lybs.ru
И напрасный труд может быть титаническим. / Данил Рудый


Книга: Жорж Сименон Мегрэ и старая дама Перевод Николая Мещеряка


Жорж Сименон Мегрэ и старая дама Перевод Николая Мещеряка

© G.Simenon. Maigret et la vieille dame. 1966

© М.Мещеряк (перевод с французского), 1981

Источник: Ж. Сименон. Клуб "100 ключей". К.: Молодежь, 1981. 336 с. - С.: 103-227.

Сканирование и корректура: SK, Aerius (), 2004

Содержание

1. Владелица дачи "Теремок"

2. Жизненный путь Валентіни

3. Арлеттині любовники

4. Тропа в скалах

5. Рассуждения одного господина

6. Розині проблемы

7. Предсказания альманаха

8. Свет в саду

9. Преступление Тэо

1. ВЛАДЕЛИЦА ДАЧИ "ТЕРЕМОК"

Из экспресса Париж - Гавр он сошел на мрачной станции Беоте-Безвілль. Чтобы не опоздать, Мегрэ должен был встать в пять, но так и не поймал такси. Поэтому пришлось ехать до Сен-Лазарского вокзала первым поездом метро. Теперь он должен был сделать пересадку.

- Скажите, пожалуйста, где здесь поезд на Этрета? [108]

Было уже за восьмую, давно рассвело, но с неба сеялась холодная морось, и казалось, что только светает.

На вокзале - ни ресторана, ни буфета, и лишь по ту сторону колеи видніло что-то вроде чайной, возле которой стояли фургоны торговцев товаром.

- На Этрета? Это еще нескоро. Ваш поезд вон там.

Он повел глазами в сторону от платформы, где стояло несколько допотопных вагонов зеленого, теперь уж необычного цвета. Паровоза не было. За стеклами вагонных окон маячили неподвижные силуэты немногочисленных пассажиров, которые, казалось, ждали вечера. Поезд казался каким-то ненастоящим, игрушечным, как на детском рисунке.

Целая семья - определенная вещь, парижане! - сломя голову неслась, перепрыгивая через рельсы, до этого поезда без паровоза. Трое малышей держали в руках сачки на креветок.

Эта картина, собственно, и настроила его на новый лад. На мгновение Мегрэ забыл про свои лета, ему послышался запах моря и даже размеренный шум прибоя, хотя до побережья было по меньшей мере километров двадцать. Комиссар поднял голову и не без уважения взглянул на серые облака, которые, вероятно, плыли оттуда.

Мегре родился и вырос далеко от моря, и для него оно было неотделимо от сачков на креветок, игрушечных поездов, мужчин в шортах, пляжных зонтиков, торговцев ракушками и всякими сувенирами, маленьких кафе, где подаются устрицы с белым вином, семейных пансионатов с их вечным одинаковым, специфическим запахом. Не проходило и недели, как госпожа Мегрэ начинала томиться от безделья, и в эти минуты с удовольствием согласилась бы мыть посуду на кухне.

Комиссар, разумеется, понимал всю странность своих ощущений. И когда он оказывался на берегу моря, ему невольно казалось, что он погружается в ненастоящий, игрушечный мир, где не могло случиться ничего серьезного.

С тех пор как он служил в уголовном розыске, ему не раз приходилось проводить расследование на побережье - здесь происходило не меньше настоящих драм, чем где-либо. И все-таки даже сейчас, цмулячи кальвадос в чайной, он еле сдерживал улыбку на память о старой дамой по имени Валентина и ее пасынка Бессона.

Уже началась осень, и сегодня среда, шестое сентября, а ему так и не пришлось побывать в отпуске. [109]

Накануне, около одиннадцати утра, старый судебный исполнитель зашел в его кабинет в Управлении уголовного розыска и подал визитную карточку в черной рамке, где значилось:

Госпожа вдова Фернана Бессона

Дача «Теремок»

Этрета

- Она хочет видеть меня лично?

