<meta name=" robots"="" content="index, follow" /> Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона = Книга: Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона =lybs.ru= =lybs.ru=
lybs.ru
Из тысяч людей, что знают Дона Кихота, не наберется и сотни, что знают Сервантеса. / Владимир Канивец


Книга: Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона


Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона

© Hoffmann

© С.Сакидон (перевод), 1976

Источник: Е.Т.А.Гофман. Золотой горшок. К.: Днепр, 1976. 368 с. [Вершины мировой литературы. Том 23]. С.: 91-144.

OCR & Spellcheck: SK (), 2004

Содержание

Вступление

Как господин Мартин был избран цехмистром и как он благодарил

Что было потом у мастера Мартина дома

Как мастер Мартин свое ремесло ставил выше всех других

Предсказания старой бабушки

Как познакомились двое молодых слуг Фридрих и Райнгольд

Как молодых слуг, Райнгольда и Фридриха, приняли в доме мастера Мартина

Как до мастера Мартина пришел третий челядник и что произошло после того

Что Марта с Розой говорили о трех слуг. Конрадова ссора с мастером Мартином

Райнгольд покидает мастера Мартина

Как мастер Мартин выгнал из мастерской Фридриха

Окончания

Наверное, и у тебя, дорогой читатель, сердце сжимается с невыразимой тоски, когда ты во время своих странствий попадаешь в город, где прекрасные памятники древненемецкого искусства, словно красноречивые свидетели, говорят нам о величии, скромную бдительность и правдивость прошлых времен. Не кажется ли тебе, как будто ты входишь в заброшенный дом? Еще лежит раскрытое священное писание, которое читал хозяин дома, еще висит богатый, красочный ковер, который выткала хозяйка; разнообразные ценные подарки, произведения художественного труда, полученные на праздники, стоят вокруг в чистых шкафах. Так и кажется, будто вот-вот зайдет в дом кто-то из семьи и искренне тебя поздравит. Но ты напрасно будешь ждать на тех, кого захватила с собой вечно движущееся колесо времени. Ты сможешь отдаться только сладким мечтам, и тогда перед твоими глазами предстанут Древние мастера, которые озвуться к тебе такой благочестивой, но и такой отборной языке, что ты аж вздрогнешь. И только тогда ты поймешь глубокий смысл их произведений, потому как перелинеш в те времена, поймешь ту эпоху, которая смогла создать и мастера, и его произведение. И ба! Не бывает так, что именно тогда, когда ты хочешь любовно обнять то чудесное видение, оно трепетно улетает, словно утренняя тучка перед шумом дня, и ты со жгучими слезами на глазах смотришь, как оно тает вдали. Так ты вдруг просыпаешься из прекрасного сна, возбужденный грубым прикосновением жизни, которая бушует вокруг тебя, и ничего тебе не остается, только глубокая тоска, что пронзает грудь сладким трепетом.

Такие чувства, дорогой читатель, каждый раз наполняли того, кто пишет для тебя эти страницы, когда ему приходилось проезжать через знаменитый город Нюрнберг. То любуясь на рынке прекрасно построенным колодцем, то осматривая гробницу в церкви святого Зебальда, то дарохранительницу в церкви святого Лаврентия, то полные глубокого содержания шедевры Альбрехта Дюрера в замке и в ратуше, он весь погружался в сладкие мечты, что переносили его просто в великолепие древнего имперского города. И он вспоминал эти искренние строки патера Розенблюта:

В Нюрнберге, тебе хвала!

Твоей чести прыткая стрела

В высшую цель уже попала,

Мудрость ее туда послала.

(Стихи перевела Зинаида Піскорська.) [92]

Много картин из славного жизнь горожан тех времен, когда искусство и ремесло шли рядом, ярко предстали в его мыслях и запечатлелись в душе особенно радостными и веселыми красками. Позволь же, дорогой читатель, показать тебе одну такую картину. Возможно, ты удовлетворенно посмотришь на нее или и приветливо улыбнешься, а может, даже почувствуешь себя уютно в доме мастера Мартина и охотно покойся круг его бочек и кружек. Пусть! Тогда осуществилось бы то, чего писатель желает от чистого сердца.

КАК ГОСПОДИН МАРТИН БЫЛ ИЗБРАН ЦЕХМІСТР И КАК ОН БЛАГОДАРИЛ

Первого мая тысяча пятьсот восьмидесятого года уважаемый цех бондарей, кухварів, в свободном имперском городе Нюрнберге, по древним обычаям и правилам, отбывал свое торжественное собрание. Недавно перед тем умер один из цехмистров, или же свічконоша, и предстояло избрать нового. Выбор пал на мастера Мартина. И в самом деле, почти никто не мог так крепко и мастерски сделать бочку, никто так не разбирался в хозяйстве в пивных, как он, поэтому и были среди его заказчиков значительные господа и жил вия в хорошем достатке, даже больше - в большом богатстве. Вот почему, когда был избран мастер Мартин, уважаемый советник Якоб Паумгартнер, что под его опекой были цеха, сказал.

- Вы хорошо сделали, друзья мои, выбрав мастера Мартина цехмистром, ибо в лучшие руки эта должность не могла попасть. Мастера Мартина очень уважают все, кто только его знает, и за большое ремесленное мастерство, и за глубокое умение хранить и развивать благородные вина. Его честный труд, его размеренную жизнь, несмотря на все богатство, которое он приобрел, может для всех вас быть примером. Так вот, уважаемый мастер Мартин, позвольте вас от всего сердца поздравить как нашего достойного цехмистра!

