<meta name=" robots"="" content="index, follow" /> Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого = Книга: Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого =lybs.ru= =lybs.ru=
lybs.ru
Не стоит обижаться на правду. Лучше ответить тем же. / Данил Рудый


Книга: Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого


Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого

© R.L. Stevenson, Treasure Island, 1883

© Ю.Корецький (перевод с английского), м. рыльский (перевод "Нерозважливому читателю"), Ю.Лісняк (перевод "Как появилась эта книга"), Р.Доценко (редактирование), 1994

Источник: Р.Л. Стивенсон. Собрание сочинений в 5-ти томах. Том 1. К.: Украиноведение, 1994. 384 с. - С.: 7-169.

Сканирование и корректура: SK (), 2004

Содержание

Нерозважливому читателю

Часть первая. Старый пират

Раздел И. Старый морской волк в гостинице "Адмирал Бенбов"

Раздел II. Черный Пес появляется и исчезает

Раздел ІІІ. Черный знак

Раздел IV. Моряцька сундук

Раздел V. Конец слепца

Раздел VI. Капитану бумаги

Часть вторая. Корабельный повар

Раздел VII. Я еду до Бристоля

Раздел VIII. Под вывеской "Подзорная труба"

Раздел ІХ. Порох и оружие

Раздел X. Плавание

Раздел XI. Что я услышал, сидя в бочке из-под яблок

Раздел XII. Военная рада

Часть третья. Мои приключения на берегу

Раздел XIII. Как начались мои приключения на берегу

Раздел XIV. Первый удар

Раздел XV. Человек с острова

Часть четвертая. Частокол

Раздел XVI. Далее рассказ ведет врач: как было заброшено судно

Раздел XVII. Рассказ ведет врач: последний переезд лодкой

Раздел XVIII. Рассказ ведет врач: конец боев первого дня

Раздел XIX. Снова рассказывает Джим Гокінс: залога в блокгаузі

Раздел XX. Сильвер-парламентер

Раздел XXI. Атака

Часть пятая. Мои приключения на море

Раздел XXII. Как начались мои приключения на море

Раздел XXIII. В волнах отлива

Раздел XXIV. Челноком по морю

Раздел XXV. Я спускаю "Веселого Роджера"

Раздел XXVI. Ізреєл Гендс

Раздел XXVII. "Пиастры!"

Часть шестая. Капитан Сильвер

Раздел XXVIII. Во вражеском лагере

Раздел XXIX. Снова черный знак

Раздел XXX. На честное слово

Раздел XXXI. Поиски сокровищ. Вказівна стрелка Флинта

Раздел XXXII. Поиски сокровищ. Голос среди деревьев

Раздел XXXIII. Падение главаря

Раздел XXXIV. И последний

Как появилась эта книга

Примечания

НЕЗВАЖЛИВОМУ ЧИТАТЕЛЮ

Как повести о моряках,

Об островах, приключения, шквалы,

О тайны скрытых сокровищ

И путешественников, что их искали,

О злодеях, что сливали

Человеческой кровью чардаки*,

- Как по вкусу тебе пришлись,

Молодой человек, давние те книги,

Как Купер, старый Белентайн

Для тебя авторы желательны,

- В руки ты бери смело

Простое мое повествование.

Когда же паруса в океане

Тебя не манят, - то оставь:

Пусть исчезнет в тьме пират последний,

А с ним и я, как пустая тень.

Ллойдові Осборну*,

американскому джентльмену, посвящает эту

рассказ, задуманную и, наконец, завершенную в согласии с

классическими его вкусами, - благодарен за многие

совместно проведенных приятных часов -

автор

Часть первая СТАРЫЙ ПИРАТ

Раздел И СТАРЫЙ МОРСКОЙ ВОЛК В ГОСТИНИЦЕ "АДМРАЛ БЕНБОВ"*

Сквайр Трелони, доктор Ливси и другие джентльмены попросили меня рассказать подробно все, что я знаю об острове Сокровищ, всю историю от начала до конца, не скрывая ничего, кроме размещения острова, да и то лишь потому, что не все еще сокровища оттуда вывезли. Итак Божьего 17... я берусь за перо и мысленно возвращаюсь к тем временам, когда у моего отца был заезд "Адмирал Бенбов" и когда под нашей крышей поселился загорелый старый моряк с рубцом от сабли на щеке.