- Она настаивает, чтобы вы уделили ей хоть несколько минут. Ради этого она срочно приехала из Этрета.

- Какая она из себя?

- Такая себе старушка госпожа. Симпатичная старушка госпожа.

И действительно, чарівнішої бабушке трудно было представить: хрупкая, аккуратная, с нежным румянцем и белыми как снег волосами, она была такая моложавая и грациозная, что походила скорее на юную актрису в роли старой маркизы, чем на обычную старую госпожу.

- Вы, наверное, меня не знаете, господин комиссар, тем больше я уважаю вашу любезность. Я хорошо вас знаю, потому что уже не первый год слежу за вашими блестящими расследованиями самых жутких преступлений. Надеюсь, вы приедете ко мне, и я вам покажу целую кучу газетных вырезок, где речь идет о вас.

- Спасибо.

- Меня зовут Валентина Бессон. Это имя, видимая вещь, вам ничего не скажет. И вы, вероятно, поймете, что я одна, когда узнаете, что мой муж Фернан Бессон, царство ему небесное,- изобретатель косметического крема «Жюва».

Мегрэ был не юноша, чтобы ве помнить названия «Жюва». Он не раз видел ее в газетах и на рекламных плакатах еще в юности и даже вспомнил, что его мать употребляла крем «Жюва» в те дни, когда надевала праздничное платье.

Пожилая дама, сидевшая перед ним, была одета с изысканной элегантностью, и лишь обилие драгоценностей делал ее туалет чуть старомодным.

- Мой муж умер пять лет назад, и с тех пор я живу сама на своей даче в Этрета. Точнее, в прошлое воскресенье со мной жила еще и прислуга, местная девушка, которая работала у меня несколько лет. Ночью на понедельник, господин комиссар, она умерла - собственно говоря, зрмість меня. Именно поэтому я и приехала к вам просить о помощи.

Говорила она спокойно и лишь тонкой улыбкой словно извинялась, что ей приходится рассказывать о таких грустных вещах.

- Не бойтесь, я не сумасшедшая и не какая-то старая химерниця. Когда я говорю, что Роза - так звали мою служанку - умерла вместо меня, я почти уверена, что не ошибаюсь. Позвольте мне в нескольких словах рассказать о том, что произошло.

- Я слушаю.

- Я плохо сплю и вот уже двадцать лет каждый вечер пью снотворное - препротивну на вкус анисовую настойку. Я говорю об этом почти по-профессиональному - мой муж был фармацевт.

В воскресенье перед сном, как и каждый день, я налила снотворного в стакан. Роза была около меня, когда я уже лежала в кровати и собиралась принимать микстуру; Глотнула - и мне показалось, что в этот раз она гіркіша, чем обычно.

«Я, пожалуй, налила больше, как двенадцать капель, Роза. На сегодня достаточно».

«Спокойной ночи, госпожа»,- сказала она. И, как всегда, вынесла стакан. Я уже не знаю, она из любопытства только попробовала мою микстуру, выпила все до дна. Последнее вероятнее: в ее комнате нашли пустой стакан.

Около двух часов ночи я вдруг проснулась, потому что услышала, как кто-то стонет. Моя дача небольшая. Я встала и, выйдя из спальни, увидела дочь... ее разбудил стон.

- Я думал, что, кроме вас и служанки, на даче никто не живет.

- Да, но в воскресенье третьего сентября был день моего рождения... Дочь приехала из Парижа и осталась на ночь. Не буду отнимать у вас время, господин комиссар. Когда мы зашли к Розин спальни, девушка была при смерти. Дочка побежала позвать врача, и, когда он приехал, Роза уже скончался в страшных судорогах. Доктор Жолли сразу определил, что ее отравлен мышьяком.

