lybs.ru
Желающих указывать путь в светлое будущее всегда больше тех, кто его прокладывает. / Валентин Чемерис


Книга: Елена Алексеенко "Божественная комедия" Данте (2001)


Елена Алексеенко "Божественная комедия" Данте (2001)

© А.Б. Алексеенко, 2001

Источник: Данте. Божественная комедия. Х.: Фолио, 2001. 608 с. - С.: 3-20.

Сканирование и корректура: Aerius (), 2004

«Через меня идут в город тяжелейших мук...», - скрипит пекельна брама, и два поэта, Данте и Віргілій, отправляются в удивительное путешествие. Немало они увидят на своем пути. Пройдут они мимо пышный замок, облитый ярким светом, где пребывают славные герои старины, побывают в страшном подземелье, в котором наказываются грешные души, попадут адского города Младой, дойдут до самого ячейки земли, где в ледяной скалы терпит тягчайшую муку сам Люцифер, господин и узник этого мира страдания.

Еще к ним в потусторонних мирах побывали и другие герои. Чтобы узнать свою судьбу, вызвал душу умершего прорицателя Тиресия велемудрый Одиссей. От своего покойного отца Анхиза узнал о будущем славного Рима Эней, герой Віргілієвої «Энеиды». Целый ряд сюжетов дает нам и средневековья. Еще в IV веке появилось так называемое «Видение Павла», положило начало развитию целого круга ирландских легенд о посещении Ада и Рая. Уже в XII веке было написано знаменитое «Видение Тунгдала», герой которого после своей смерти попал в Ад, но вернулся на землю, чтобы рассказывать людям о необратимости Божьей возмездия.

Среди этих рассказов, или так называемых «видений», поэма Данте занимает особое место. Предшественники Поэта, античные летописцы, используя этот сюжет, связывали его с мотивом пророчества, пытаясь превзойти ограниченность человеческих знаний о будущем. Христианские авторы открывали завесу неизвестного, чтобы напугать человека низостью ее греховного существования. Все это есть и в «Божественной комедии» Данте. Однако есть и нечто свое, неповторимое. В письме правителя Вероны Кангранде делла Скала Данте пишет: «Цель поэмы - вырвать людей, живущих ныне, из состояния рухляди и привести к состоянию счастья. Тот вид философии, который в поэме является руководящим, это этика, так же поэма написана и в целом, и в частях не для созерцательных целей, а для действия». И далее: «Предмет поэмы - человек, силой своей воли, через заслугу или незаслугу, подпадает [3] справедливом возмездии или карие». Именно о человеке, о его порыв к счастью, ее скудность и ее величие и рассказывает знаменитая поэма.

«Божественную комедию» было написано в 1307-1321 годах. Это было время, которое в истории культуры получил название Передвідродження. Возрастает интерес к человеческой личности, к ее земных радостей и надежд. Постепенно начинает формироваться новый гуманистический тип мышления, окончательное становление которого связано с эпохой Возрождения. Однако вера в неограниченные возможности человеческой природы, неповторимость человеческой индивидуальности зарождается именно теперь. Этот процесс и воспроизводит гениальная поэма Данте, который является одновременно синтезом средневековой культуры и пролог к культуре Возрождения. «Данте является наивысшим выражением, поэтическим венцом и увековечением того, что называем средними веками. Вся культура, все верования, все мучения и надежды тех времен нашли выражение в его поэме. И одновременно как человек гениален он всем своим существом принадлежит более поздних времен, хотя мыслями и взглядами коренится в прошлом», - утверждает И. Франко, поклонник и исследователь Дантової поэзии.

Эта своеобразная двойственность находит свое отражение и в художественной манере Поэта. Данте назвал свою поэму «комедия» по установившимся средневековыми канонами: так называли тогда произведения, которые начинались печально, а заканчивались счастливо. Эпитетом «божественная», то есть «прекрасная», поэму наделил первый биограф Данте, автор знаменитого «Декамерона» Дж. Боккачо.

Композиция поэмы является сложной и одновременно совершенной. За ее основу Данте берет цифру «Из» и производные от нее. Известно, что представление о магическом значении чисел существовали с древнейших времен. Еще из детских сказок мы помним трех братьев, три пути, которые открываются перед героем... Почти в каждой языческой мифологии есть образ мирового дерева, строение которого должна воспроизводить структуру космоса. И снова встречаем цифру «С». Корни дерева - потусторонний мир. Ствол - Земля, ветви - Небо. Тройным есть и измерение времени: прошлое - настоящее - будущее. Или: предки - современники - потомки. Во времена средневековья магический смысл этой странной цифры расширяется, сочетаясь со святой Троицей. Как символ всего, что имеет свое становление, развитие и завершение, «тройка» чрезвычайно подходила к замыслу поэта. «Божественная комедия» разделена на три части (кантики) - «Ад», «Чистилище», «Рай». Каждая часть имеет 33 песни, написанные терцинами (тройная рифма). Из трех строк состоит каждая строфа. Вместе с Вступлением количество песен в поэме достигает, таким образом, число 100. Квадрат десяти символизирует здесь абсолютное совершенство.

Примеров использования символики чисел в «Божественной комедии» немало: у Поэта три предводители по потусторонних мирах - [4] Віргілій, Беатриче и средневековый философ-мистик Бернар Клервосский. Он встречается в лесу с тремя зверями, три лица в Люцифера, три лестницы ведут к вратам Чистилища и т.д. Однако автор не просто копирует средневековую литературную традицию с ее алегоризмом и склонностью к абстрагированию. Перед нами особый художественный мир, созданный воображением поэта. Собственно, каждый мастер художественного слова является создателем поэтических миров. Данте, однако, является еще и поэтом гениальным, что сочетает страстность чувств с суровой логикой геометра. Своей реальностью его космос соревнуется с миром, что окружает человека. Здесь восходит и заходит солнце, сияют звезды, текут реки. Мы чувствуем дуновение ветра, удушающий в Аду, освіжний в Чистилище, дотикаємо шероховатости поверхности адских уступов.

