкой...

Их двое, сомнения нет.

Когда это он, тот шалопай,

То я ему сделаю капут!

Фауст, Мефистофель.

Ф а у с т

Так, как там, в часовне, за окном

Проблескивают лампадка неугасимая,

А дальше еле-еле блима,

И тьма сгущается кругом, -

И у меня в сердце стемнело.

М е ф и с т о ф е л ь

А то у меня ноет тело,

Словно у кота, что по ступеням,

По водосточным трубам крадется на крышу;

А на душе уже так целомудренно...

Воровато и похотливо...

То уже по жилам жбуха, бьет

Огонь Вальпуржиної ночи ,

Что послезавтра наступает, -

Тогда и до сна равнодушные глаза.

Ф а у с т

А клад тогда поднимется мне,

Что он мельтешит в глубине?

М е ф и с т о ф е л ь

Да, ты обрадуешься - не сказать;

Казанок вынырнет пузатый:

Я как-то заглянул сверху -

Какие там хорошие талеры!

Ф а у с т

А там нет каких окрас

Для любой моей козочки?

М е ф и с т о ф е л ь

Почему же, я видел там как раз

Великолепных жемчугов три ряда.

Ф а у с т

Ок! Не хочется мне

Идти к ней с пустыми руками.

М е ф и с т о ф е л ь

Чего же на себя пенять,

Как можно и даром попробовать?

Вот звезды наполнили всю неба глубину,

Нам можно браться за дело.

Я ей морального утну,

Чтобы ей поскорее захотелось.

(Поет, приграючи на цитре).

Катюша, почему

Стоишь смерком

Под окном

У парня, что ты любишь?

Гляди, гляди,

Не иди туда,

Побійсь беды -

Венчика там потеряешь.

Ему нипочем;

Сведет с ума -

Лишайсь сама,

Заломлюй белые ручки!

Кохать - люби,

А разум имей,

Не потакай,

Пока не даст обручальные кольца!

В а л е н т и н

(выступает)

Кого ты надиш? Сакрамент!

Розпроклятущии щуролове !

Строщу я полностью твой инструмент,

То же будет вмент и певцу!

М е ф и с т о ф е л ь

Готова цитра, бросай в грязь.

В а л е н т и н

А сейчас череп только хрясь!

М е ф и с т о ф е л ь

(Фауста)

Ну, доктор, явы отваги!

Смелее! Я же вот рядом стою!

Вынимай скорей из ножен шпагу!

Когда! Штирхай! Я отобью.

В а л е н т и н

Ну-ка отбей!

М е ф и с т о ф е л ь

А почему и нет!

В а л е н т и н

Еще!

М е ф и с т о ф е л ь

Давай!

В а л е н т и н

Сам черт на его стороне!

Это что же такое? Языков руку одняло...

М е ф и с т о ф е л ь

(Фауста)

Когда!

В а л е н т и н

(падая)

Ой-ой!

М е ф и с т о ф е л ь

Вот и готов, дурло!

Теперь тікаймо отсюда пріч!

Ты же слышишь, уже подняли шум.

Полиция бы со мной не соревновалась,

А уголовный суд - это другое дело .

Пошли.

М а р т а

(в окне)

Сюда! Сюда!

Г р э т х е н

(в окне)

Огня! Огня!

М а р т а

Спасайте, завели резню!

Н а р о д

Убит вот один!

М а р т а

(исходя)

А убийцы же где? Бежали куда?

Г р э т х е н

(выбегая)

Кто это?

Н а р о д

Это сын матери твоей.

Г р э т х е н

Всевышний! Пощады!

В а л е н т и н

Умираю! Скоро произнесет,

Сделает - еще скорее.

Бабы, покиньте скулит-вить

И слушайте прилежнее!

Все обступают его.

Ты, Ґретонько, еще молодая,

Ума в тебе искать шкод'а, -

Ты идешь не туда...

Что делаешь, надо доделают:

Когда уже из тебя вышла...

То хоть на всю блуди!

Г р э т х е н

Ой брат! Боже! Ты же позоришь...

В а л е н т и н

Да ты хоть Бога уже оставь.

Что случилось - не расстанется,

Что должно быть - случится.

С одним ты втихаря впала в грех,

А там и трое будет их,

А дойдет до двенадцати -

Со всем городом будешь знаться ты.

Как только родишь позор,

Ее прячет бабка,

Ночной темноты габа

Ей покрывает глаза и уши.

Ее не поздно и приспать еще,

И вот она растет, ра

И ходит голая запроста,

Хоть ей от того и не лучше.

И чем гидкіш ее лицо,

Тем более ей нужно это.

Уже скоро, скоро придет время,

Когда все честные люди у нас

От тебя, лярво, отшатнутся,

Как от проказы, віджахнуться.

Как в глаза будешь им глядеть

После такой страмоти?

Тебе кольца не одеть,

К алтарю не подойти

И не кружить более в танце

В красивом платье-мережанці...

Заб'єшся в темный угол навеки

Среди нищие, калеки,

И как Бог простит грехи твои, -

Будь проклята ты на земле!

М а р т а

И не гневи кощунством неба!

Самому каяться надо!

