lybs.ru
Большевизм не начал ничего, чего бы не вел или не пробовал внедрить царизм. / Юрий Липа


Книга: Сборник научных трудов Харьковского Центра изучения организованной преступности. Выпуск первый. Харьков, 2000


4.2. О ВОЗМОЖНОСТИ И ОСОБЕННОСТЯХ ПРИМЕНЕНИЯ В УКРАИНЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ О БОРЬБЕ С ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТЬЮ (M. B. Буроменский)

После провозглашения Украиной независимости в целом ряде законодательных актов были провозглашены нормы о долгожителей во внутреннем законодательстве Украины международных договоров. Наиболее авторитетное закрепление данная норма получила в ст. 9 Конституции Украины:

"Действующие международные договоры Украины, согласие на обязательность которых предоставлено Верховной Радой Украины, являются частью национального законодательства Украины.

Заключение международных договоров, противоречащих Конституции Украины, возможно только после внесения соответствующих изменений в Конституцию Украины".

Вместе со статьей 8 статья 9 Основного Закона страны определяет состав и иерархию норм законодательства Украинского государства и поэтому имеет исключительно важное значение. В то же время данное положение Конституции, безусловно, еще не-

достаточно осознанное и поэтому мало применяемое, порождает в теории значительно больше вопросов чем ответов. На практике же реализация достаточно лаконичных положения Конституции связана с немалыми трудностями. Это в полной мере касается и международных договоров Украины в области международного сотрудничества в борьбе с преступностью, каковых на сегодня Украиной заключено значительное количество. Объяснений такого положения может быть несколько. Одно из них несомненно связано с необходимостью точного понимания содержания ст. 9 Конституции Украины.

Предлагаемая работа, не претендуя на исчерпывающую характеристику ст. 9 Конституции Украины применительно к международным договорам о борьбе с преступностью, ставит целью приблизится к прояснению особенностей ее применения.

Анализ действующего в Украине законодательства, существующей практики, а также сравнительный анализ украинского законодательства и законодательства стран Западной Европы и США позволяет прийти к некоторым выводам относительно того, как могут применяться в Украине заключенные ее международные договора, какой может быть практика их применения в отношениях с другими государствами-участниками этих договоров, а также какими могут быть тенденции в практике применения ей договоров о борьбе с уголовной преступностью.

Как следует понимать положение Конституции Украины о том, что частью национального законодательства являются договора, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины?

1. Термин "договора" следует понимать как родовой по отношению к группе международно-правовых актов, могущих иметь разные наименования. В соответствии с п. 1 пп. а) Венской Конвенции о праве международных договоров 1969 г. "договор" означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или в нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования"1.

Международные договора могут быть заключены также между государствами и другими субъектами международного публичного права.

Таким образом, международными договорами Украины могут быть публично-правовые договора, заключенные Украиной с государствами и другими субъектами международного права. Международный договор как правовая форма закрепления публично-правовых международных обязательств может иметь различные наименования - "конвенция", "пакт", "соглашение" и др. 2. Международный договор может быть заключен также путем обмена нотами, что видно из самого текста договора.

2. Особо стоит вопрос о возможности действия во внутреннем правопорядке Украины иных международных актов по борьбе с преступностью.

а) К таким актам относятся резолюции, рекомендации, правила и иные официальные документы, принимаемые международными межправительственными организациями3. По общему правилу они, за некоторым исключением, не имеют юридической силы в общем международном праве.

Несмотря на существующие в доктрине различные мнения относительно расширения источников международного права за счет резолюций международных организаций, международные судебные и квазисудебные органы по правам человека (а именно к этой категории относятся договора по борьбе с преступностью) не склонны их учитывать при принятии решений4.

Постановка вопроса о долгожителей резолюций международных организаций по борьбе с преступностью во внутреннем правопорядке Украины возможна в связи с принятием соответствующих отсылочных норм международных договоров Украины, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины без принятия оговорок. Хотя такая практика на сегодня отсутствует в договорах о борьбе с преступностью, она встречается в иных международных договорах Украины. Например, ст. 13 Договора об отношениях добрососедства и сотрудничества между Украиной и Румынией (от 2 июня 1997 г. ), ратифицированного Верховной Радой Украины, устанавливает обязанность сторон

"применять международные нормы и стандарты..., которые содержатся ... в документе Копенгагенской Встречи Конференции по человеческому измерению Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе от 29 июня 1990 года, Декларации Генеральной Ассамблеи ООН о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам (Резолюция 47/135 от 18 декабря 1992 года..."

Как видно, договорная норма прямого действия расширяет содержание ч. 1 ст. 9 Конституции Украины, что вряд ли можно признать допустимым с точки зрения внутреннего права. Поэтому подобная договорная отсылка не может порождать действия указанных в ней резолюций во внутреннем правопорядке Украины. В то же время как международно-правовое обязательство такая норма договора существует и государство обязано ее исполнять, например, путем принятия необходимых внутренних нормативно-правовых актов.

б) Нормы действующего международного договора могут иметь практику их применения международными правоприменительными органами, к примеру, международными судебными органами.