Эта чрезвычайная конкретность является присущей даже Дантовим аллегориям. В том же письме к Кангранде делла Скала Поэт подчеркивает: «Смысл поэмы многозначен, моральный и анагогічний, то есть надсмисловий, такой, что выше смысла». Каждое произведение - утверждает Данте - имеет четыре смыслы: буквальный, аллегорический, моральный и анагогічний. Вспомним первую песнь поэмы. Герой оказывается в густом пралесе. Путь до спасительного холма, им кончается страшная долина, Поэту заступают три зверя: пантера, лев и волчица. Перед нами сразу раскрывается причудливый мир многозначности Дантовых образов. Три сверки, исходя из нравственного содержания, это человеческие пороки: любострастя, гордость и алчность. В аллегорическом плане пантера должно означать флорентийскую республику, лев - правителей-тиранов, а волчица - папский престол. Широчайшим есть, однако, анагогічний символ: это силы зла, которые преграждают человеку путь к совершенству. И все же, какой впечатляющей является картина страшной лесной чащи, в которой заблудилась одинокий человек! Образы Данте живут и вне аллегорическим смыслом, который вкладывает в них Поэт. Кем является, например, Беатриче? Заступницей Поэта перед Богом, что пытается спасти его душу от соблазнов неправедной жизни? Воплощением божественной мудрости, или, может, прекрасной донной, красоту которой Данте воспевал в своих славных канцонах? Эта же многозначность характеризует и образ Виргилия. Он является любимым Поэтом автора «Божественной комедии», философом, четвертая эклога которого по средневековым представлениям предвестила Христа, и одновременно аллегорией человеческого разума. Имеет этот образ и свой драматический мотив. Віргілій лишен надежды приблизиться к лицезрения Божества, поэтому таким грустью наполняется его душа в конце путешествия. Если представить себе сложный каркас грандиозной Дантової сооружения, он напомнит нам готические соборы средневековой Европы с их господством вертикали, изящным декором, нервной устремленностью к вечному, абсолютному. Космография «Божественной комедии» опирается на представления средневековой науки о строении [5] космоса и теорию древнегреческого ученого Птолемея. В центре вселенной находится неподвижная Земля, вокруг которой движется небо, что состоит из девяти сфер. Есть еще десятое недвижимое небо, Эмпирей - обитель Божества. Напротив престола Троицы на земле расположено Иерусалим с Голгофой, где был распят Спасителя человечества. То есть центр Земли. Ад, которое имеет форму усеченного конуса, находится в земных глубинах. Когда часть ангелов во главе с Люцифером восстала против Бога, падшего ангела был сброшен с неба. Он вошел в землю и застрял там, а от его падения образовалась воронка, которая стала Адом. На противоположном конце этой же линии на поверхности земли расположена высокая гора Чистилища. Несмотря на устарелость научных представлений, на которые опирался Данте, эта картина своей совершенной симметричностью поражает и современного читателя. А насчет устарелости... Некоторые исследователи нашего века, кстати, пытаются сблизить космологию Данте с неевклидовой геометрией и общей теорией относительности (например, П. Флоренский в работе «Позірності в геометрии»).

Кем же был создатель этого дивосвіту? Родился Данте Алигьери в мае 1265 года во Флоренции. Городу на реке Арно суждено было стать родиной многих знаменитых итальянцев. С Флоренцией связано жизни Франческо Петрарки, Джованни Боккаччо, живописцев Джотто, Мазаччо, Сандро Боттичелли, скульптора Донателло. В флорентийской церкви Сан Лоренцо сводит усыпальницу рода Медичи гениальный Мікельанджело. Здесь было создано и знаменитую «Мону Лизу (Джоконду)» Леонардо да Винчи.

В этом городе-легенде проходят детство и юношество Данте. Вскоре завершилась борьба гвельфов и гибеллинов. Однако отголоски ожесточенных политических споров еще раздается на узеньких улочках старой Флоренции. Семья Данте принадлежала к партии гвельфов, которая ориентировалась на папство, выступая против гибеллинов, сторонников имперской власти. Молодой Данте, однако, мало интересовался политикой, отдавая предпочтение наукам и поэзии. Учился он, вероятно, в школе правоведения в Болонье. О его высокую образованность мы можем судить, читая «Божественную комедию», которая является настоящим компендіумом знаний того времени. В 1292 году Данте создает свой поэтический сборник «Новая жизнь», написанную в духе школы «сладостного нового стиля». Это - история юношеской любви, страстной и целомудренной, счастливого и трагического одновременно. Фабула книги является достаточно прозрачной. Девятилетним мальчиком Данте впервые увидел почти годом младшую от него Беатриче, утонченная красота которой поразила чувствительное сердце будущего поэта. Уже юношей он встретил ее в церкви, украдкой любуясь красотой прекрасной донны. В этой любви для Данте все является важным: взгляд любимой, ее легкая походка, хрупкая фигура, словно окутана присмерковим дымкой. Целую гамму чувств [6] вызывает и «жестокость» Беатриче, которая не ответила на его поклон. Трагическое напряжение достигает своего апогея в конце повествования. Смерть прекрасной донны является для поэта настоящей космической катастрофой: «Одчаєм сердце полнится до края». Небольшая повесть о роскоши и боли любовь стала первым автобиографическим произведением в европейской литературе. Беатриче останется музой поэта и дальше. «Когда в ее честь был возведен солнечно-чистый дворец «Новой жизни», Дантові он показался чуть - чуть и для его сверхчеловеческого любви к Беатриче и к возможностям его, Дантового, духа - так любимая его под арками «Банкета» проходит до самого грандиозного средневекового замка «Божественной комедии» (И. Драч).

После 1295 года Данте начал активную политическую деятельность. Был он членом Совета Ста - верховного органа Флоренции, избирался в коллегии приоров, ездил в Рим для дипломатических переговоров с папой Боніфацієїи VIII, имя которого мы потом часто будем встречать в «Божественной комедии». В 1300 году Данте, как противник папского престола, был вынужден навсегда покинуть родной город и испытать, «как солено вкусный хлеб в чужбине». Последние годы своей жизни поэт проводит в Вероне и Равенне. Умер он 11 сентября 1321 года.