Роза была не из тех девушек, которые накладывают на себя руки. К тому же ела она то же, что и мы все. Очевидно, яд был в том снотворному, которое должна была выпить я.

- Вы имеете на кого-то подозрение?

- На кого я могу иметь подозрение? Врач Жолли, давний [111] наш приятель - он когда-то лечил мужа,- позвонил в префектуру, и в понедельник утром из Гавра к нам приехал инспектор.

- Вы знаете его фамилию?

- Инспектор Кастен. Эдакий краснощекий брюнет.

- Яз ним знаком. И что он говорит?

- Ничегошеньки. Опрашивает местных жителей. Труп отвезли до Гавра на вскрытие...

ее перебил телефонный звонок. Мегрэ взял трубку. Звонил директор уголовного розыска.

- Мегре, вы не могли бы зайти на минутку ко мне?

- Сейчас?

- Лучше сейчас.

Он извинился старую даму: вызывает шеф.

- Как вы смотрите на то, чтобы провести несколько дней у моря?

Мегре сам не заметил, как у него вырвалось:

- В Этрета?

- Вам уже все известно?

- Не все. Расскажите подробнее.

- Только что мне позвонили от министра... Вы знаете некоего Шарля Бессона?

- Крем «Жюва»?

- Не совсем так. Это его сын. Шарль Бессон живет в Фекані. В позапрошлом году его избрали депутатом от департамента Нижней Сены.

- А его мать - жительница Этрета?

- Не мать, а мачеха, она вторая жена его отца. Заметьте, что все это я узнал лишь недавно, по телефону. Шарль Бессон обратился к министру с просьбой поручить вам расследовать одно дело в Этрета... Хотя это и не относится к вашим обязанностям.

- В ночь на понедельник на мачушиній даче был отравлен служанку.

- О! Вы читаете нормандские газеты?

- Нет. Старая собственной персоной сидит в моем кабинете.

- И также просит, чтобы вы поехали в Этрета?

- Именно так. Она специально приехала ко мне. Получается ее пасынок обращался к министру без ее ведома?

- Что же вы решили?

- Жду вашего приказа, патроне. [112]

Вот почему в среду около девяти часов утра Мегрэ наконец сел в пригородный, похожий на игрушечный поезд на станции Беоте-Безвілль, и высунулся из окна, чтобы скорее увидеть море.

По мере того как оно приближалось, небо светлело, а когда поезд выскочил из лощине между поросшими травой холмами, оно уже сияло чистой голубизной, и лишь несколько легких прозрачных облаков висело в его глубине.

Накануне Мегрэ позвонил опергруппы Гавра, чтобы там предупредили инспектора Кастена о его приезде, но сейчас на вокзале он тщетно искал его глазами. На перроне весело суетились несколько женщин в летних платьях и полуголые ребятишки. Начальник станции, который нерешительно оглядывал прибывших, подошел наконец к комиссару.

- Это не вы часом будете господин Мегрэ?

- Якобы я.

- Вот вам письмо.

Он передал комиссару конверта. Инспектор Кастен писал:

«Извините, что не встретил Вас. Сейчас я на похоронах в Іпорі. Советую Вам остановиться в отеле «Дез Англе». Надеюсь вернуться туда к обеду и ввести Вас в курс этого дела».

Было только десять часов утра, и Мегрэ, который взял с собой в дорогу лишь небольшой чемоданчик, пешком направился к отелю неподалеку от пляжа.

И, не доходя до отеля, он с чемоданчиком в руке пошел взглянуть на море, полюбоваться на белые скалы вдоль загадочных рисунках, сценах галькой пляжа. Молодые ребята и девушки играли с волнами, другие играли в теннис на гостиничных кортах; мамочки выгодно устроились с плетением в шезлонгах; по набережной неторопливо прохаживались старые супруги.

Еще школьником он помнил, как его сверстники ежегодно возвращались с моря загорелые, полны всевозможных воспоминаний и привозили кучу ракушек. Ему же посчастливилось увидеть море значительно позже, когда он уже сам зарабатывал себе на хлеб. . .