Является ли такая практика обязательной во внутреннем правопорядке Украины? Строго юридически - нет, так как Конституция дает в ст. 9 исчерпывающий перечень международно-правовых норм, составляющих часть национального законодательства Украины. Норма международного договора Украины, расширяющая данное положение Конституции, безусловно, находится в противоречии с последней. Вряд ли способен разрешить данную коллизию и принимаемый Верховной Радой Украины акт о даче согласия на обязательность международного договора, даже если указанный акт основывается на норме этого договора5.

Разрешение коллизии возможно в случае формирования конституционно-правового обычая, признающего практику применения международными правоприменительными органами норм международного договора Украины в качестве части ее национального законодательства. Именно так происходит с решениями Европейского Суда по правам человека во всех вопросах,

касающихся толкования применения Европейской Конвенции о защите прав и основных свобод человека. Кстати, формирование в Украине такого конституционно-правового обычая в отношении норм о правах человека облегчается тем, что права и свободы человека, провозглашенные в Конституции, не являются исчерпывающими" (ч. 1 ст. 22). Это означает, что их перечень в Конституции является открытым. Он не может быть истолкован как окончательный или как принижающий значение иных прав и свобод человека и поэтому может быть расширен, в том числе под влиянием международно-правовой практики Украины.

3. С учете того, что основная масса международных договоров по борьбе с преступностью была заключена Украинской ССР, возникает вопрос о долгожителей этих договоров во внутреннем правопорядке Украины на основании ст. 9 Конституции. Поэтому употребление выражения "Верховной Радой Украины" в Конституции Украины применительно к ст. 9 нуждается в особом разъяснении.

Давать согласие на обязательность международного договора Верховная Рада Украины имеет с 17 сентября 1991 г6. По Конституции УССР 1937 г. и Конституции УССР 1978 г. компетенцией ратифицировать международные договора обладал Президиум Верховного Совета УССР.

В соответствии с Законом "О правопреемстве Украины"7, Украина "подтверждает свои обязательства по международным договорам, заключенным Украинской ССР до провозглашения независимости Украины" (ст. 6). В отличие от нормы ст. 7 указанного Закона, где специально оговорено, что Украина является правопреемницей только тех прав и обязанностей по международным договорам СССР, которые не противоречат Конституции Украины и интересам республики, правопреемство в отношении международных договоров Украинской ССР является полным. Причем нормы международных договоров, заключенных Украинской ССР, также являются частью национального законодательства Украины. Это следует из того факта, что в соответствии со ст. 1 Закона "О правопреемстве Украины" в Украине была провозглашена преемственность государственной законодательной

власти: "С момента провозглашения независимости Украины высшим органом государственной власти Украины является Верховный Совет Украины в депутатском составе Украинской ССР". Тот факт, что полномочием ратифицировать международные договора по Конституции УССР обладал Президиум Верховного Совета УССР, а не Верховный Совет (что формально не совпадает с формулировкой в ч. 1 ст. 9 действующей Конституции Украины), не может иметь принципиального значения, так как в соответствии с Конституцией СССР Верховный Совет СССР являлся высшим органом государственной власти и обладал правомочием "решать все вопросы", отнесенные Конституцией СССР и Конституцией СССР к ведению Украинской ССР (ст. 97). К таким вопросам относилось, в частности, "представительство Украинской ССР в международных отношениях" (п. 15 ст. 72 Конституции СССР). Президиум же Верховного Совета УССР, обладая компетенцией ратифицировать международные договора Украинской ССР (п. 13 ст. 108 Конституции СССР), оставался органом Верховного Совета УССР, "подотчетным ему во всей своей деятельности" (ст. 106 Конституции УССР).

Таким образом, под действие ст. 9 Конституции Украины подпадают все международные договора, ратифицированные Президиумом Верховного Совета УССР, и все международные договора, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины. Это же касается ратифицированных международных договоров СССР в случае положительного решения вопроса об их действительности для Украины.

4. В п. 32 ст. 85 Конституции Украины определена компетенция Верховной Рады давать согласие на обязательность международных договоров Украины, но термин "ратификация", обычно применяемый в конституционном и международном праве для обозначения парламентского полномочия утверждать международные договора, не употреблен. Лишь в Законе "О международных договорах Украины" данное полномочие Верховной Рады Украины определено как ратификация. Таким образом, частью внутреннего законодательства в Украине следует рассматривать, во-первых, ратифицированные Верховной Радой Украины международные договора.

Однако согласие на обязательность международного договора может быть дано не только в форме ратификации. В соответствии со ст. 2 Венской конвенции о праве международных договоров выражение государством согласия на обязательность международного договора может происходить также путем "принятия", "утверждения" и "присоединения". Поскольку Закон Украины не может ограничительно толковать положения Конституции, частью внутреннего законодательства Украины следует рассматривать также международные договора, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины в иной, чем ратификация, форме.