Даже этой небольшой биографической справки хватит для того, чтобы представить себе нелегкий жизненный путь автора «Божественной комедии». Человек страстный, полна больших надежд и ожиданий, Данте все время ищет свой «Правый путь» в мире кровавой вражды, бесконечных политических дрязг, которые охватили роздрібнену Италию. Он ошибается, зневірюється и снова пытается добраться до правды. И всегда сохраняет верность своим двум музам: Беатриче и Италии, о единстве которой поэт мечтал на протяжении всей своей жизни.

Искусство Ренессанса, приближение которого предвещала «Божественная комедия», оставило нам немало портретов художника. Около 1450 года Андреа дель Кастаньйо включит изображение Поэта к циклу фресок, которые должны были воспроизводить примеры человеческой доблести. Фигуру Данте героїзовано, подчеркнуто черты, наиболее оценены гуманистической этикой: ум и мужество. Постепенно образ міфологізується. Вырисовывается острый профиль, темное лицо, словно обожженное адским пламенем. Тедео Гадди в Санта Кроче рисует уже человека цельного и строгого характера, сильных страстей. Неожиданным нюансом дополняет портрет Доменико ди Мікеліно: строгость сочетается на лице Поэта-мыслителя со скорбной нежностью. Фреска его работы находится во флорентийском соборе Санта Мария Новелла. На ней изображен Данте, увенчанного лаврами. Одетый в ярко-красную тогу, он держит в левой руке книгу. Правой - Поэт указывает на широко открытую врата ада. Вдали видно чистилище, а над ним небесные сферы. [7]

Именно таким хотели видеть Дайте поклонники его поэзии. Со временем забылись споры между гвельфами и гібелінами. Только специалистов волнует переход поэта-республиканца на монархические позиции. Не имеет в конечном счете большого значения и каким он был невзрачным человечком небольшого роста, титаном, с орлиным профилем. Человечество веками создавало образ своего Данте, достойного его поэтического гения. Но именно до человечества и обращается художник в «Божественной комедии», своем самом грандиозном творении. Перед нами, собственно, драматическая история гибели (Ад), перерождение (Чистилище) и возрождения (Рай) человеческой души. Данте стремится провести читателя через страдания и покаяние к познанию высшей истины, помочь ему, отбросив внутренний разлад, понять смысл своего бытия. Такая задача была под силу только Поэту-пророку.

Одиссея Данте по Аду начинается вечером Страстной пятницы и заканчивается в Страстную субботу. Целые сутки провели Данте и его верный спутник Віргілій в царстве вечного мрака. Время путешествия выбрано неслучайно. По христианской традиции именно в конце страстной недели завершается земная жизнь Иисуса Христа, который, умирая на кресте, становится Искупителем человечества. Происходит наивысшее таинство - сочетание человеческой и божественной природы Сына Божьего. На фоне этой грандиозной загадки перевоплощения человек остается с пожизненными проблемами жизни и смерти, спасения и гибели.

Именно в это время и начинается поиск Поэтом пути к спасению человечества. Земной человек с его чувствами, ее радостями и страданиями попадает в мир вечности. Все здесь должно свидетельствовать о необратимости, неизменность. Никогда в Аду не восходит солнце. Всюду царит вечный мрак. Даже когда на земле день, над подземельем нависает ночной небосвод. Ведущим в изображении Ада есть образ вечности страдания. Ведь грешники не просто терпят страшные муки - они не имеют надежды на какие-то изменения. Они одиноки в своем отчаянии. Презрев законы добра, грешники отказались от сочувствия и возможности прощения. В художественном мире поэмы мотив пути к совершенству имеет два ключевых образа: движение и свет. Именно эти признаки почти отсутствуют в первой части поэмы. Грешные души навсегда закреплены за своим местом страдания. Даже когда начинается их неистовый бег, они движутся по кругу, возвращаясь туда, откуда начинался их путь. Собственно, перемещаются в пространстве только Данте и Віргілій. Однако даже они, преодолевая крутой и опасный спуск вглубь земли, не чувствуют приближения к цели. Все время над ними нависают темные глыбы, под ногами раскрываются бездонные пропасти, путь пересекают черные болота озера, реки кипящей крови.

Грешные души в Аду размещены по их преступлениям. В переддвер'ї находятся те, кто при жизни не знал ни добра, ни зла, был [8] безразличным и никчемным. Мордовані осами и червями страдают они, отвергнутые самим адом. Не сочувствует им и Данте. Пренебрежительно смотрит он на мучения. Переправившись через реку страданий Ахерон, путешественники попадают в первый круг Ада, Лимба. Здесь находятся души некрещеных детей и тех, кто умер до христианства. Среди них Данте видит своих любимых поэтов Гомера, Овидия, мыслителей и героев античной древности. В Лимбе должен находиться и Віргілій. Так появляется в «Божественной комедии» тема античности. И снова перед нами встреча двух эпох. Своими корнями будет достигать античной культурного наследия эпоха Возрождения. Однако и для Данте греко-римская культура является образцом совершенства. Поэт радостно чувствует свое родство с тем, кого видит перед собой. Добродетельные души не ведают страданий. Освещенные ясным сиянием, мудро и спокойно они ведут свои разговоры. Лимб словно превращается в греческий Елісій, блаженную страну красоты, счастья и покоя.

За первым кругом начинается головокружительный спуск вглубь. Гаснет свет, исчезает немного грустная гармоничность предыдущей сцены. Резким, почти бешеным становится ритм повествования. Во втором круге страдают любострасники, гонимые порывами жестокого ветра. Копошатся в грязи под неустанным дождем черевоугодники (третий круг). Страшная грызня идет в четвертом, где страдают скряги и транжиры. В иле стигійських болот погрязли гневливые (пятый круг). В раскаленных могилах наказываются за свое безверие еретики (шестой круг). Кровавая река засасывает убийц (круг седьмой). В злых укрытиях восьмого круга караются обманщики, взяточники, воры. В самом нижнем, девятом круге Ада среди пожизненного холода находятся предатели. Трех самых отвратительных из них - Брута, Кассия и Иуду - неустанно грызет правитель Ада Люцифер.

Ближайшее к Дантового ритма является Микеланджело в своей фреске «Страшный суд». Могучие обнаженные фигуры грешников, срисованные с необычайной рельефностью и экспрессией, заполняют почти все пространство фрески. Полные ужаса, гнева, отчаяния, они втянуты в единый водоворот, центром которого является Христос.