Мегрэ почувствовал легкую грусть от того, что уже не радуется, как раньше, а равнодушно созерцает и ослепительные гребешки волн, и лодки, иногда прятался за высокой волной, и татуированного спасителя, что сидел на веслах.

Запах отеля был такой знакомый, что ему вдруг не хватило госпожа Мегрэ: ведь до сих пор этот запах они вдыхали вместе. [113]

- Вы надолго?

- Еще не знаю.

- Дело в том, что пятнадцатого мы закрываемся, а сегодня уже шестое.

Так, здесь все закроется, как в театре: и киоски с сувенирами, и кондитерские; на окнах спустят жалюзи, только море и чайки будут хозяйничать .на опустевшем пляже.

- Вы знаете госпожа Бессон?

- Валентіну? Конечно, знаю. Она здешняя, дочь рыбака. Я не знал ее малой - она значительно старше меня,- но хорошо помню, как она работала продавщицей в кондитерской сестер Cope. Одна из сестер умерла, вторая еще жива. ей девяносто два года, она соседка Валентіни. Это ее сад огорожено синим забором. Заполните, пожалуйста, карточку для прибывших.

Прочитав анкету, администратор, а может, то был сам хозяин, посмотрел на Мегрэ с нескрываемым любопытством.

- Вы тот самый Мегре из уголовного розыска? Специально ради этого дела приехали из Парижа?

- Инспектор Кастен поселился у вас?

- Как вам сказать... Он с понедельника почти каждый день обедает у нас, но каждый вечер возвращается в Гавр.

- Я жду на него.

- Он на похоронах, в Іпорі.

- Да... Это мне известно.

- Вы думаете, что кто-то действительно хотел отравить Валентіну?

- У меня еще нет определенного мнения относительно этого.

- Это могли сделать только ее родственники.

- Вы имеете в виду ее дочь?

- Я не имею в виду никого в частности. Знаю только, что в минувшее воскресенье в его «Хибарке» было много родственников. И я не представляю, кто бы из здешних имел против нее зуба. Прежде, при жизни мужа, когда она имела деньги, госпожа Валенти-на сделала людям немало добра. И даже теперь она все раздает, хотя сама не такая уж и богатая. Это грязная история, поверьте мне, наше Этрета всегда было спокойным городком. Сюда приезжают люди определенного слоя, в основном семьями, я мог бы назвать вам...

Мегрэ предпочел лучше пройтись залитыми солнцем улочками. На площади перед мэрией он прочитал надпись над белой витриной: «Кондитерская Морен - бывший заведение Cope». [114]

Он спросил у продавца, как пройти к «Хибарки». Ему показали дорогу, зміїлася по склону холма, под которым утопало в садах несколько дач. Комиссар постоял на расстоянии от скрытого за деревьями дома, из трубы которого медленно поднимался дымок и таял в бледной голубизне неба.

Когда Мегрэ вернулся в отель, инспектор Кастен был уже там. Его маленькая черная «семерка» стояла перед входом, а сам он ждал на лестнице.

- Надеюсь, вы хорошо доехали, господин комиссар? Очень жалею, что не смог встретить вас на вокзале. Я решил, что стоит побывать на этом похоронах. Говорят, это именно ваш метод.

- И что же там было?

Они направились вдоль берега.-

- Не знаю, что и сказать. Ничего утешительного. На похоронах была довольно тяжелая атмосфера. Тело девушки привезли из Гавра этого утра, и родители просто со станции отвезли ее грузовой машиной до Іпора. Семья Тро-шю - вы еще услышите эту фамилию. Здесь каждый третий Тро-шю - и почти все рыбаки. Отец долгое время ловил селедку в Фекані, а его двое старших сыновей еще и до сих пор там. Роза была старшая из дочерей - их всего две или три. Одна работает официанткой в Гавре.