В а л е н т и н

Если бы я мог, я бы задушил

Тебя здесь, звіднице мерзкая,

И, видимо, в Бога бы заслужил

На веки вечные отпущения грехов после!

Г р э т х е н

Ой муки ярости! Брат мой!

В а л е н т и н

Замовч, говорю, ридать не смей.

Это же стыд твой мне на казнь

Нанес смертельный удар.

К тебе, Вышний Судия,

Иду честным солдатом я.

(Умирает).

СОБОР

Служба Божья. Органы и певчая. Гретхен среди толпы народа.

Позади нее 3лий дух.

С л ы й д у х

Не так бывало, Гретхен,

Когда еще невинна

Ты шла к алтарю,

С потрепанной книжечки

Молитвы лебеділа

И игра детская,

И Бог в сердце!

Гретхен!

Где у тебя голова?

Какая вина

У тебя на душе?

Ты молишься за душу матери,

Тобой усыпленную для долгих-долгих мучений?

У тебя на пороге кровь чья?

А у тебя под сердцем

Что там шевелится,

Ляка и тебя, и себя

Зловещим присутствием?

Г р э т х е н

Горе! Горе!

Когда бы избавиться от мыслей,

Тут и там, и там и здесь

Меня гнітуть!

Х о р

Dies irae, dies illa

Solvet saeclum in favilla.

Играет орган.

С л ы й д у х

То неба гнев!

Труба гремит!

Гробы трясутся!

Твоя душа

Из сна смерти

Для мук огненних

Опять вокресла -

Дрожит!

Г р э т х е н

Как бы убежать!

Орг'ани те мне

Дух забивают,

То пение мне

Словно сердце терзает!

Х о р

Judex ergo cum sedebit,

Quidguild latet, adparebit,

Nil inultum remanebit.

Г р э т х е н

Как томно здесь...

Тяжелые колонны

Меня теснят!

Свод Давит! - Воздух!

С л ы й д у х

Сховайсь! Гріх'а и позора

Не спрячешь.

Воздух? Света?

Горе тебе!

Х о р

Quid sum miser tunc dicturus,

Quem patronum rogaturus,

Cum vix justus sit securus?

С л ы й д у х

Лицо от тебя

Одвертають святые,

Тебе подать руку

Страшно праведным!

Горе!

Х о р

Quid ssum miser tunc dicturus?

Г р э т х е н

Сусидко! Ваш флакон!

(Падает в обморок).

ВАЛЬПУРЖИНА НОЧЬ

Горы Гарц. Окрестности сел Шірке и Еленд .

Фауст и Мефистофель

М е ф и с т о ф е л ь

Тебе, наверное, пригодилось бы мітлисько?

Мне бы вот дебелого цапка!

Потому что, знаешь, мы до цели еще не близко.

Ф а у с т

Нет, ноги еще крепкие, и идти не очень скользко,

То будет с меня и палки.

Какая польза проехать напрямик?

Нет, лучше идти по излучинах долины,

На отвесные переться стромовини,

Что с них вниз динамики падают ручьи -

Какие утехи скрасят нам тропы!

Посмотри, в березах завеснило,

Одмолоділа и сосна;

Неужели весна не войдет в наше тело?

М е ф и с т о ф е л ь

И что весна и навесной!

У меня в теле зимнім-холодно;

Я бы по снегу с охотой носивсь.

А тут еще и на небе будто дымно;

Красный месяц весь обгородивсь,

Едва мигает; не успеешь и ступить, -

На дерево или скалу налетиш!

Или огонька блудного нам позвать ?

С ним видніш и веселіш.

Эй, малый! Иди, пройдись с нами!

Чего там блудиш окольными путями?

Чем так горіть, нам вверх присвіти!

Б л у д н ы й в о ч н и к

Надеюсь, что вам в угоду

Сумею я здолать свою природу:

Зигзагами я привык всегда идти.

М е ф и с т о ф е л ь

Ты что же, человека обезьянничать?

Во имя черта должен идти,

А нет - работай тебя задму!

Б л у д н ы й в о ч н и к

Я вижу - вы хозяин в этом дома,

Готов служит и соображаю осторожности.

И взвесьте, сколько чар сегодня на горе;

Раз вы меня взяли себе в предводители,

То не удивите, как промахнусь дорогу.

Ф а у с т, М е ф и с т о ф е л ь

и Б л у д н ы й в о ч н и к

(поют попеременно)

Мы вступили в обладание

Снов чудесных, тайных чар.

Проведи нас без блудіння

По просторам диких, темных,

Где бродят странные мрева.

За деревьями дерева

Мимо, мимо вдаль несутся,

Книга: Гете Иоганн Вольфганг. ФАУСТ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

СОДЕРЖАНИЕ

1. Гете Иоганн-Вольфганг. ФАУСТ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
2. Твои чувства за эту часть Испытывают больше удовольствия,...
3. Б р а н д е р И со страху среды дня ...
4. Сегодня зводж'у до ее комнаты. Ф а у с т...
5. Ф а у с т Провести вас до дома?...
6. Утесы корчатся и гнутся; Вон бескети носатые...
7. Они ту старую сказочку До меня приложили. Ф...
8. Дух, что только творится - поэт, который не имеет "собственного...

На предыдущую