В этот мрачный и фантасмагорический мир подземелья и попадает Поэт. Загробное царство мы видим уже его глазами, воспринимаем через его оценки. Страстный и решительный Данте оправдывает и осуждает, метаться своим врагам и превозносит друзей. Среди адских мук все время идут разговоры о том, что происходит на земле, по земным жизнью скорбит обжора Чвакало, судьба сына волнует отца Поэта Гвидо Кавальканти, о своих заслугах перед Флоренцией гордівливо вспоминает Фарината. Водоворот жизни бурлит на страницах поэмы. Земная реальность мощным потоком врывается в повествование. [9]

Немало фрагментов поэмы поражают своим высоким гуманизмом, страстным сочувствием к человеческому страданию. Особое место среди них занимает эпизод Паоло и Франчески, который стал настоящей жемчужиной мировой поэзии. Предыстория несчастливых любовников напоминает трагедию Шекспира «Ромео и Джельєтта». Издавна шла вражда между обладателем Римини Малатеста и сеньором Равенны Гвидо да Полента. В 1275 году, чтобы прекратить кровавую ссору, Франческу, дочь Гвидо да Полента, выдали замуж за Джанчотто Малатесту. На церемонии брака Джанчотто замещал его младший брат Паоло. Об обмане Франческа узнала уже в Римини. Легенда усиливает уродство Джанчотто, который по словам Джованни Боккаччо был «отвратительный с лица и хромий». И случилось неизбежное: Паоло и Франческа полюбили друг друга. Узнав об измене жены, суровый Джанчотто убивает влюбленных.

Сцена встречи Данте с Паоло и Франческой полна особой поэтичности. Поэт помещает своих героев во втором круге Ада, где караются грешники, которые провинились своей любовью. Попали сюда и Дидона, что причинила себе смерть через страсть к Энея, и Елена, чья любовь к Париса привело к гибели Трои, и прославленные любовники Тристан и Изольда. Однако изображение страданий плоти в этом эпизоде отсутствуют. Картины мучений человеческого тела, которое демоны разрывают на куски, топят в потоках живицы, которое горит в адском огне, составляют лейтмотив симфонии страданий грешников в «Божественной комедии». Иначе изображен круг любострасників. Все здесь напоминает осенний пейзаж с присущей ему мерцающей красотой умирания: густой мрак, злой ветер, души грешников, которые, словно опавшие листья, кружатся в своем пожизненном танцы. Поэт даже не пытается разлучить любовников. Данте признает пагубность любви, что привело к гибели и предательства. Он осуждает своих героев, лишая их надежды на оправдание. И одновременно автор канцон в честь мадонны Беатриче сочувствует влюбленным.

«Любовь, что движет солнце и светила» может быть сильнее строгий ум. Человеческое чувство является одной из тайн вселенной. Оно и пугает, и привлекает Поэта. Любовью заклинает он тени героев приблизиться к нему. На гимн любви превращается монолог Франчески, в котором нет и упоминания о ее страданиях. Она даже не называет имени Джанчотто, не рассказывает историю своего брака. ее слова полны отголоском прошлого счастья. Да и Данте со всей трагической повести интересует в первую очередь момент зарождения этой любви, которому суждено преодолеть саму смерть.

Обнаженная правда человеческой боли пронизывает и рассказ о гибели Уголіно и его детей, один из самых жестоких эпизодов «Божественной комедии». Граф Уголіно делла Герардеска является лицом историческим. Человек эпохи кровавого раздора, неистовых политических [10] страстей, Уголіно охотно менял свои партийные предпочтения, вел тайные интриги и боролся за единовластие. По приказу архиепископа Руджери дельи Убальдини Уголіно вместе с двумя сыновьями и двумя внуками был коварно заключен в башне, где их и уморили голодом. «С того времени эта тюрьма имеет название тюрьмы и башни голода», - утверждает древняя Пизанская хроника.

Волей Данте Уголіно попал до девятого адского круга, где караются предатели. Истошно он вгрызается зубами в голову архиепископа Руджієрі, тщетно надеясь утолить свою ненависть и свой неутолимый голод. Поражает художественное совершенство этого эпизода. Неуловимое, едва обозначенное сочетается в нем с яркими, порой даже грубыми оскорблениями. Гнев и любовь, безумная ярость и нежность звучат в повествовании грешника о страшной гибели невинных детей. И Поэт, всегда такой неумолимый к предателям, сочувствует Уголіно. Не как несчастный страдалец, а как грешен и одновременно полна величия человек предстает он перед нами.

Страшна кара, которую Поэт назначает Уголіно. Однако еще жестче есть наказание Руджієрі. Ничто не свидетельствует о том, что архиепископ испытывает физических мучений. Преобразован авторской фантазией на бездушный череп, Руджієрі не имеет права даже испытывать страдания. Угасли чувства, исчезла память о прошлом. Когда Гамлет в трагедии Шекспира вспоминает о благородстве своего отца, он говорит: «Он был человеком». Именно человеческой сути и лишен жестокий архиепископ, единственный настоящий мертвец среди грешных теней Дантового Ада.

Дух любознательности пронизывает все произведение. Данте спускается в глубокие подземелья человеческого страдания, чтобы звідати природу человека, понять смысл ее бытия. Воплощением этого беспокойного ума является герой поэмы Одиссей Улисс. В восьмом круге, почти на краю ада наказываются огнем лукавые советчики. Поэт видит между ними двойной пламенный столб, в котором мучаются Улисс и Диомед. Этот образ порождает целую гамму чувств. Изменчивый, двуличный, жестокий, как огонь. Однако пламя является извечным врагом тьмы. Огонь может вызвать ужас, но никогда чувство отвращения. Словно величественный огненный факел, поднимается перед Поэтом неугомонный мореплаватель. Віргілій сам обращается к Улисса, ведь горделивый грек может и не ответить на приветствие неизвестного ему путешественника. Знаменитый монолог царя Итаки звучит как страстный гимн человеческой отваге, жажде познания нового. Ни любовь к сыну, ни верность Пенелопы не смогли перебороть желание познать безграничный мир, превзойти границы известного человеку. Улисс допливає к Сардинии, Марокко, побережье Испании, гавани Сеуты. Его корабль гибнет за Геркулесовыми столпами (Гибралтар), за которые не решались плавать древние мореплаватели. [11]

Пройдет некоторое время, и на горизонте смело затріпотять паруса кораблей Христофора Колумба, Васко да Гамы и Магелана. Начнется эпоха великих географических открытий. Однако тот же беспокойство знали и современники Данте. В древней генуэзской хронике, например, рассказывается о родителях Уголіно и Вадіно де'Вівальді и судовладельца Тедезіо д'Оріо, которые 1291 года отправились в путешествие, на которую до сих пор никто не решался. Как и Улисс, доплыли они до побережья Испании. Дальнейших сведений о судьбе их двух галер нет. Пропал без вести и сын Уголіно Сорлеоне, который отправился на поиск отца.