Установление порядка дачи согласия в не ратифицированной форме на обязательность международного договора является областью внутренней компетенции государства. Это может быть особый протокол, подлежащий ратификации, либо в виде предварительного получения согласия Верховной Рады Украины на присоединение8. Эти вопросы должны найти отражение в приведенном в соответствие с Конституцией Украины Законе "О международных договорах Украины".

5. Международные договора Украины, согласие на обязательность которых Верховная Рада не давала, не являются частью национального законодательства Украины. Это

- договора, в отношении которых Верховная Рада Украи

ны отказала в даче согласия на их обязательность (они рассматривать

риваются как не действующие в отношении Украины), и

- договора, которые в соответствии с Законом "О между

народных договорах Украины" не передаются в Верховную Раду

Украины для дачи согласия на их обязательность (п. 2 ст. 7, ст. 9

Закона).

Международные договора, которые в соответствии с этим Законом не передаются в Верховную Раду Украины для дачи согласия на их обязательность, так называемые исполнительные договора, могут быть заключены центральными органами государственной исполнительной власти Украины в сфере их компетенции. Таких международных договоров в Украине подавляющее большинство.

Именно к категории исполнительных договоров относятся все международные договора, заключенные от имени Украины в области борьбы с преступностью Министерством внутренних дел Украины, Генеральной прокуратурой, Министерством юстиции Украины, другими министерствами и центральными органами государственной исполнительной власти. Нормы таких международных договоров ни при каких условиях не являются частью национального законодательства Украины. Для того чтобы обязательства по таким договорам могли быть исполнены в Украине, их нормы нуждаются в обязательной имплементации.

Если такие договора остаются исполнительными (т. е. не направляются для ратификации), но при этом имеют своим предметом регулирование прав и свобод человека (см. п. 5 настоящей статьи), возникает вопрос о заключении их с нарушением внутреннего законодательства Украины.

6. Следует иметь ввиду, что далеко не все из подписанных

международных договоров рассматриваются Верховной Радой

Украины.

В соответствии с Законом "О международных договорах Украины" через процедуру ратификации должны проходит: "... международные договора Украины:... б) касающиеся прав и свобод человека и гражданина" (ч. 1 ст. 7. ) Ни один из нормативных актов не дает и не может дать полного перечня вопросов, имеющих отношение к правам человека. По сути нет ни одного вопроса, который бы в тот или иной степени не затрагивал права человека. Какой же критерий мог бы быть положениях в основу определения, какие из подписанных международных договоров "касаются прав человека и гражданина"? Было бы логичным исходить из разд. II Конституции Украины "Права, свободы и обязанности человека и гражданина", поскольку он является наиболее авторитетным в Украине нормативным перечнем таких прав и свобод. Учитывая данное положение, можно утверждать, что договора о борьбе с преступностью, несомненно, имеют непосредственное отношение к правам человека и поэтому должны проходит через процедуру ратификации.

7. Следующим важнейшим положением, касающимся вступление

ления в силу международных договоров о борьбе с преступ-

ностью (как договоров, касающихся прав и свобод человека), является то, что согласно Закона "О международных договорах Украины" они могут быть заключены только от имени Украины. Поэтому выражение "международные договоры Украины" в Конституции Украины следует понимать как международные договора, заключенные исключительно от имени Украины. Именно заключение таких международных договоров регулирует ст. 2 Закона "О международных договорах Украины"9. Поэтому в Украине вряд ли возможно делегирование полномочий заключат международные договора в области борьбы с преступностью административно-территориальным единицам (например, областям и Автономной Республике Крым).

8. Сегодня в Украине в области борьбы с преступностью действует несколько десятков международных договоров, согласие на обязательность которых было дано Верховной Радой Украины. Все они не содержат ограничений относительно возможности их применения в борьбе с организованной преступностью, но в некоторых из них содержится специальное упоминание о совершении преступлений группой лиц и о необходимости учитывать это обстоятельство:

- в Конвенции о предупреждении преступления геноцида и

наказании за него (9 декабря 1948 г. ) говорится о возможности

"заговора" с целью совершения геноцида и о "соучастии" в эго

совершении (ст. III)10;

- в Дополнительной Конвенции об упразднении рабства,

работорговли, институтов и обычаев, сходных с рабством (вот

7 сентября 1956 г. ), говорится о возможности совершения пресс

тупления (обращения в рабство) "родителями", "семьей", "групп

пой лиц" (ст. 1 п. I); "кланом" (ст. 1 п. II); предусматривается воз

можность соучастия в работорговле (п. 1, 2 ст. С), а также содер

жится обязательство считать преступлением "соучастие" или

"участие в тайном сговоре с целью совершения любого из этих

действий" (ст. 5, 6)11;

- в Конвенции о борьбе с торговлей людьми и с эксплуата

цией проституции третьими лицами (от 21 марта 1950 г. ) преду

смотрено установление уголовной ответственности за "сознатель

ное"... "участие в финансировании дома терпимости" (п. 2 ст. 2)12;

- в Международной конвенции о ликвидации всех форм расо

вой дискриминации (от 7 марта 1966 г. ) действие Конвенции рас

пространяется на случаи совершения преступления группой или

организацией (ст. 2 п. d)13;