Я помню, будто было вчера, как он тяжелой поступью подошел к двери нашего заезда, а вслед за ним прикатили на тележке моряцьку сундук. То был высокий, крепкий, дородный мужчина с коричневым лицом. Над воротником его замусоленной синей куртки торчала просмолена косичка. Руки у него были" заскорузлые и пошрамовані, с черными поломанными ногтями, а рубец на щеке имел неприятный бледно-багровый оттенок. Помню, как он, тихо посвистывая, оглядел бухту, а потом вдруг заорал давнюю моряцьку песню, которую так часто мы слышали от него спустя:

Пятнадцать ребят на сундуке мертвеца.

Йо-го-го, еще и бутылочка рома!

Голос у незнакомца был по-стариковски тонкий и хрипучий, как будто он надорвал его, увлекая кабестана*.

Затем он постучал в дверь концом палки, похожей на гандшпуг*, и, когда вышел мой отец, грубо потребовал от него стакан рома. Ему вынесли ром, и он начал медленно его [9] цмулити, знавецьки смакуя каждый глоток и все еще поглядывая на скалы и на нашу вывеску.

- Бухта ничего, - пробормотал он наконец. - Неплохое место для ветчину. И много народу, дружище?

Отец ответил, что, к сожалению, народу здесь бывает очень мало.

- То и ладно! - сказал моряк. - Пристань именно для меня. Эй, ты, голубчик! - крикнул он мужчине, что прикатил тележку. - Подъезжай сюда, поможешь втянуть сундук. Я перебуду здесь время, - продолжал он далее. - Человек я простой. Ром, ветчина, яичница - и больше мне ничего не надо. Разве только еще вон та скала, из которой видно в море корабли... Как меня зовут? И что же, называйте хоть бы и капитаном... Эге, я вижу, что вас беспокоит... Имеете! - и он бросил на порог три-четыре золотые монеты. - Напомните мне, когда они иссякнут, -проговорил он, строго взглянув на отца, словно командир на подчиненного.

И действительно, хотя одежда у него был неважный, а речь не очень поштива, он совсем не походил на простого матроса: скорее можно было подумать, что это штурман или капитан, привыкший командовать, а то и кулаком орудовать. Мужчина с тележкой рассказал нам, что незнакомец прибыл почтовым дилижансом вчера утром в "отель короля Георга" и стал расспрашивать, в этой окрестности есть заезды над морем. Услышав, видимо, хорошие отзывы о наш заезд и узнав, что он стоит на отшибе, капитан выбрал его себе за место постоя. Вот и все, что мы смогли узнать нашего гостя.

Это был очень молчаливый человек. Целые дни он шастал по берегу бухты или выбирался на скале со своей медной подзорной трубой. А вечерами сидел в горнице в углу у камина и попивал крепкий ром, смешанный с водой. Чаще всего он не отзывался, даже когда к нему обращались - только бросит вдруг яростный взгляд и засопе носом, словно корабельная сирена в тумане. Мы и наши посетители вскоре привыкли не беспокоить его. Каждый раз, вернувшись с прогулки, он спрашивал, не показывались возле заезда какие-нибудь моряки. Сначала мы думали, что он спрашивает об этом, потому что ему скучно в одиночестве. Но в конце концов заметили, что он, наоборот, старается избегать посторонних. Когда какой-то моряк, пробираясь надбережною дорогой до Бристоля, заворачивал к "Адмирала Бенбова", наш капитан решался выйти к комнате, только взглянув на посетителя из-под занавески на дверях. В присутствии такого гостя он обычно сидел тихонько, как мышь.