Неизведанное манит конце концов и самого автора «Божественной комедии». Продолжается его путешествие. Побывав в мире страданий, Поэт приближается к царству покаяния - Чистилища. Архитектоника второй части поэмы значительно проще. На берегу мирового океана возвышается гора, которая имеет форму усеченного конуса, ее опоясывают семь выступлений, где очищаются души тех, кто провинился перед Богом, однако раскаялся и получил надежду на спасение. Размещение грешников за кругами тут уже другое. Сначала наказываются тщеславны, завистливы, гневливые и ленивые. Последние три круга принадлежат скупцям и марнотратникам, обжерливим и любострасним. Эти ярусы соответствуют второму, третьему и четвертому кругам адского подземелья. И здесь немало страданий. Грешники несут каменные глыбы, гнутся до земли под их тяжестью, едва двигаются, изголодавшиеся и жаждущие... Эти испытания могут длиться несколько столетий, однако они все же должны кончиться, и тогда на грешные души ждет пожизненный спасение.

В Чистилище Данте находится примерно три-пять суток, то есть втрое дольше, чем в аду: очиститься от грехов значительно труднее, чем уступить перед соблазнами. Только Данте и Віргілій попадают на поверхность земли, как их охватывает необъяснимое чувство, вызванное тем, что они могут дышать чистым воздухом, видеть ясные зори. В Аду они странствовали по миру, который якобы только что погиб, рассыпался острыми каменными глыбами, раскололся на бесформенные мертвые обломки скал. Утрачена гармония восстанавливается в Чистилище. Исчезают головокружительные сочетание горизонтали и вертикали, головокружительные спуски и восхождения. Поэт все время поднимается вверх, и сразу возникает ощущение безграничности. Неторопливо вершат свой пожизненный движение планеты. На небосводе появляется Венера, катится Чумацкий воз, выныривает созвездие Рыб.

«Чистилище» является пожалуй самой живописной частью «Божественной комедии». После трагической напряженности картин Ада особенно остро ощущается красочность нового мира. Появляются забытые цвета: голубой, зеленый, золотистый, которые отсутствовали в красновато-коричневой симфонии образов подземелья. Вместо отчаянного стона и воплей грешников и брутальных [12] окриков демонов звучат молитвы, полные надежды на будущее прощение. Если Ад отождествляется с безнадежностью, то Чистилище является воплощением именно надежды. Часовой цепь восстанавливается: до прошлого и современного, которое в Аду равнялось вечности, присоединяется будущее. И природа как будто оживает. Движение, свет, воздух преодолевают ощущение удушающей замкнутости, что доминировало в Аду.

Борьба добра и зла, света и тьмы, разумеется, продолжается и в Чистилище. Ночью восхождение к Земному Раю прекращается. В долину спускается посланник пожизненного мрака Змей-искуситель. В густых облаках темного дыма наказываются гневливые. Однако победа добра является необратимой. Своеобразной увертюрой к ней в аллегорическом мире Данте становится рассвет. На рассвете происходят все важнейшие события второй части поэмы. Рано утром Данте выбирается из подземелья, на заре святая Лючия переносит Поэта на гору перед входом в Чистилища, а на восходе солнца он достигает Земного Рая. Солнце, которое никогда не появлялось в подземном царстве страданий, освещает путь к познанию окончательной истины.

У данте Чистилище не менее густо населенным, чем Ад. Несколькими стихотворными строками поэт создает многочисленные образы, полные жизни. Не может не вызвать улыбки, например, встреча Данте со своим давним знакомым - музыкальным мастером Бельаквою. Лениво виніжується то у подножия высокой горы покаяния и совсем не спешит начать трудное восхождение на гору.

Данте и в Чистилище не превращается в равнодушного созерцателя. В Аду, столкнувшись с подлостью человеческой природы, Поэт возмущался, ужасался, но сочувствовал. Теперь его чувства становятся более сдержанными. Однако Данте остается независимым в своих суждениях. Так, он оправдывает короля Сицилии Манфреда, обреченного церковью на адские муки. Манфред был заклятым врагом папства. Для борьбы с ним римский престол призвал в Италию брата короля Франции Людовика IX Карла Анжуйского. В 1266 году Манфред погиб при Беневенто, а его королевство досталось Карлу. Ватикан не подарил смелому сицилійцю его борьбе с папой. Он был отлучен от церкви и похоронен без христианских обрядов. Данте спас душу воина, создав легенду о его предсмертную молитву к Богородице.

Личное, сугубо индивидуальное проявляется в «Чистилище» значительно отчетливее, чем в других частях «Божественной комедии». Теперь сам Данте становится главным героем поэмы. Это подчеркивается даже особым, срединным расположением этого фрагмента в контексте «Божественной комедии». И здесь возможно определенное сравнение. Человек входит в храм. Перед ней сверкает, сияет позолотой иконостас. Позади, над входом остается картина [13] Страшного суда. Человек должен выбирать. От нее зависит, быть осужденным пожизненно или надеяться на оправдание. Именно в таком положении и оказывается теперь Поэт.

В Чистилище он должен очиститься от своих грехов и стать достойным познать окончательную истину. С присущей ему любознательностью жадно всматривается Поэт в новый мир, что его окружает, пытается определить свое место в нем. Он чувствует себя душой Чистилища, которая все свои надежды возлагает на спасение. Данте радуется, что недолго задержится среди завистливых, однако уже заранее знает, каким тяжелым должен быть бремя, которое несут гордівливі.