- в Конвенции о пресечении преступления апартеида и повеление

нии за него (вот 30 декабря 1973 г. ) предусмотрено обязательство

государств привлекать к уголовной ответственности за соверше

ние данного преступления членов организаций и учреждений (ч. 1

ст. Ш)14;

- в Международной конвенции о борьбе с захватом залож

ников (1979 г. ) предусмотрена обязанность государств сотруд

ничать в предотвращении предусмотренных в Конвенции пресс

туплений путем принятия мер для запрещения на их территории

незаконной деятельности групп и организаций, которые поощ

ряют, подстрекают, организуют или участвующего в совершении ак

ооо захвата заложников (п. а ст. 4)15;

- в Конвенции о борьбе против незаконного оборота нарко

тических средств и психотропных веществ (1988 г. ) отмечена опас

ность проникновения транснациональных преступных органы

заций в правительственные механизмы (преамбула), а также со

держится обязательство, чтобы по закону обстоятельствами, отяг

чающими ответственность, являлись "участие в правонарушении

организованной преступной группы, в состав которой входит

правонарушитель" (п. а ч. 5 ст. 3) и "участие правонарушителя в

других видах международной организованной преступной

деятельности" (п. б ч. 5 ст. 3)16.

В ряде конвенций предусмотрена возможность соучастия в совершении предусмотренных в этих конвенциях преступлений:

- в Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных

судов (от 16 декабря 1970 г. ) определение незаконного захвата

воздушного судна предусматривается соучастие (п. b ст. 1)17;

- в Конвенции о борьбе с незаконными актами, направлен

ными против безопасности гражданской авиации (вот 23 сентября

1971 г. ) назван преступным соучастие в совершении незаконного

акта, направленного против безопасности гражданской авиации

(п. b ч. 2 ст. 1)18;

- о соучастии говорится в Конвенции о предотвращении и

наказании преступлений против лиц, пользующихся международ

ной защитой, в том числе дипломатических агентов (14 декабря

1973 г. ) (п. е ст. 2)19;

- о соучастии говорится в Конвенции о физической защите

ядерного материала (от 3 марта 1980 г. ) (п. g п. 2 ст. 7)20.

Аналогичные положения содержатся в международных договорах Совета Европы, ко многим из которых Украина уже присоединилась либо в скором времени может присоединиться:

- Европейская конвенция о пресечении терроризма (вот

27 января 1977 г. ) в ст. 1 запрещает рассматривать ряд преступле

ний, характерных для совершения организованными группами,

как политические, вследствие чего осложняется выдача, а в ст. 2

эти же положения распространены на участников группы21;

- Конвенция об отмывании, выявлении, изъятии и конфис

кации доходов от преступной деятельности (от 8 ноября 1990 г. )

в ст. 6 предусматривается криминализацию "соучастия, участия в

объединении или сговоре лиц" с целью совершения преступлений,

указанных в Конвенции22;

- Европейская конвенция о правонарушениях, связанных с

культурной собственностью (вот 23 июня 1985 г. ), предписывает

государствам консультироваться о целесообразности осущест

влять производство по делу органами одного государства в слу

чае, если "одно правонарушение... совершено... несколькими лица

мы, действующими сообща"23.

9. Однако не все нормы названных и других договоров по борьбе с уголовной преступностью могут быть в полном объеме реализованы во внутреннем законодательстве. Это связано как с особенностями правового регулирования вопросов борьбы с преступностью во внутреннем праве, так и со спецификой взаимодействия международного и внутреннего права.

Особенности внутреннего права Украины заключаются в усложненном в ряде случаев порядке применения в нем норм международного договора для регулирования некоторых отношений. Уголовный Кодекс Украины в ч. 1 ст. 3 предусматривается основания уголовной ответственности: "Уголовной ответственности

и наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступления, т.е. умышленно или по неосторожности совершившее предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние", и далее, что признание лица виновным в совершении преступления возможно лишь по приговору суда и в соответствии с законом.

Таким образом, в Украине квалификация деяний как преступных возможна исключительно на основании уголовного закона, т. е., акта внутреннего права. Из этого следует, что любой международный договор, предусматривающий обязанность Украины признать преступными том или иные деяния, должен быть имплементирован во внутреннее право путем принятия Верховной Радой Украины закона. Так обычно и происходит, хотя сроки принятия таких законов существенно различаются. Например, в Украине до сих пор не предусмотрена уголовная ответственность за рабство и работорговлю в полном объеме, как того требуют действующие для Украины международные договора, хотя, например, Дополнительная конвенция об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством вступила в силу в 1957 г.

Именно здесь возникает первая проблема, затрагивающая возможность применения в Украине международных договоров о борьбе с преступностью: некоторое количество таких договоров не могут быть исполнены в части привлечения виновных к уголовной ответственности именно из-за отсутствия необходимых изменений в Уголовном Кодексе Украины. Внесение изменений в УК Украины на основании и с учету заключенного ей международного договора решает лишь отчасти вопрос о соблюдении договора в целом. Прежде всего, сами изменения в УК вносятся с учету лишь тех положен договора, которые непосредственно затрагивают признаки состава преступления. Подавляющее же большинство международных договоров содержат значительно больший объем обязательств, в том числе затрагивающих процессуальные вопросы и вопросы международно-правового сотрудничества, возникающее вследствие вступления государства в данный договор (например, вопросы экстрадиции, международного контроля, обмена информацией и иных форм сотрудничества органов полиции и юстиции).