Для меня, по крайней мере, здесь не было никакой тайны, я стал, так сказать, соучастником его тревог. Как-то он [10] отвел меня в сторону и пообещал платить по четыре серебряные пенсы первого числа каждого месяца, если я "буду следить одноногого моряка" и сообщу его, то есть капитана, сразу, как только этот моряк появится поблизости. Когда же поступало первое число и я обращался к нему за обещанное вознаграждение, он только сопел носом и яростно косував на меня. Но уже к концу недели менял гнев на милость, приносил мне чотирипенсовика и повторял приказ "следить одноногого моряка".

Излишне говорить вам, что этот одноногий моряк не оставлял моего воображения и среди ночи. В штормовую ночь, когда ветер качал все стены нашего дома, а прибой ревел в бухте и среди скал, он мерещился мне во сне в тысячах образов, страшный, как тысяча дьяволов. Я видел его иногда с ногой, отрезанной до колена, иногда - отрезанной по самое бедро. Часто он появлялся передо мной в виде жуткого чудовища, так и рожденного с одной ногой, которая торчала из середины туловища. Больше всего меня пугало, когда на этой одной ноге он гонялся за мной, перескакивая через заборы и канавы. Итак недешево доставались мне эти ежемесячные четыре пенса: я расплачивался за них ужасающими снами.

И каким ужасом пронизывал меня одноногий моряк, самого капитана я боялся куда меньше, чем все другие, кто его знал. Тем вечером он выпивал рома с водой столько, что уже голова его не выдерживала, и тогда долго сидел в горнице и пел свои давние, дикие и жестокие моряцкие песни, не обращая внимания ни на кого из присутствующих. А бывало и так, что он заказывал выпивку на всех и насиловал наших посетителей, что дрожали от ужаса, выслушивать его рассказы о морских приключениях, либо подпевать ему группой. И очень часто стены нашего дома аж ходуном ходили от "Йо-го-го, еще и бутылочка рома", потому что все приглашенные, опасаясь за свою жизнь, пытались пререкричати друг друга и петь как можно громче, чтобы не подвергнуться огорчение, ибо в таком настроении капитан был действительно опасным: он то стучал кулаком об стол, чтобы все замолчали; то вдруг вспыхивал буйным гневом, когда его перебивали, спрашивая о чем-то; то, наоборот, возмущался, что никто не обращался к нему с вопросами, а это означало, что общество невнимательно слушает его. Он никого не выпускал из заезда, пока сам не напивался до беспамятства и не шел, шатаясь, спать.

Но больше всего страху на людей нагонили его рассказы. Ужасные это были рассказы: о виселице, о хождении по доске*, о штормы на море, о острова Тортугас*, о разбойничий разгул и разбойничьи пристанища в Испанском море*. Из его слов следовало, что он прожил всю [11] среди самых отъявленных разбойников, которые когда-либо выходили в море. А грубая речь, что ею капитан выкладывал эти свои рассказы, пугала наш простодушный сельский люд не меньше, чем преступления, которые он изображал.

Мой отец не раз повторял, что мы дойдем до руины, ибо никто не захочет бывать в нашем заезде, где люди издеваются и откуда они возвращаются домой, полные ужаса! Но я был уверен, что присутствие капитана, наоборот, хорошо влияла на наши дела. Правда, поначалу посетители пугались, и через некоторое время их уже снова тянуло к капитану. Он внес какое-то приятное возбуждение в наше тихомирне сельское жизнь. Некоторые молодые ребята даже восхищались нашим жильцом и называли его "настоящим морским волком", "просоленим моряком" и другими подобными прозвищами. По их мнению, именно такие люди И сделали Англию грозой на море.

И однако он все-таки наносил нам убытков: шло неделю за неделей и месяц за месяцем, и деньги, которые капитан заплатил первого дня, давно уже все вышли, новых он не платил, и у отца не хватало духу потребовать у него платные. Когда же даже отец и напоминал об этом, то капитан начинал сопеть так громко и яростно, так гневно поглядывал на отца, что тот как можно быстрее убегал из комнаты. Я видел, как после таких попыток мой бедный отец отчаянно запрашивал руки. Бесспорно, что пережитые им тревоги и страхи очень ускорили его досрочную смерть.