Если в первой части Данте прежде всего является пророком, в последний - философом, то в «Чистилище» Данте - Поэт. Тема искусства, отсутствует в начале поэмы, постепенно становится одной из ведущих. Среди персонажей появляются многочисленные имена поэтов, художников, музыкантов. Еще у подножия горы покаяния Данте встречает певца Каселлу, который написал музыку ко многим его песен. Каселле поет канцону «Любовь, что мысли речей-ля моей...». Тоска по земной любовью, такая неуместная и одновременно такая человеческая, охватывает души Чистилища, которые забывают даже о предстоящих испытаниях.

Среди персонажей поэмы - известный миниатюрист Одерізі, лукканський поэт Бонаджунта, любимые художники Данте Гвидо Гвініцеллі и провансалець Арнаут Даниэль. Не о тщете мирской славы, а о бессмертии поэзии ведут они язык. Пройдет немного времени, и итальянский гуманист Ермолао Барбаро напишет странные слова: «я Знаю двух богов, Христа и словесность». И хотя эпоха Возрождения еще не наступила, понимание искусства как смысл и оправдание человеческого существования постепенно зарождается и в Дантовій «Божественной комедии». И идут среди кругов Чистилища дискуссии о природе творчества, гордятся поэты, не забыты своими последователями.

Хранится в поэме и уважительное отношение самого Данте до тех художников, что их творчество была образцом для поэта. Тема античности звучит в «Чистилище» с особой силой. Данте пытается преодолеть разрыв между языческой и христианской культурами. Окончательно это будет осуществлено гуманистами следующих суток. Однако и здесь поэт уже приближается к ренессансного мировосприятия. Не решаясь еще провозгласить самоценность античности, Данте превращает римского поэта Стация на тайного христианина. Как «сын в отца» относится он и к философа-стоика Катона с Утіки, которого силой поэтической фантазии спасает от пожизненного пребывания в Лимбе.

Античность живет в поэме и в многочисленных поэтических образах, которыми изобилует текст второй части. Зажигает бело-красным лицом восток неба Аврора, любим улыбкой освещает небосвод Венера. Почти с языческой наслаждением любуется произведениями Данте [14] искусства, описаний которых также немало в тексте. Замечательными резьбами и мозаиками украшены дорогу до второго круга Чистилища. Искусными резьбами покрыт мраморный берег, что начинается сразу за воротами. Здесь вырезано благовещения Марии, а рядом - снова встреча двух миров - справедливый суд римского императора Траяна.

Однако даже красота искусства не может заставить путешественника забыть о судьбе родной страны. В «Чистилище» эта тема углубляется. Поэт думает уже не о будущем отдельных итальянских земель. Впервые раздается народным языком величественное и скорбное обращение ко всей Италии. Охвачена внутренними распрями страна напоминает судно без стерника, которое тщетно пытается бороться с порывами бури. Италия, самой судьбой предназначена в великих деяний, является рабыней. Себялюбивы правители ведут бесконечную борьбу за власть. Не уступают им в властолюбстві и алчные церковные пастыри. Вспоминает Данте и родную Флоренцию. Тональность страстной Дантової инвективы меняется, саркастически восхваляет поэт благоразумие флорентийцев, их законы и обычаи. За кажущейся ироничностью, однако, ощущается жгучая боль. Ни одной минуты не забывает поэт о упадок родного города, такого любимого и такого ненавистного.

Путешествие Чистилищем завершается встречей Данте с Беатриче. Сцена появления Беатриче обставлена целым рядом аллегорических образов. Прекрасная донна появляется на триумфальной колеснице, которую везет грифон, лев с головой орла. Впереди семь разноцветных светильников, которые олицетворяют дары Святого Духа. Чуть дальше - двадцать четыре старца, аллегория книг Ветхого завета. По бокам колесницы - четыре крылатых зверя, четыре Евангелия. Дополняют картину аллегорические фигуры добродетелей: теологических (Любовь, Надежда и Вера) и природных (Мудрость, Сила, Умеренность и Справедливость). Вся эта мистическая процессия должна описывать историю христианской церкви. Повоз останавливается, и из него выходит Беатриче, увенчанная оливковой ветвью, в платье огнисто-красного цвета. Это уже не та «убрана в найшляхетніший шарлатовий цвет, нежный и гожий, украшена и описана, как подобало ее молодюсіньким летам юная донна», встреча с которой воспевает Данте в «новой жизни». Строго смотрит Беатриче на Поэта, гневно упрекает его за то, что «вернул свой ход на путь неправ». Кем же является знаменитая флорентійка в контексте «Божественной комедии»? Толкований поэтому существует немало. Беатриче считают олицетворением божественной мудрости или божественной любви, воплощением деятельного ума. Все же сила Дантового искусства заключается именно в том, что самые сложные по своим алегоризмом образы его поэзии поражают своей правдивостью и искренностью. Живой и прекрасной женщиной, освещенной любовью Поэта остается и Беатриче. В ее взгляде не только гнев, но и сила давней любви. [15] Даже в суровости упреков - сочувствие и непримиримость, обида и любовь. Поэт горько оплакивает свою преданную любовь. И искреннее раскаяние приносит герою прощение. Смыв грехи в Полете, Данте становится достойным увидеть роскоши Рая.

Вдруг гармония исчезает. Колесницу, на которой появилась Беатриче, пытаются растрепать на части страшные звери. Из адских пучин всплывает дракон и запускает свой хвост в середину колеснице. Перед нами аллегорическая картина порчи церкви. Даже в Земном Раю Поэта волнуют земные дела. Чувство ужаса охватывает Данте. Однако Беатриче снова становится ему на помощь, предвещая будущую победу добра над злом. В ее образе появляются новые черты. Теперь муза Поэта похожа на скорбящую Богоматерь. Польщенный ее словами Данте забывает уродливое видение. Окончательно очистившись в водах Евноє, Поэт продолжает свое путешествие.