Процесс трансформации норм международного договора в уголовно-правовые нормы по разным причинам не всегда завершается учете всех особенностей признаков составов преступлений, формулируемых в международных договорах. Особенно это касается признаков повторности и совершения преступления группой лиц. Хотя, как было сказано, некоторые международные договора специально указывают на признак группы. В этом состоит вторая проблема с обеспечением применения международных договоров о борьбе с преступностью.

Следует отметить, что в процессе имплементации норм международных договоров нередко возникают вопросы, связанные с терминологией, употребляемой в международных договорах. В ряде случаев законодатель умышленно или случайно уходит от терминологии международного договора. Обычно это объясняют существованием внутриправовой традиции. Не отрицая ее существования стоит заметить, что унификация терминологии в борьбе с уголовной преступностью имеет не меньшее значение, чем формулирование самих составов преступлений. Например, в действующем УК Украины отсутствуют термины "пытки", "бесчеловечное обращение", хотя именно такие термины используют две международные конвенции, ратифицированные Украиной.

Отступление от общепринятой терминологии вполне может создать сложности в выполнении Украиной своих международных договоров (например, при решении вопросов экстрадиции). Употребляемые в международном договоре термины могут не совпадать с терминами, принятыми в национальном праве. Нуждается, к примеру, в уточнении соотношение терминов "должностное лицо" в международных договорах и во внутреннем праве Украины. Несогласованность в терминологии может оказаться вообще формальным основанием для отказа в экстрадиции, что может создать существенные трудности для Украины в международном сотрудничестве в борьбе с уголовной преступностью. Так, отсутствие понятия "пиратство" в УК Украины может создать трудности и с направлением запроса о выдаче и с осуществлением выдачи, поскольку традиционно общим осно-

ванием для отказа в выдаче является случай, когда деяние не является преступным в запрашиваемом или запрашивающем государствах.

Таким образом, возникает необходимость либо согласовывать терминологию при выработке текста договора, либо в случае присоединения к договору нормативно устанавливать соотношение терминов на этапе дачи Верховной Радой Украины согласия на его обязательность. В этом состоит третья проблема, связанная с применением в Украине международных договоров о борьбе с уголовной преступностью.

В случаях квалификации преступлений на основании статей УК Украины, принятых в соответствии с международными договорами Украины, серьезным остается вопрос о возможности толкования норм этих статей с учету соответствующих международных договоров.

Согласно ч. 1 ст. 4 УК Украины, "все лица, которые совершили преступление на территории Украины, подлежат ответственности на основании настоящего Кодекса". Однако Конституция Украины в ч. 1 ст. 62 содержит иную норму: "Лицо считается невиновным в совершении преступления и не может быть подданная криминальному наказанию, пока ее вину не будет доказано в законном порядке и установлена обвинительным приговором суда".

Таким образом, Конституция, не выделяя вид закона Украины (т. е. УК Украины), в соответствии с которым лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, ставит такой закон в один ряд с иными законами Украины по смыслу ст. 8 и 9 Конституции. Это порождает ситуацию, в которой лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности на основании исключительно нормы международного договора, поскольку сам такой международный договор (так называемый договор об унификации уголовного законодательства) по своей форме не предназначен для таких целей.

Поэтому дача Верховной Радой Украины согласия на обязательность международного договора о признании преступными тех или иных деяний не влечет возможности квалификации их во внутреннем правопорядке как преступных без внесения необходимости

димых изменений в УК Украины. В то же время ст. 9 Конституции позволяет осуществлять толкование норм УК Украины с использованием тех норм международных договоров Украины, на основании которых были приняты соответствующие нормы УК. С учете того, что любой международный договор Украины об унификации уголовного законодательства подлежит ратификации как договор, касающийся прав человека и гражданина (пп. б ч. 2 ст. 7 Закона "О международных договорах Украины"), такое толкование считается нормативно-правовым. Проблема толкования нормы национального закона с целью уточнения квалификации деяния как преступного является четвертой проблемой, связанной с применением во внутреннем правопорядке Украины норм международных договоров Украины в борьбе с преступностью.

Формально (в соответствии со ст. 9 Конституции) международный договор остается частью внутреннего законодательства Украины и после внесения на его основании изменений в закон. Иных указаний ни в Конституции, ни в законах Украины нет. При этом ни в действующем законодательстве, ни в практике не существует каких-либо разъяснений относительно возможных коллизий между нормой международного договора и принятой на ее основе нормой закона.

Между тем возникает возможность как ограничительного, так и расширительного толкования такой статьи закона с учету сохраняющей свое действие нормы международного договора. При этом установление в законе более широких, чем это определено в договоре, ограничений при формулировании состава преступления по общему правилу не должно создавать сложностей с соблюдением обязательств по международному договору. В ином же случае такие сложности, безусловно, возникнут, поскольку суду придется устранять возникшую коллизию.