В Кастена были густые волосы, низкий лоб; говоря, он так напрягался, как будто пахал землю, впрягатись в плуг.

- Вот уже шесть лет, как я работаю в Гавре и объездил тут все вдоль и поперек. В здешних селах, особенно вблизи старых имений, случаются еще смиренные люди, которые вспоминают, «как это было хорошо за господина». Остальные, напротив, такие, что им лучше палец в рот не клади. Грубые, недоверчивые, злые на удачу.' Не знаю, к какому разряду относятся эти Тропію, но сегодня на похоронах госпожи Бессон встретили холодно, я сказал бы, враждебно.

- Меня только что заверили, что она всеобщая любимица в Этрета.

- Іпор не Этрета. И к тому же Роза, или, как здесь говорят, наша Роза, умерла.

- Итак, старая была на похоронах?

- Конечно - в первом ряду. Кое-кто называет ее помещицей, возможно, потому, что в нее был когда-то имение в Пахотные или Соленые - не знаю точно, где именно. Вы видели ее?

....- Она приезжала ко мне в Париж. [115]

- Она говорила мне, что собирается поехать в Париж, но я не знал, что она ездила к вам. Что вы можете о ней сказать?

- Пока что ничего.

- Она была очень состоятельная. Много лет имела в Париже собственный особняк на авеню Иены, собственный особняк, яхту. А «Теремок» - это просто так, убежище, на всякий случай.

Она приезжала сюда большим лимузином с шофером, а сзади вторая специальная машина везла багаж. В воскресенье каждое ее появление в церкви была сенсацией. Она имела постоянную лавку, в первом ряду, а по отправлении щедро раздавала милостыню. Когда кому приходилось туго, ему конечно советовали: «Обратись к Валентіни». ее и до сих пор иногда так называют - особенно старые.

Этим утром она приехала к Іпора в такси и вышла из машины торжественно, как и в давние времена. Казалось, что именно она руководит церемонией похорон. Разумеется, ее венок затмил все другие.

Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что Трошю были раздражены и поглядывали на нее искоса. Она все-таки поздоровалась со всеми за руку. Старик протянул ей свою, не глядя в глаза. А старший сын Анри просто повернулся к ней спиной.

- Дочь госпожи Бессон была с ней?

- Нет, в понедельник после обеда она вернулась поездом в Париж. Я не имел права ее задерживать. Вы, наверное, заметили, что я не разобрался еще как следует в этом деле. И все-таки я думаю, что ее надо снова допросить.

- Какая она из себя?

- Вылитая мать - если забыть о разнице в возрасте, ей тридцать восемь, но показывает она максимум на двадцать пять. Хрупкая, изящная, хорошенькая, с большими ясными, как у ребенка, глазами. А впрочем, какой-то мужчина - не ее муж провел ночь на понедельник у нее в спальне, в «Хибарке».

- Она сама призналась?

- Нет. Это обнаружил я, но слишком поздно, чтобы спросить у нее о подробностях. Пожалуй, лучше рассказать вам все по порядку. Дело это гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Я тут кое-что записал. Вы позволите?

Он достал из кармана роскошный записную книжку в красном кожаном переплете, совсем не похож на те дешевые блокноты, которыми обычно пользовался Мегре. [116]

- В Гавре нас сообщили в понедельник, в семь утра, а в восемь, придя на работу, я увидел па столе записку. Я сел в машину и примерно в девять был уже здесь. Шарль Бессон приехал на своей машине чуть раньше меня.

- Он живет в Фекані?

- Ага, там у него дом, его семья живет там круглый год. Но с тех пор, как его избрали депутатом, часть времени он проводит в Париже, где снимает номера в гостинице на бульваре Распай. Все воскресенье он провел здесь с семьей, т.е. с женой и четырьмя детьми.

- Ведь он не сын Валентіни?