На этом слове Паумгартнер встал со своего места, сделал несколько шагов вперед, раскрыв объятия и ожидая, что мастер Мартин пойдет ему навстречу. Тот сразу же оперся обеими руками на перила кресла и встал тяжело и медленно, как только смог при своей тучности. Потом так же медленно приблизился к Паумгартнера и дал себя обнять не очень радостно. [03]

- Что же это,- сказал Паумгартнер, немного удивлен,- что же это, мастер Мартин, разве вам не нравится, что мы выбрали вас своим свічконошею?

Мастер Мартин отверг, по своему обыкновению, голову назад, сложил руки, сплести пальцы на толстом брюхе и оттопыривает нижнюю губу же вытаращив глаза, посмотрел на собрание. А тогда, обращаясь к Паумгартнера, начал такие

- Э-э, дорогой мой, уважаемый господин, как мне может быть не нравится то, на что я заслуживаю? Кто пренебрежет награду за честный труд? Кто прогонит от порога плохого должника, пришел наконец заплатить деньги, которые давно одолжил? А вам, люди добрые,- так обратился Мартин к мастерам, что сидели вокруг,- вам, люди добрые, наконец мигнул, что таки Я - Я должен быть цехмистром вашего уважаемого цеха? Чего бы вы хотели от цехмистра? Или он должен быть искуснейший в своем ремесле? То пойдите посмотрите на мою двовідерну бочку, сделанную без огня, на мой лучшее произведение, и тогда скажете, кто из вас может похвастаться, что его изделия такие же красивые и крепкие? Хотите, чтобы цехмистер состояние-маетки? То прошу к моей господи, я повідчиняю вам свои сундуки, и вы замилуєтесь блеском золота и серебра. Или надо, чтобы цехмистра, уважали все, от малого до большого? Спросите наших уважаемых господ советников, спросите князей и рыцарей, обитающих вокруг нашего доброго города Нюрнберга, спросите незгубного епископа бамберзького. Спросите, что все они скажут о мастере Мартша! Ну, думаю, ничего плохого вы не услышите.- Все молчали, только кое-кто порой неуверенно кахикав. Господин Мартин удовлетворенно похлопал себя по гладкому Игорю, улыбнулся, прищурив глаза, и повел: - Но я вижу, я хорошо знаю: мне придется еще горячо благодарить за то, что бот наконец просветил ваши головы. Ну что же, когда я получаю деньги за свою работу, когда виновный платит мне «вий долг, то я пишу внизу по счету, на расписке: «С благодарностью получил, Томас Мартин, мастер-бондарь». Так и я от чистого сердца диктую всем вам за то, что, выбрав меня за «своего цехмистра, вы оплатили свой давний долг, в конце концов, обещаю вам, что службу своего буду выполнять честно и старательно. Цеховые нашем, каждому из вас, когда будет нужно, помогу и делом, и советом, как только смогу, со всей силы. Очень буду заботиться о том, чтобы наше преславное ремесло и в дальнейшем находилось в той чести и почете, что и теперь. Приглашаю вас, достойный господин советнику, и всех вас, мои дорогие друзья и мастера, на веселый пир [94] к себе в следующее воскресенье. Там за рюмкой доброго йоганнісбергера, гохгаймера или другого благородного вина из моего богатого погреба, которое кому придется по нраву, мы в веселом настроении и посоветуемся о том, что теперь в первую очередь надо будет сделать для нашего общего блага. Еще раз искреннее прошу вас посетить меня.

Лица уважаемых мастеров, которые во время речи Мартина были хорошо нахмурились, теперь проясніли, и после глухого молчания пошли веселые разговоры, где много говорилось о великих заслугах господина Мартина и его знаменитую пивную. Все обещали прийти в воскресенье, подавали новоизбранному свічконоші руки, и он искренне сжимал их, а кое-кого из мастеров немного давил до своего живота, словно намереваясь их обнять. Разошлись все веселые, в хорошем настроении.

Книга: Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона

СОДЕРЖАНИЕ

1. Эрнст Теодор Амадей Гофман-Мастер Мартин-бондарь и его слуги Перевод Сидора Сакидона
2. ЧТО БЫЛО ПОТОМ У МАСТЕРА МАРТИНА ДОМА Случилось так, что...
3. КАК МАСТЕР МАРТИН СВОЕ РЕМЕСЛО СТАВИЛ ВЫШЕ ВСЕХ ДРУГИХ...
4. ПРЕДСКАЗАНИЯ СТАРОЙ БАБУШКИ Мастер Мартин был немного...
5. КАК ПОЗНАКОМИЛИСЬ ДВОЕ МОЛОДЫХ СЛУГ ФРИДРИХ И РАЙНГОЛЬД...
6. КАК МОЛОДЫХ СЛУГ, РАЙНГОЛЬДА И ФРИДРИХА, ПРИНЯЛИ В ДОМЕ...
7. КАК ДО МАСТЕРА МАРТИНА ПРИШЕЛ ТРЕТИЙ ЧЕЛЯДНИК И ЧТО ПОСЛЕ ТОГО...
8. ЧТО МАРТА С РОЗОЙ ГОВОРИЛИ О ТРЕХ СЛУГ. КОНРАДОВА...
9. РАЙНГОЛЬД ПОКИДАЕТ МАСТЕРА МАРТИНА Как весело было...
10. КАК МАСТЕР МАРТГН ВЫГНАЛ ФРИДРИХА ИЗ МАСТЕРСКОЙ На второй...
11. Как не гневался мастер Мартин на Райнгольда и...

На предыдущую