В этой связи было бы целесообразно законодательно установить последствия имплементации, в частности, в том случае, когда на основании международного договора приняты соответствующие нормы закона. При этом следует иметь в виду, что возникающие коллизии, о которых идет речь, будут затрагивать

только внутренний правопорядок. Так, в случае совершения преступления, предусмотренного ст. 217-2 УК, требование о выдаче на основании Конвенции о незаконном захвате воздушных судов может быть исполнено лишь в объеме обязательств по Конвенции (незаконно захваченное гражданское воздушное судно, находящееся в полете), а не по УК Украины.

В законодательстве многих стран данная проблема решена. Например, в США Сенат на этапе ратификации может сделать заявленіе о несамоисполнимости ратифицируемого договора и тем самым отдать приоритет внутреннему закону. При этом к ратификации принимается закон, который в достаточно полном объеме имплементирует международный договор. Именно так поступил Сенат США при ратификации в 1986 г. Конвенции о предупреждении геноцида и наказании за него. При этом исключается возможность ссылаться на текст международного договора во внутреннем правопорядке. В Великобритании же при наличии общей нормы о том, что международное право является частью ее права в отношении международных договоров, также существует практика их имплементации в законы. При этом законы формулируются таким образом, чтобы не оставалось сомнений в том, что это именно имплементация, что позволяет судам ссылаться на эти международные договора, но как к средству их толкования. Сходную с этим практику принимают и некоторые другие государства Британского содружества. Одной из разновидностей подобного подхода к действию международных договоров во внутреннем правопорядке является издание внутренних актов, содержащих рецепции положения договора и включающих оригинальные тексты договоров в качестве приложений к имплементирующим ых законам.

В Украине практика прямого действия международных договоров не отработана и поэтому же различие между нормами самоисполняющимися и несамоисполняющимися для внутреннего правоприменения почти не имеет значения. Как следствие, имплементация оказывается никак не связанной с действующим как бы независимо от закона текстом международного договора. В этом заключается пятая проблема с применением в Украине международных договоров по борьбе с преступностью.

10. Что касается специфики взаимодействия международ

ного и внутреннего права, то здесь также возникает ряд вопросов,

не решенных пока что в украинском законодательстве. Это ка

сается, в частности, действия так называемых самоисполняющих

ся и несамоисполняющихся норм международных договоров, в

чем частично было сказано раньше.

Данный вопрос актуален именно в связи с действием в качестве части законодательства Украины международных договоров, согласие на обязательность которых дано Верховной Радой Украины. Коллизия возможна между самоисполняющимися нормами международного договора и их имплементированными аналогами во внутреннем законодательстве.

Действие во внутреннем правопорядке несамоисполняющихся норм международных договоров Украины, не трансформированных во внутреннее законодательство, крайне затруднено даже с учету положения ст. 9 Конституции Украины.

Таким образом, для полноценной реализации международно-правовых обязательств Украины в области борьбы с преступностью необходима предварительная экспертиза международных договоров, которые должны пройти через процедуру согласия Верховной Рады Украины на их обязательность, именно с точки зрения установления минимального объема международно-правовых норм, подлежащих имплементации, с тем чтобы были охвачены все несамоисполняющиеся нормы. Что же касается трансформируемых самоисполняющихся норм, то во избежание коллизий объем обязательств, устанавливаемый во внутренних нормах, не должен отличаться от объема обязательств, содержащихся в самоисполняющихся нормах международного договора.

11. Серьезной проблемой в области международного вто

рудничества в борьбе с преступностью остаются для Украины

отношения, возникающие в связи с экстрадицией. Для упорядо

значения всех возникающих в данной области отношений необходимости

димы разработка и принятие закона Украины "Об экстрадиции"

либо внесение соответствующего раздела в УПК Украины. При

этом необходимо иметь ввиду, что само по себе принятие закона

все-таки не исключает проблемы с применением договоров, в

отношении которых Верховная Рада Украины дала согласие на их обязательность. Так Верховная Рада ратифицировала две конвенции об экстрадиции - Европейскую и СНГ, которые содержат противоречащие друг другу положения. Учитывая же то, что обе конвенции имеют * прямое действие, их применение должно происходить с учету иерархии международно-правовых норм.

12. Следует также отметить, что международные договора

в борьбе с преступностью регулируют не только вопросы унифи

кации уголовного законодательства, но и многие иные вопросы,

связанные с уголовным преследованием. В частности, междуна

родные договора устанавливают обязанность государств внести

в законодательство нормы о неприменении сроков давности к

отдельным видам преступлений, в том числе и преступлений, со

вершенных организованной группой. В отношении Украины и

ких Конвенций может быть две. Первая из них, универсальная,

касается исключительно военных преступлений. Вторая - Евро

пейская конвенция о неприменении сроков давности к преступ

лениям против человечества и военным преступлениям (от 25 ян

варя 1974 г. ).