Одним из лучших иллюстраторов «Чистилища» был итальянский художник Сандро Боттиччели. В его рисунках оживает и особая атмосфера света, пространства и воздуха, что придает второй части поэмы неповторимого обаяния. Стиль художника поражает своей экспрессивностью. Легко и порывисто вздымается Поэт на гору покаяния. Почти не касаясь земли, будто плывя в воздухе, движется плетенка легких духов. Изящной гармонии полны фигуры ангелов, которые указывают верный путь Поэту.

Все же наиболее созвучным таланта Боттиччели оказался мир поэтических образов последней части поэмы. Приближение художника к Дантового мировоззрения является впечатляющим. Художник отвергает здесь повествовательную манеру, отказывается от многофигурных композиций. Все внимание он уделяет изображению двух фигур - Данте и Беатриче, очертания которых замкнуто кругом неба. Боттиччели прежде всего интересует их движение, мимика, отражающие бесконечные вариации состояния самопознания или взволнованного созерцания. Путь вперед для них уже не является физическим преодолением пространства. Перед ними внутреннее движение души к высшей истины, абсолюта.

Однако вернемся к тексту «Божественной комедии». По замыслу Данте венчать поэму имеет ее последняя часть «Рай». Под руководством Беатриче Поэт достигает небесных пространств, поднимается выше и выше, переходя из одной небесной сферы к другой. Таких концентрических сфер - девять. Начинается этот парад светил сферы Луны, Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера и Сатурна. Над ними возвышаются неподвижные звезды и хрустальное небо Перводвигателя, которое предоставляет движения всем другим сферам. Завершает симфонию света и огня Эмпирей, место пребывания Бога, ангелов и святых. Сравнение с симфонией здесь является неслучайным. По древним представлениям планеты, вращаясь вместе со своими сферами, излучают музыку, исполненную высокой гармонии, совершенства и красоты. [16]

Рай является окончательной победой света над тьмой, движения над недвижимостью. Ведь движение является залогом развития, обновления, а значит, и жизни. В Аду души грешников были навсегда прикреплены к определенному кругу подземелья. Что метушливіше было их перемещения в пространстве, тем явственнее чувствовалась его бесцельность. Даже Данте в Аду теряет ориентацию: спускаясь вниз, например, он поднимается вверх. В Чистилище движение начинает оттаивать, становится целенаправленным. Однако души Чистилища еще не имеют полной свободы. В Раю все преграды исчезают. Души праведников уже не закреплены только за своей сферой. Свободно несутся они к эмпирея, созерцая величие Творца.

Все же своя иерархия размещения праведных душ существует и в Раю. На Луне находятся духи, что сломали обет, на Меркурієвім небе - справедливые, на Венериному - любвеобильные, на Сонцевому - мудрецы и т.д. Однако каждая из сфер является символом определенного нравственного понятия, а не местом заключения, как, например, в Аду. И хоть духи счастливы одинаково, а в меру своего приближения к Божеству, они свободны оставлять свою сферу, свободно передвигаясь в пространстве. И одновременно торжествует свет. Густой мрак адских пучин, мировые контрасты Чистилища заменяются огненно-светящейся стихией Рая. Здесь все сияет, переливается, мерцает. Духи, как искры, сверкают вокруг Данте и Беатриче. Светом разгораются души блаженных. Красным огнем гнева пылает апостол Петр, вспоминая об упадке церкви. В море света появляется Небесная роза.

Принцип построения сюжета и в последней части поэмы остается неизменным. Поэт и его предводитель, - сначала Беатриче, а потом философ-мистик Бернар Клервосский, - путешествуют потусторонним миром, ведя разговоры с душами, что их встречают на своем пути. Этот мотив является одним из древнейших в литературе. Дорога всегда манила человека. Именно здесь на героя ожидали самые неожиданные встречи, невероятные приключения.

Много нового узнает в Раю и Данте. Однако взаимоотношения Поэта с окружением меняются. В Аду между ними сохранялась полная равновесие. Герои здесь существовали и вне рассказчиком. Именно их характеры, яркие, выразительно обрисованные, поражали нас больше всего. В Чистилище главное внимание уделяется уже внутренне-эмоциональном состоянии автора. Изображение его чувств, стремление очиститься от грехов, оправдать себя перед Беатриче составляет центр повествования. В Раю наратор в значительной мере теряет свою самостоятельность. Он словно подавленный грандиозностью того мира, который видит вокруг себя. Праведники учат Поэта, открывая ему истины, непостижимые для человеческого разума. Апостол Петр, Иаков и Иоанн проверяют, правильно ли он усвоил богословские добродетели: веру, надежду и любовь. [17]

Все же пытливый ум Поэта не унимается и среди райских прелестей. Царство триумфа Божества является для него и царством философии. Неслучайно именно вопрос свободы человеческой воли, которая является самым ценным божественным даром для человека, постоянно обсуждается на страницах поэмы. Как старательный ученик к учителю, обращается Данте с многочисленными вопросами к Беатриче и праведников. Его интересует все: законы земного притяжения, пятна на луне, природа света. Наиболее, однако, стремится автор «Божественной комедии» понять тайну отношений между человеком и Божеством, человеком и вселенной. Целый синклит мыслителей появляется на страницах поэмы: Фома Аквинат, Петр Дамиан, Бернар Клервосский. Однако даже их ответы, кстати иногда уклончивые и туманные, часто не удовлетворяют Поэта. Не решенным остается, например, вопрос справедливости осуждения человека, прожившего свою жизнь, не прилучившись к христианской церкви. О добродетельных язычников Данте упоминал и в первых частях поэмы. Особого драматизма эта проблема приобретает, однако, именно в последней ее части. Всю свою жизнь человек была доброй и честной. Никогда не слышала она о Христе. В чем же ее вина, что прожила без крещения и веры? Или может осудить ее праведный судья? Пожалуй, никто до Данте еще не решался задать этот вопрос с такой откровенностью. И божественный Орел отступает: человеку не дано понять справедливость Божьего приговора.