- В Валентіни нет сыновей, только одна дочь Арлетта... Я вам о ней уже рассказывал. Она замужем с парижским дантистом.

- Муж ее тоже был здесь в воскресенье?

- Нет. Арлетта приезжала сама. Был день рождения ее матери. В их семье, кажется, принято навещать ее в этот день. Когда я спросил у Арлетти, каким поездом она сегодня приехала, она ответила, что утренней, то есть тем же самым, что и вы сегодня, господин комиссар. И сейчас вы убедитесь, что она солгала! В понедельник, как только труп отвезли до Гавра, я сразу же осмотрел все комнаты в доме. Работа не из легких. Дом хоть и небольшой, но обставлен со вкусом, в нем, сила всевозможных закоулков, хрупких мебели и украшений.

Покои Валентіни и служанки - на втором этаже, а на первом есть только комната для гостей. Именно в ней и жила Арлетта. Передвигая тумбочку, я нашел там мужской носовой платок, и мне показалось, что Арлетта, которая следила за мной, вдруг очень встревожилась. Она быстро выхватила у меня платочек из рук.

«И надо же такое! Я взяла с собой мужа платочек!»

К сожалению, я только вечером вспомнил, что на платке было расшитой букву «Е». Арлетта поехала. Я отвез ее на вокзал в своей машине и видел, как она купила билет в кассе.

Сам знаю, что это глупо, и только в машине я вдруг сообразил: почему же, уезжая из Парижа, она не взяла обратного билета - ведь так стоимость проезда была бы на четверть дешевле. Вернувшись в зал ожидания, я начал расспрашивать контроллера. [117]

«Эта дама приехала в воскресенье десятигодинним поездом, не так ли? »

«Госпожа?»

«Та, которую я только что провел. Госпожа Арлетта».

«Нет, месье».

«Разве она не приехала в воскресенье?»

«Возможно, она и приехала в воскресенье, но только не поездом. Я проверял билеты и, разумеется, узнал бы такую кралечку».

Кастен посмотрел на Мегрэ немного обеспокоенно.

- Вы меня слушаете?..

- Или, может, эти подробности для вас лишние?

- Наоборот, я хочу наловчиться.

- К чему именно?

- Ко всему: к вокзалу, к Валентіни, Арлетти, контроллера, Трошю. Ведь вчвра я еще ничего не знал про все это.

- Вернувшись в «Хату», я спросил у старой госпожи фамилия ее зятя. Оказывается, его зовут Жюльсп Сюдр. Ни имя, ни фамилия не начинаются на «Е». Пасынков госпожа Бессон зовут Тео и Шарль. Правда, садовника, который приходит к вилле трижды в неделю, зовут Эдгар, но, по-моему, его не было в воскресенье, а во-вторых, меня заверили, что у него никогда не водилось больших платков с красной каймой.

Не зная, с чего начать расследование, я принялся расспрашивать людей в городе. И таким образом от газетчика узнал, что Арлетта не прибыла поездом, а приехала в роскошном спортивном автомобиле зеленого цвета.

После этого нетрудно было узнать, что владелец машины заранее зарезервировал себе комнату на ночь понедельника в гостинице, где я вам советовал стать.

Его зовут Эрве Пейро. В карточке для прибывших он записался как виноторговец. Живет в Париже на пабе-режній Гран-Огюстен.

- Ночевал он не в гостинице?

- Он просидел в баре, пока не закрыли, то есть почти до полуночи, а потом вместо того чтобы идти спать отправился куда-то пешком... Вроде к морю. Швейцар утверждает, что Пейро вернулся примерно в полтретьего ночи. Я разговаривал с гостиничным чистильщиком обуви и от него узнал, что на каблуках ботинок этого Пейро налипла красная глина. [118]

Во вторник утром, вернувшись в «Хату», я увидел под окном в Арлетти следы на клумбе. Что вы па это скажете?