Перспектива присоединения Украины ко второй Конвенции уже сейчас требует внесения изменений в ее УК. Действующий УК Украины ничего не говорит о неприменение сроков давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества. Этот вопрос до сих пор урегулирован бывшими общесоюзными нормативно-правовыми актами, которые не соответствуют современным международно-правовым представлениям о таких преступлениях24. В ст. 1 Европейской конвенции о неприменении сроков давности к преступлениям против человечества и военным преступлениям (от 25 января 1974 г. ) дан перечень таких преступлений.

13. Говоря о применении в Украине международных дого

воров Украины в борьбе с преступностью, нельзя не отметить

особенности их применения в отношении определенных кате

рый лиц, пользующихся международной защитой. УК Украины

содержит в отношении таких лиц отсылочную норму: "Вопрос

об уголовной ответственности дипломатических представителей

иностранных государств и иных граждан, которые согласно действующим законам и международным договорам не подсудны по уголовным делам судам Украины, в случае совершения этими лицами преступления на территории Украины решается дипломатическим путем" (ч. 2 ст. 4 УК). Это означает, что в большинстве случаев независимо от того, в совершении какого преступления обвиняется лицо, пользующееся международной защитой, и совершено ли это преступление одним лицом или группой, такое лицо не будет нести уголовной ответственности в Украине.

На сегодняшний день Украина участвует в таких многосторонних международных договорах, устанавливающих иммунитеты для персонала. Это:

- Конвенция о дипломатических представительствах;

- Конвенция о консульских представительствах;

- Конвенция об иммунитетах ООН;

- Устав Международного Суда;

- Генеральное соглашение о привилегиях и иммунитетах

Совета Европы.

Кроме того, личные иммунитеты установлены в ряде Конвенций Совета Европы, в частности:

- в Конвенции против пыток для членов Комитета против

пыток;

- в двусторонних консульских конвенциях Украины,

а также в ряде соглашений, касающихся персонала МАГАТЭ и некоторых других международных организаций. Кроме того, в отечественном законодательстве никак не решен вопрос о правовом статусе сотрудников международных организаций, пребывающих в Украине с дипломатическими паспортами государств своего гражданства.

Чрезвычайно остро встал вопрос о возможности привлечения к уголовной ответственности бывших глав государств, имеющих дипломатический паспорт (в частности, в связи с запросом прокуратуры Испании к властям Великобритании о выдаче А. Пиночета, хотя сама Международная конвенция, в нарушении которой обвиняют Пиночета, допускает возможность совершения преступления группой). Данный вопрос также должен быть разре-

шен в отечественном законодательстве либо непосредственно, либо через создание особой процедуры экстрадиции в уже упоминавшемся Законе Украины "Об экстрадиции" либо в соответствующем разделе УПК Украины.

Не касаясь объема предоставляемых каждым из договоров привилегий, следует отметить, что лицо по общему правилу не пользуется привилегиями в стране гражданства, что не исключает возбуждения уголовного дела и настаивания на привлечении лица к уголовной ответственности в стране гражданства.

Таковы некоторые положения, касающиеся возможности и особенностей применения в Украине международных договоров, включающих нормы о борьбе с организованной преступностью.

1 Венская конвенция о праве международных договоров //Ме

ждународ, право в документах. -М.: Юрид. лит., 1982. -С. 69-99.

2 Такой же подход содержится в Законе Украины "О международ

ных договорах Украины" от 22 дек. 1993 г. //Голос Украины. -

1994. -10 мар. -С. 9.

3 Таких документов в области борьбы с преступностью, в том

числе имеющих значительный морально-политический вес, границ

дународными организациями принято значительное количество.

В рамках Совета Европы это, например, рекомендация № R(85)ll

Комитета Министров государствам-членам о положении потер

певшего в рамках уголовного права и процесса (Принятая Комы

тетом Министров Совета Европы 28 июня 1985 г. ), Рекомендация

№ 6 R (87) 18 Комитета Министров государствам-членам

относительно упрощения уголовного правосудия (Принятая Ко

митетом Министров Совета Европы 17 сентября 1987 г. ), Рекомен

дация № R (91) 11 Комитета Министров государствам-членам

относительно эксплуатации секса в целях наживы, порнографии,

проституции, торговли детьми и несовершеннолетними (Принятая

Комитетом Министров Совета Европы 9 сентября 1991 г. ).

4 Например, Европейская Комиссия по правам человека в деле

№ 7341/76 (Dec. 11. 12. 76. ), усмотрев нарушение Минимальных

стандартных правил обращений с заключенными (1957г), не признал нарушения ст. 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и отказала в удовлетворении петиции.

5 В соответствии с ч. 1 ст. 46 Европейской Конвенции о защите прав и

основных свобод человека - "каждая Высокая Договаривающаяся

Сторона может в любое время заявить, что она признает обязательной

ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Суда по всем

вопросам, касающимся толкования и применения настоящей

Конвенции". Содержание данной нормы повторено в п. 1 Закона

Украины "О ратификации Конвенции о защите прав и основных свобод

человека 1950 года, Первого протокола и протоколов №2, 4, 7 и и к

Конвенции".