Сколько капитан жил у нас, он ни разу не изменил своей одежде, вот только купил несколько пар чулок у уличного торговца. Один крайчик его треугольного шляпу обвис; капитан так его и оставил, хотя это причиняло ему немало неприятностей во время ветра. Я хорошо помню, какой была его куртка, которую он сам латал у себя в комнате: под конец там заплатка была на латке. Он никогда не писал и не получал никаких писем. И никогда ни с кем не разговаривал, кроме соседей, да и то разве хорошо выпив. Также никто никогда не видел, чтобы он хоть раз открывал свой большой сундук.

Только однажды капитану дали хорошего отпор: это случилось тогда, когда мой бедный отец был уже при смерти. Как-то вечером к нам приехал доктор Ливси. Он осмотрел больного отца, наскоро пообедал на приглашение моей матери и вышел в комнату выкурить трубку, пока ему приведут коня: конь остался в поселке, потому что при нашем заезде не было конюшни.

Я тоже вошел в горницу - помню, как поразил меня контраст между аккуратным и приветливым врачом в снежно-белом парике, с бойкими черными глазами, и сельскими гультіпаками, [12] обычными нашими посетителями. Особенно поражала эта разница, если взглянуть на наше чучело - неуклюжего, грязного, страшного піратюгу, что напился и сидел, опершись обеими руками на стол.

Вдруг он, то есть капитан, затянул свою любимую песню:

Пятнадцать ребят на сундуке мертвеца.

Йо-го-го, еще и бутылочка рома!

Пей, и дьявол тебя приведет к концу.

Йо-го-го, еще и бутылочка рома!

Сначала мне казалось, что "сундук мертвеца" - это и есть та большая сундук в капитанской комнате, и в моих кошмарных снах она часто появлялась передо мной вместе с одноногим моряком. Но со временем мы все так привыкли к этой песне, что уже не обращали на нее никакого внимания, и того вечера песня о мертвеца была новостью только для доктора Ливси. Как я заметил, она произвела на него очень приятное впечатление, потому что он сердито посмотрел на капитана и на минуту прервал свой разговор со старым садовником Тейлором о новейший способ лечения ревматизма. Тем временем каштан, распалившийся от собственного пения, грохнул кулаком по столу, что, как мы все знали, означало приказ молчать. Голоса сразу стихли - все, кроме доктора Ливси. Тот и дальше говорил, внятно и четко произнося слова и время от времени попахкуючи своей люлькой. Капитан яростно бликнув на него, вновь грохнул кулаком, потом глянул еще яростнее и вдруг закричал с бранью:

- Тихо там, на нижней палубе!

- Не ко мне ли вы обращаетесь, сэр? - поинтересовался врач. Нахал, еще раз лайнувшись, сказал, что обращается именно к нему.

- Тогда я должен сказать вам только одно, сэр, - ответил врач, - если вы не покинете пьянствовать, то мир вскоре лишится одного из самых грязных мерзавцев.

Старик вне себя вплоть озвірився. Он вскочил на ноги, выхватил и раскрыл моряцького перочинного ножа и, взвешивая его на ладони, начал грозитися, что приткне врача к стене.

Врач даже не шелохнулся. Он, как и прежде, говорил до капитана за плечо тем самым спокойным тоном, разве, может, чуть громче, чтобы все в комнате могли слышать, но совершенно спокойно и твердо:

- Если вы сейчас же не сховаєте, нож в карман, клянусь своей честью, что вас повесят после первой же сессии нашего выездного суда.

Между ними начался поединок глазами. Но капитан скоро [13] сдался. Он спрятал оружие, сел на свое место и только одгарикувався, словно побитый пес.

- А теперь, сударь, - продолжал врач, - поскольку мне стало известно, что в моей округе есть такой субъект, вы можете быть уверены, что я буду следить за вами днем и ночью. Я не только врач, но и местный судья. И когда я услышу малейшую жалобу на вас, хоть бы даже за такое грубіянство, вот как сейчас, я приму решительные меры, чтобы вам это так не прошло. Поэтому запомните себе.