- Ничего.

- Ну, а насчет Тео Бессона?

- Он тоже был на даче?

- Но не ночью. Как вам известно, братья Бессони - дети от первого брака и Валентина не их мать. Я записал весь родословную семьи и, когда хотите...

- Только не сейчас. Я проголодался.

- Одно слово, Тео Бессон - старый парень, ему сорок восемь лет. Уже две недели, как он отдыхает в Этрета.

- У мачехи.

- Нет. Они не встречаются. Мне кажется, они поссорились. Он снял комнату в гостинице «Белые скалы», его видно отсюда.

- Погодите. Теперь о Шарля Бессона...

Бедняга Кастен вздохнул, уже не надеясь толком все рассказать, тем более, что Мегрэ, казалось, и не слушал его.

- В воскресенье утром Шарль Бессон приехал в одиннадцать часов вместе с женой и четырьмя детьми. У них собственная машина, огромный «панар» старого образца. Арлетта прибыла раньше них. Они все вместе позавтракали в «Хибарке». Затем Шарль Бессон пошел на пляж со старшими детьми - пятнадцатилетним сыном и двенадцатилетней дочерью. А женщины остались поболтать.

- Он встретил своего брата?

- Именно так. Мне кажется, что Шарль Бессон отправился на эту прогулку, чтобы выпить стаканчик в баре казино. Говорят, он из тех, кто не чурается рюмки. Там он и встретил Тэо - до сих пор он не знал, что тот тоже в Этрета. Шарль настоял, чтобы Тео шел с ним к «Хибарки», Тэо в конце концов дал себя уговорить. Поэтому во время обеда на даче собрались все Бессони. Обед был холодный - лангусты и баранье бедро.

- И никто после этого не заболел?

- Как будто нет. Кроме членов семьи, в доме была только горничная. Шарль Бессон отъехал в половине десятого. Его пятилетний сын Клод проспал все это время в комнате хозяйки, а когда все уже садились в машину, начал капризничать их шестимесячный малыш, и ему пришлось дать соску. [119]

- Как зовут жену Бессона?

- Кажется, Емільєнна. Хотя все зовут ее Мими.

- Мими,- с важным видом повторил Мегрэ, словно изучал наизусть урок.

- Такая чернявая гладуха лет под сорок.

- Черноволосая гладуха? Прекрасно. Следовательно, они отъехали в своем «панарі» где-то в девять.

- Да, господин комиссар. Тэо замешкался на несколько минут. А потом, кроме трех женщин, в доме никого не осталось.

- Валентина, ее дочь Арлетта и Роза?

- Точно так. Роза мыла посуду на кухне, а мать и дочь разговаривали в гостиной.

- Все спальни на втором этаже?

- Кроме спальни для гостей, я вам уже говорил. Она на первом этаже, окна выходят в сад. «Теремок» - это настоящий кукольный домик, с маленькими каморками. Вот увидите.

- Арлетта не поднималась в комнату к матери?

- Около десяти они вдвоем пошли туда. Старой даме захотелось похвастаться перед дочерью своей новой прической...

- Спустились они тоже вместе?

- Да... "Потом Валентина снова поднялась к себе - укладываться спать. Через несколько минут к ней пришла Роза. Она по привычке помогла хозяйке лечь в постель и подала ей снотворное.

- Она же его и готовила?

- Нет. Валентина заранее разводит его в воде.

- Арлетта более не поднималась наверх?

- Нет. И в полдвенадцатого Роза тоже легла спать.

- А где-то в два начала стонать?

- Это время называют Валентина и ее дочь.

- И, как вы установили, между севером и вторым часом ночи в Арлеттиній комнате был чужой мужчина, с которым она приехала из Парижа? А вам известно, что поробляв прошлой ночью Тео?

- До сих пор у меня не было времени это выяснить, и, признаюсь, мне даже в голову такое не приходило.