6 П. 25 ст. 97 Конституции УССР с изменениями, внесенными в

соответствии с Законом Украины №1554-12 вот 12. 09. 1991 г.

7 Ведомости Верховного Совета Украины. -1991. -№46. -Ст. 617.

8 См.: Курс международного права. -В 7-ми т. -Т. 4. -М.: Наука,

1990. -С. 39, 40.

9 Голос Украины. -1994. -10 мар.

10 Текст см.: Международное право в документах /Сост. Блато

ва Н. Т. -М.: Юрид. лит., 1982. -С. 335-338.

11 Там же. -С. 379-383.

12 Там же. -С. 383-386.

13 Там же. -С. 338-349.

14 Там же.

15 Текст см.: Панов В. П Международное уголовное право. -М.:

Инфра-М, 1997. -С. 247-253.

16 Там же. -С. 253-277.

17 Там же. -С. 399-403.

18 Там же. -С. 403-406.

19 Там же. -С. 409-415.

20 Там же. -С. 415-419.

21 Текст см.: Защита прав человека и борьба с преступностью:

Документы Совета Европы. -М.: Спарк, 1998. -С. 135-140.

22 Там же. -С. 168-184.

23 Там же. -С. 148-161.

24 Для примера достаточно обратиться к Римскому Уставу границ

дународного уголовного суда, который в ч. 2 ст. 6, 7, 8 дает

перечень военных преступлении, преступлений против человечества и описывает их составы.

Книга: Сборник научных трудов Харьковского Центра изучения организованной преступности. Выпуск первый. Харьков, 2000

СОДЕРЖАНИЕ

1. Сборник научных трудов Харьковского Центра изучения организованной преступности. Выпуск первый. Харьков, 2000
2. 1.2. АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ БОРЬБЫ С ТЕРРОРИЗМОМ (В. П. Емельянов)
3. 1.3. НОВОЕ В УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ (КОММЕНТАРИЙ К ДЕЙСТВУЮЩЕМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ) (А. Ы. Перепелица)
4. 1.4. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ \"ЛЕГАЛИЗАЦИИ\" (\"ОТМЫВАНИЯ\") ДОХОДОВ, ПОЛУЧЕННЫХ НЕЗАКОННЫМ ПУТЕМ (А. А. Чаричанский)
5. 2.1. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ* (И. Н. Даньшин)
6. 2.2. ПРЕСТУПНОСТЬ В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ ВОЛІ1 И ЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ (РАЗДЕЛ УЧЕБНИКА) (В. В. Голіна)
7. 2.3. ФАКТОРЫ, ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ РАСПРОСТРАНЕНИЕ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В УКРАИНЕ (А. Г. Кулик)
8. 2.4. УПРАВЛЕНИЕ КРЕДИТНЫМИ РИСКАМИ КАК СРЕДСТВО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ (В. М. Попович)
9. 2.5. КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ И КОРЫСТНЫХ ДОЛЖНОСТНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ ОРГАНИЗОВАННЫМИ ПРЕСТУПНЫМИ ГРУППАМИ (В. Г. Кальман)
10. 2.6. СОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ КОРРУПЦИИ В УКРАИНЕ: ПУТИ УЛУЧШЕНИЯ СИТУАЦИИ (В. Ы. Бобырь)
11. 3.1. КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ БОРЬБЫ С УБИЙСТВАМИ ПО ЗАКАЗУ, СОВЕРШАЕМЫМИ ОРГАНИЗОВАННЫМИ ГРУППАМИ (В. Е. Коновалова)
12. 3.2. ФОРМИРОВАНИЕ МЕТОДИКИ РАССЛЕДОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ ОРГАНИЗОВАННЫМИ ПРЕСТУПНЫМИ ГРУППАМИ (Г. А. Матусовский)
13. 3.3. НАСИЛЬСТВЕННО-КОРЫСТНАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ ОРГАНИЗОВАННЫХ ГРУПП: ТЕНДЕНЦИИ, ПРИЧИНЫ И УСЛОВИЯ, МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ (В. В. Петров)
14. 3.4. ПРИМЕНЕНИЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ ПРИ ИЗУЧЕНИИ СЛЕДСТВЕННЫХ СИТУАЦИЙ ПО ДЕЛАМ О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, СОВЕРШАЕМЫХ ОРГАНИЗОВАННЫМИ ГРУППАМИ (C. B. Великанов)
15. 3.5. ОСОБЕННОСТИ ОРГАНИЗАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, УЧИНЮВАНИХ В СФЕРЕ БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
16. 4.1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ ОПЫТ В БОРЬБЕ С КОРРУПЦИЕЙ (Г. Г. Рябошапка)
17. 4.2. О ВОЗМОЖНОСТИ И ОСОБЕННОСТЯХ ПРИМЕНЕНИЯ В УКРАИНЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ О БОРЬБЕ С ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТЬЮ (M. B. Буроменский)
18. 4.3. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В США И УКРАИНЕ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ ОБЗОР (Е. Ю. Шостко)

На предыдущую