Данте же хочет понять, постичь немыслимо. Умеренность, пассивность никогда не были присущи Поэту. Как, между прочим, совсем не всегда сохраняют благосність и святые праведники. И тогда вместо прохладного звездного небосвода перед нами вспыхивает горячее солнце Италии. Накаляются страсти, гневно звучат инвективы славных теологов. Не гнушается самыми острыми выражениями Петр Дамиан, разоблачая алчность новых пасторов. Красным пламенем вспыхивает апостол Петр, основатель римского престола. От гнева он даже начинает запинаться, повторять слова. Одно за другим падают острые обвинения. Нынешние папы забыли о своих обязанностях перед паствой. Властолюбивые и алчные, они разжигают вражду между гвельфами и гібелінами, продают должности недостойным прелатам. Особое презрение у святого апостола вызывает папа Бонифаций VIII, на которого так нетерпеливо ждут в восьмом круге Ада.

Не забыты и светские властители. В книгу пожизненной справедливости записаны все их деяния. Не только родной поэту Италию, но и всю Европу охватил вихрь кровавых страстей. Воюют за власть английский и шотландский короли, германский император Альбрехт, опустошив Чехию, от нищеты страдают підданці короля Франции Филиппа Красивого. И снова раздается гневный голос Поэта. Звенит медь его слова. И уже перед нами - не христианский [18] пророк, а римский трибун. Именно Римская империя, обездоленным потомком которой была современная поэту Италия, является для Данте образцом справедливого государства. Увлечение древним Римом заставляет Поэта назвать даже вопреки Священному писанию Богом избранным народом не иудеев, а римлян. Поэт снова торжествует над теологом. Данте переносит в Рай не только императора Траяна, спасенного молитвами папы Григория Великого, а и героя Віргілієвої «Энеиды» справедливого троянца Ріфея. Литературный персонаж, следовательно, является для автора «Божественной комедии» не менее реальным и достойным райского блаженства, чем светочи христианской теологии?

Данте остается собой и в лучах райского сияния. В созерцательном мире небесных Сфер должны были бы исчезнуть все страсти, все боли земного человека. Однако Поэт не забывает ничего: ни любви, ни жажды земной славы Беатриче, ни Флоренции. Верность двум своим музам поэт сохраняет и в последней части поэмы. Наиболее ярко это чувствуется в эпизоде разговора Данте со своим прапрадедом Каччагвідою, который в виде живого самоцвета предстает перед Поэтом на Марсовом небе. Внимательно слушает Данте рыцаря, чувствуя себя Энеем, который почтительно прислушивается к словам старого Анхиза.

Странные образы появляются перед Поэтом. Тихо и спокойно идет жизнь за старыми стенами. Почитаются флорентийцы, свободные от алчности и тщеславия. Сидят при куделях женщины, наблюдая детей. Не забыта еще слава Трои, Ф'єзоле и Рима. Как художник-жанрист, любовно обрисовывает Каччагвіда каждую деталь старого быта. Небесного Рая уже нет. На рай земной превратилась сама Флоренция. Эта Флоренция, пожалуй, никогда не существовала. И все же больно сжимается сердце Поэта, охваченный тоской по родным городом. Залита кровью, раздираема распрями Флоренция не может быть вечной. Должен существовать другой город над Арно - светлое и прекрасное. Хотя бы в прошлом.

Далее Каччагвіда предвещает Данте его будущую судьбу. Немало страданий испытывает Поэт, сполна вкусит он соленого хлеба изгнания. Однако таким уже является назначение Поэта. Его искреннее слово поможет людям найти праведный путь. Внимательно слушает пророчество старого рыцаря Беатриче. Нежным и ласковым стал его взгляд. Снова перед нами донна, воспетая Дантовими канцонами: «Из ее глаз Любви пламенное вціляє в глаза каждому, кто осмелится ей послать свой взгляд, и сердце нещасливцю поэтому вянет».

Странное путешествие потусторонними мирами завершается созерцанием Божества. В море света является Поэту Небесная роза. И нашел он ту истину, понять которую так страстно жаждал? Неверное, нет. И вот уже другие образы порождаются в нашей памяти. Мы видим темный силуэт погруженного в свои мысли принца Гамлета. Звучат его последние слова: «... а дальше тишина». На [19] поиски абсолютного знания отправляется Фауст знаменитого Гете. Все же и он только приблизится к своей цели. А может, эта абсолютная, окончательная истина и не существует? Может, смысл человеческого бытия заключается именно в страстном жажде приблизиться к ней? Пробуждает живую человеческую мысль и поэма Данте.

В Украине произведения Данте известны с начала XIX столетия. Высоко ценил поэта Тарас Шевченко. К творчеству знаменитого флорентийца обращается и Леся Украинка. В 1898 году она перевела V песни «Ада» из «Божественной комедии». Именно с тех пор Дантові терцина зазвучали на украинском языке. Постоянный интерес к художественному наследию поэта проявлял И. Франко. Еще учась в Дрогобычский гимназии, он читал произведения Данте в немецком и польском переводе и делал Первые попытки воссоздать звучание Дантового стихотворения на родном языке. В 80-х годах возник замысел осуществить перевод «Божественной комедии», которую И. Франко высоко ценил «главное ради недостижимой простоты и грандиозности ее стиля». Упоминание об этом мы находим в письме к М. Драгоманова. В результате многолетнего труда Франко перевел и прокомментировал наиболее важные отрывки из «Божественной комедии». Работа была завершена в 1913 году изданием книги «Данте Алигьери. Характеристика средних веков. Жизнь поэта и выбор из его поэзии». Несмотря на небольшой объем, она стала первым в Украине целостным филологическим исследованием творчества Данте. Раскрыть перед украинским читателем красоту слова итальянского поэта пытался и В. Самойленко. В последние годы жизни над переводом «Божественной комедии» работал М. Драй-Хмара. Арест 1935 года не дал ему завершить эту работу. Не сохранился, к сожалению, и текст перевода. Первый полный перевод «Ада» совершил П. Карманский. Редактировал текст М. Рыльский. Редактирование, однако, постепенно превратилось в соавторство. Полностью «Божественную комедию» перевел на украинском языке. Дробязко. В 1978 году его перевод получил премию М. Рыльского. Именно этот вариант и использован в издании, которое предлагается нашему читателю.

Елена АЛЕКСЕЕНКО

© Aerius, 2004




Текст с

Книга: Елена Алексеенко "Божественная комедия" Данте (2001)

СОДЕРЖАНИЕ

1. Елена Алексеенко "Божественная комедия" Данте (2001)

На предыдущую