- Что ж, пойдем позавтракаем?

- С удовольствием.

- А здесь готовят ракушки?

- Вполне возможно, хоть я и не определенный. Я еще не ознакомился как следует с меню. [120]

- Этим утром вы побывали в доме Трошю?

- Только в той комнате, где стоял гроб.

- У них нет ее фотографии? Только хорошего.

- Могу спросить.

- Спросите. Возьмите все фотографии, которые только сможете найти, даже детские. Кстати, сколько ей было лет?

- Двадцать два или двадцать три. Отчет составлял не я и...

- Кажется, она уже не первый год служила в старой госпожи.

- Седьмой. К Валентіни она нанялась совсем молоденькой, еще при жизни Фернана Бессона. Упитанная румяная, грудастая девушка.

- Она никогда не болела?

- Доктор Жолли ничего об этом не говорил. Когда бы что, думаю, он сказал бы.

- Хотелось бы знать, не было у Розы каких-то дружков.... Или любовника.

- Я тоже подумал об этом. Вроде нет. Она не была легкомысленная девушка и редко выходила из дома.

- Может, ее не отпускали?

- Я не совсем уверен, но похоже, что Валентина следила за каждым ее шагом и неохотно давала свободные дни.

Все это время они прогуливались вдоль берега. Мегре не отрывал глаз от моря, но, казалось, не замечал его.

Утреннее радостное возбуждение как рукой сняло. Утром в Беоте-Безволии он еще чувствовал приятное волнение. Игрушечный поезд напоминал ему о былых каникулы. А сейчас он уже не замечал ни пестрых женских купальников, ни ребятишек, что разлеглись на уровне, не воспринимал йодистого запаха водорослей.

Голова его была загромождена новыми названиями, именами и фамилиями, которые он пытался разместить в своей памяти так, как сделал бы это в своем кабинете в Управлении уголовного розыска. Вместе с Кастеном он сел к столу, застеленного белой скатертью, на которой в узкой длинной весе под хрусталь стояли гладиолусы.

Не признак ли это старости? Он повернул голову к окну, чтобы еще раз увидеть белые барашки на море, и с досадой подумал, что не испытывает никакой радости.

- На похоронах было много людей? [121]

- И весь Іпор, а еще понаїжджало немало людей из Этрета, Лож, Бокотт. Были и рыбаки из Фекана.

Ему вспомнился сельский похороны, даже показалось, что в воздухе пахнуло духом кальвадоса.

- Наверное, мужчины наберутся сегодня по самую завязку,- важно проговорил он.

- Вполне возможно,- согласился Кастен, немного" удивлен течением мыслей прославленного комиссара.

Ракушек в меню не было, и на закуску они заказали сардины в масле и сельдерей под острым соусом.

Книга: Жорж Сименон Мегрэ и старая дама Перевод Николая Мещеряка

СОДЕРЖАНИЕ

1. Жорж Сименон Мегрэ и старая дама Перевод Николая Мещеряка
2. 2. ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ ВАЛЕНТІНИ Калитка была не заперта, и, не...
3. 3. АРЛЕТТИНІ ЛЮБОВНИКИ - Заходите ко мне когда угодно,...
4. 4. ТРОПА В СКАЛАХ Мегре спрашивал у себя,- кончится...
5. 5. РАССУЖДЕНИЯ ОДНОГО ГОСПОДИНА Туман почти рассеялся, но...
6. 6. РОЗИНІ ПРОБЛЕМЫ Шарль Бессон не ошибся. В баре, кроме...
7. 7. ПРЕДСКАЗАНИЯ АЛЬМАНАХА Когда Мегрэ прощался со старой...
8. 8. СВЕТ В САДУ в Тот вечер Кастен не раз украдкой поглядывал...
9. 9. ПРЕСТУПЛЕНИЕ ТЭО Слышно было, как Кастен выключил мотор, вышел из...

На предыдущую