lybs.ru
Является авторитетным тот украинец, который с удовольствием выполняет распоряжения, полученные от украинского авторитета, не подчиненного чужим авторитетам. / Лев Силенко


Книга: Кнут Гамсун Смерть Ґлана Запись 1861 года Перевод Г. Кирпы


Кнут Гамсун Смерть Ґлана Запись 1861 года Перевод Г. Кирпы

© K. Hamsun, "Glahns dǿd. Et papir fra 1861"

© Г.Кирпа (перевод с норвежского)

© Украинская ассоциация преподавателей зарубежной литературы, 2004

Публикуется с разрешения президента УАВЗЛ Ю.І.Ковбасенка

Электронный перепечатка только с ссылкой на Ae-lib.narod.ru

Содержание

I

II

III

IV

V

И

Семья Ґланів еще долго будет публиковать в газетах о лейтенанта Ґлана, что исчез без следа, и он больше никогда не вернется. Он умер, и я даже знаю, как это произошло.

Если я несмотря на все завел об этом речь, то меня совсем не удивляет, что семья так намогливо его ищет, потому что Томас Ґлан многих отношениях был удивительным человеком, которого любили. Я признаю это ради справедливости, хотя в моей душе до сих пор жива враждебность к Ґлана, а упоминания о нем пробуждают мою ненависть. Из себя он был красавец, молодость в нем било через край, еще и умел очаровывать. Когда он смотрел на кого-то своим горячим звериным взглядом, то очень чувствовалось его влияние, даже я почувствовал это на себе. Одна дама, было, говорила: “Своим взглядом он доводит меня до исступления, я волнуюсь так, будто он до меня касается”.

Но в Томаса Ґлана были свои недостатки, и я не намерен их скрывать, потому что ненавижу его. Порой он бывал такой легкомысленный, как ребенок, и такой добродушный, что, может, именно это в нем и восхищало молодиц, Бог его знает. Он мог болтать с женщинами и хохотать с их чуши, чем их поражал. Об одной очень тучного мещанина он нес, что тот, мол, носит в штанах мешки с салом, и сам смеялся своего остроумия, хотя я за такой юмор сгорел бы со стыда. Где-то чуть позже, когда нам выпало жить в одном доме, он обнаружил свою беспечность еще и таким образом: как-то утром зашла ко мне моя хозяйка и спросила, что я желаю на завтрак, а я сгоряча ответил: “Одну яйцу и ломоть хлеба”. Томас Ґлан сидел в моей комнате (он жил на чердаке, прямо под крышей) и по-детски засмеялся, так его позабавила моя несущественная оговорка. “Одну яйцу и ломоть хлеба”,- повторял он, как заведенный, пока я с удивлением посмотрел на него, заткнув ему этим рот.

Возможно, позже мне придет в голову еще много его смешных черт, так я и их запишу без никакого сожаления, потому что он не перестал быть моим врагом. Чего это я должен проявлять свое благородство? Однако хочу признать, что варнякав он лишь тогда, как пьянел. И разве не сильно ошибается тот, кто пьянствует?

Когда осенью 1859 года мы с ним встретились, ему исполнилось тридцать два года. Мы оба были одного возраста. Тогда он носил густую бороду и шерстяные рубашки, в которые вот впитываются охотники; те рубашки были слишком открыты, а иногда он еще и не застегивай верхней пуговицы. Сначала его шея показалась мне удивительно красивой, и поскольку он превратился в моего смертельного врага, то мне уже не казалось, что его шея красивее по моему, хотя я свою не очень выставляю. Впервые я его встретил на речном судне, мы добивались в одну и ту же местность, где собирались охотиться, и сразу же решили путешествовать вглубь страны на телеге, запряженной волами, если не можно будет дальше ехать поездом. Я умышленно избегаю называть местность, куда мы путешествовали, чтобы никто не взял след. Однако семье Ґланів преспокойно можно не печатать объявлений о своего родственника, потому что он умер в той местности, куда мы шли и которого я не хочу называть.

А впрочем, я слышал о Томасе Ґлана еще до нашей встречи; его имя было мне знакомо. Я слышал, что он имел связь с одной молодой норвежкою из состоятельной семьи и каким образом ее скомпрометировал, после чего она с ним порвала. Тогда он через свою телячью упрямство поклялся поквитаться с самим собой, а и госпожа дала ему возможность творить все, что заблагорассудится, то ее не волновало. Собственно, с тех пор имя Томаса Ґлана было у всех на устах; он словно знавіснів, пил, делал дебош за дебошем и ушел с военной службы в отставку. Ну и странный способ мести он выбрал!

Была еще и другая версия его любовной связи с той молодой дамой. Мол, он ее ничем не скомпрометировал, просто ее семья показала ему порог, а сама она ему посодействовала, потому что к ней посватался шведский граф, и мне которого я называть не буду. Однако в эту версию я верю меньше и правдивее считаю первую,- все-таки я ненавижу Томас Ґлана и думаю, что он способен на худшее. Однако, как там оно было, а сам он никогда и словом не обмолвился о своем связь с той вельможною госпожа, а я не расспрашивал. Что мне до того?

Пока мы плыли по реке, я не помню, чтобы говорили о чем-то другом, как о небольшое село, до которого мы добивались и где ни один из нас до сих пор не был.

- Говорят, там есть какой-то отель,- молвил Ґлан и взглянул на карту.- Если нам повезет, мы там будет. Его хозяйка - пожилая англичанка, мне сказали, что она метиска. Вождь живет в соседнем поселке, имеет много жен, некоторые еще десятилетние.

Тогда я не знал, вождь имел многих жен и в селе был какой-то отель, поэтому ничего не ответил, а Ґлан улыбнулся, и его улыбка показалась мне прекрасной.

В конце концов, я и забыл, что его никак нельзя было назвать безупречным мужем, хоть с виду он был как нарисованный. Сам он хвастался, что на левой ноге у него давнее огнестрельная рана и что на всякую перемену погоды эта рана ужасно крутит.

Книга: Кнут Гамсун Смерть Ґлана Запись 1861 года Перевод Г. Кирпы

СОДЕРЖАНИЕ

1. Кнут Гамсун Смерть Ґлана Запись 1861 года Перевод Г. Кирпы
2. II Через неделю мы поселились в той большой хижине, что...
3. III Совпадение неделю мы ежедневно ходили на охоту и убивали...
4. V Она пришла в десять: я слышал ее голос снаружи, она...

На предыдущую