Вскоре после этого врачу подали коня, и он отъехал. Но каштан в тот вечер сидел тихонько и таким оставался и много последующих вечеров.

Книга: Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого

СОДЕРЖАНИЕ

1. Роберт Луис Стивенсон Остров Сокровищ Перевод Юрия Корецкого
2. Раздел II ЧЕРНЫЙ ПЕС ПОЯВЛЯЕТСЯ И ИСЧЕЗАЕТ...
3. Раздел III ЧЕРНЫЙ ЗНАК в Полдень я принес капитану...
4. Раздел IV МОРЯЦЬКА СУНДУК Я, конечно, не мешкая...
5. Раздел V КОНЕЦ СЛЕПЦА Однако любознательность моя...
6. Раздел VI КАШТАНОВЫЕ БУМАГИ Мы мчались изо всех сил вплоть до...
7. Часть вторая КОРАБЕЛЬНЫЙ ПОВАР
8. Раздел VIII ПОД ВЫВЕСКОЙ "ПОДЗОРНАЯ ТРУБА"...
9. Раздел IX ПОРОХ И ОРУЖИЕ "Эспаньола"...
10. Раздел X ПЛАВАНИЕ Целую ночь мы работали крайне...
11. Раздел XI ЧТО Я УСЛЫШАЛ, СИДЯ В БОЧКЕ ИЗ-ПОД ЯБЛОК -...
12. Раздел XII ВОЕННАЯ СОВЕТ На палубе началась...
13. Часть третья МОИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НА БЕРЕГУ
14. Раздел XIV ПЕРВЫЙ УДАР Я был очень доволен, что...
15. Раздел XV ЧЕЛОВЕК С ОСТРОВА С крутого откоса дождем...
16. Часть четвертая ЧАСТОКОЛ...
17. Раздел XVII РАССКАЗ ВЕДЕТ ВРАЧ: ПОСЛЕДНИЙ ПЕРЕЕЗД...
18. Раздел XVIII РАССКАЗ ВЕДЕТ ВРАЧ: КОНЕЦ БОЕВ ПЕРВОГО...
19. Раздел XIX СНОВА РАССКАЗЫВАЕТ ДЖИМ ГОКІНС: ЗАЛОГА В...
20. Раздел XX СИЛЬВЕР-ПАРЛАМЕНТЕР И действительно, за...
21. Раздел XXI АТАКА Только Сильвер скрылся, капитан,...
22. Часть пятая МОИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НА МОРЕ
23. Раздел XXIII В ВОЛНАХ ОТЛИВА Челнок, как я и...
24. Раздел XXIV ЧЕЛНОКОМ ПО МОРЮ Когда я проснулся,...
25. Раздел XXV Я СПУСКАЮ "ВЕСЕЛОГО РОДЖЕРА"...
26. Раздел XXVI ІЗРЕЄЛ ГЕНДС Ветер, как нарочно нам на...
27. Раздел XXVII "ПИАСТРЫ!" За то, что...
28. Часть шестая КАПИТАН СИЛЬВЕР
29. Раздел XXIX СНОВА ЧЕРНЫЙ ЗНАК Совещание пиратов еще...
30. Раздел XXX НА честное СЛОВО Меня разбудил - и,...
31. Раздел XXXI ПОИСКИ СОКРОВИЩ. ВКАЗІВНА СТРЕЛКА ФЛИНТА...
32. Раздел XXXII ПОИСКИ СОКРОВИЩ. ГОЛОС СРЕДИ ДЕРЕВЬЕВ...
33. Раздел XXXIII ПАДЕНИЕ ГЛАВАРЯ Разочарование пиратов...
34. Раздел XXXIV И ПОСЛЕДНИЙ на Следующий день мы на рассвете...
35. КАК ПОЯВИЛАСЬ ЭТА КНИГА Это была отнюдь не первая моя книга,...
36. Примечания К первому тому сочинений Г.-Л. Стивенсона входят...

На предыдущую